нерожденного, Вити.
К сожалению, у меня нет даже возможности сходить к ним на могилы. Ведь их просто нет.
Мы были в Чехии. И ехали загород, чтобы провести выходные на природе в снятом на два дня домике. Отец даже не нарушал никаких правил дорожного движения. Но из-за потерявшего управления автомобиля впереди нас папе пришлось резко вильнуть, и в один миг мир завертелся вокруг меня, а уши заложило от гула и криков.
Было больно. Физически больно.
А потом пришла боль и сердечная. Когда, очнувшись в больнице, я обнаружила себя в гипсе, а какой-то человек с холодным выражением лица сообщил мне о смерти всей моей семьи.
Помню, как я кричала и плакала. Громко, сильно, с надрывом. Так же сильно, как и вчерашним вечером. Были уколы, были капельницы. И психолог, который едва говорил по-русски. Вот только он меня больше раздражал, чем помогал.
Седативные, конечно, сыграли свою роль. Я плохо запомнила сотрудников полиции и комитета по делах несовершенолетних. Как в тумане, видела врачей и невесть откуда взявшихся юристов. И когда появился Петр Иванович, я была не в самой лучшей форме. И далека от здравого рассудка.
Однако к новому дому я привыкла быстро. Часто плакала, горстями глотала успокоительные. И вылезла из депрессии только благодаря Андрею и Кириллу, его старшему брату. Кирилл был уже взрослым и самодостаточным. И частично заменил мне Федьку. А Андрей, будучи моим ровестником и обладателем легкого и заводного характера, смог вытянуть из темной пучины своими улыбками и беззаботными разговорами.
Да. Андрей — он хороший.
Он добрый.
Он заботливый.
Жаль, что я его, как оказывается, не совсем хорошо знала.
По-настоящему хороший человек не поступил бы так подло.
Нет.
Все-таки не смогу.
Не смогу его простить.
Может, когда-нибудь.
Но не сейчас.
Несмотря на все его прежние заслуги.
Несмотря на счастье, что он принес мне после тяжелых месяцев боли и пустоты утраты.
Несмотря на свет, который развеял темноту и ужас моей трагедии.
Несмотря на искреннюю и сияющую радость, которую я испытала, когда Андрюша впервые обнял меня не как друга или сестру, а как девушку. И поцеловал — нежно-нежно и сладко-сладко.
Тогда на моем небе загорелась еще одна звездочка. И звалась она Верой. Это была вера в то, что я могу любить и быть любимой. И получить шанс на счастье, подобное счастью моих родителей.
Я решительно отмахиваюсь от мыслей. Они наполняют меня не только грустью, но и тоской, а от этого головная боль не становится меньше.
Поэтому, прервав свое путешествие по квартире, я иду в душ — вернейшей средство от тяжести и болезненных ощущений, если под рукой нет необходимых лекарств. А лазить по ящикам в поисках аптечки я не решилась.
После непродолжительных водных процедур я решаю обосноваться в гостинной. Там на стене висит огромная плазма, но я устраиваюсь на широком и просторном диване, укрывшись пледом, с книжкой, а телек включаю для фона.
С неожиданным для себя удовольствием я погружаюсь в мир Джека Лондона. Мама любила этого писателя. И читала его рассказы нам с Федькой вместо сказок. После Чехии я и слышать не могла ни этого имени, ни даже названий его произведений. Зато сейчас история пса Бака увлекает меня и втягивает в свой мир.
Правда, в какой-то момент я отрываю глаза от страниц и недоуменно смотрю на экран. Что выцепило меня из книги? Может, приятный голос диктора? Или знакомая фамилия? Или свадебный марш, прозвучавший всего на пару секунд, но неприятным скребком прошедшего по моим нервам?
На экране я вижу не только кадры знакомого мероприятия и знакомого антуража. Но и знакомых людей — Марину и Петра Орловых, Кирилла и Лину, и, конечно что Андрея, а подле него — меня собственной персоной. Выгляжу я непохожей на саму себя. Но очень красивой и счастливой. И не только, потому что я одета в потрясающее платье, а на лице у меня эффектный и шикарный макияж. Я улыбаюсь и то и дело бросаю на парня рядом с собой страстные и влюбленные взгляды. Это и красит девушку на экране больше макияжа, больше платья и больше ярких и сверкающих драгоценностей.
Ведущий светской хроники с пафосом и торжественностью говорит о свадьбе Андрея Орлова — молодого и перспективного бизнесмена, достойного приемника бизнеса Орлова.
Хотя, конечно, подобранный термин не совсем верен, ведь главным наследником Петра Ивановича является Кирилл. И который уже вовсю пахал на одну из фирм Орловых, будучи не только управляющим, но и исполнительным директором.
Странно, но, глядя на Андрея, я практически ничего не чувствую. Есть небольшой флер тоски. Грусти. Обиды. Но злости и ярости уже нет. Я даже с интересом рассматриваю любовь всей своей жизни, ласкаю глазами родные ямочки на щеках, полные, немного женственные губы и длинные, по-девичьи изогнутые ресницы.
У Андрея на видео отлично уложены волосы. Они у него мягкие и шелковистые. Я так люблю зарываться в них пальцами… И поглаживать подушечками изящную ямочку на затылке.
Стоять, Карпова. Оговорочка по Фрейду.
Не люблю.
Любила. Так будет правильно.
Отложив книгу и переключив на музыкальный канал, я несколько минут просто сижу и гляжу в пустоту. Виски немного ломит, но терпимо.
И я решаю занять себя полезным делом — приготовить что-нибудь. Да и время уже. Надо подкрепиться.
Олег, правда, немного покривил душой. Холодильник оказывается не так уж и забит. Морозилка — да, полуфабрикатов там полно. Оно и понятно — мужчина.
Но я нахожу все необходимое для супа и жаркого. И принимаюсь за неторопливую готовку под аккомпанемент зарубежных хитов.
И даже пританцовываю немного. И тихонько подпеваю себе под нос.
Короче, делаю все, чтобы не переключиться обратно на беспокоящие меня темы.
— Tsamina mina, eh, eh. Waka waka, eh, eh. Tsamina mina zangalewa — this time for Africa!
Я мурлычу футбольный гимн Шакиры, имитируя ее движения бедрами, хотя понимаю, что до исполнительницы восточных танцев мне далеко. И невольно улыбаюсь, подумав о том, как бы отреагировала на подобный “концерт” Марина Эдуардовна.
Женщина обязательно нахмурилась бы и сделала строгий выговор. Отчитала бы меня по полной программе, заявив, что подобное поведение неприемлемо для приличной девушки.
Это вульгарно.
Неприлично.
И развратно.
А вот готовка — это да. Орлова считала, что добропорядочная жена должна уметь следить за домом и кухней и готовить на уровне мишленовского повара. Поэтому я не только иногда кашеваривала под ее чутким руководством, но и какое-то время посещала кулинарные курсы.
А еще занятия по
