Родоначальница Мать-Земля – источник жизни – определенно стала более значимой, воплотив в себе силы рек, деревьев, облаков, солнца, луны и звезд. А кто, как не женщина с ее магическими силами лучше всего может объяснять ее действия, вымаливать их и приносить за них благодарность? Она была не просто жрицей – она была ведьмой.
Некоторые антропологи полагают, что первой всемирной религией было ведовство.
Его остатки, до сих пор существующие в шабаше некоторых ищущих острых ощущений домашних хозяек в пригороде Калифорнии или в до сей поры полудиких областях Африки, Южной Америки и Полинезии, имеют многочисленные общие черты – белая магия, привороты, обереги, культ преклонения перед луной и солнцем, внимание к факторам плодородия. Были и до сих пор есть и мужчины-колдуны, но культ этот в основном женский.
Ведовство изначально не было злом. Оно почитало жизнедающие силы земли и, естественно, приписывало сверхъестественное влияние некому существу, обитающему в ее недрах.
Англосаксы, судя по Г. Уилльямсу, верили в это полубожество.
«Их Нехе, – сообщает он, – как оказалось, наполовину божество, наполовину дьявол, принцесса ведьм, которая черпает свое вдохновение как из божественных, так и из дьявольских источников».
Церковь ввела в религию фигуру мадонны с младенцем, и для Девы Марии возникла опасность потерять свою девственность, поскольку во многих местах она представляла собой богиню плодородия и в молитвах, обращенных к ней, просили о восстановлении утраченной половой функции.
Если девственница олицетворяла чистые и благие добродетели матери, то подразумевалось, что кто-то должен олицетворять собой и нечистые и разрушительные помыслы. И эта роль предназначалась ведьме.
В начале было лишь объявлено, что ведьмы занимаются черной магией. Но в 1400 году гражданский суд признал связь с дьяволом, в которой были обвинены все ведьмы, преступлением, карающимся смертью.
В отчаянном приступе страха епископ Женевы сжег 500 ведьм, епископ Бамберга – 600, а епископ Вюртсбурга – 900. Сто пятьдесят лет спустя Святая церковь сожгла на кострах по крайней мере 30 тысяч ведьм.
Через несколько веков испанская инквизиция силой заставляла так называемых ведьм сознаваться в своих мерзостях, закручивая у них на головах веревки, вбивая под ногти гвозди и иглы, обливая им ноги кипящим маслом и подвешивая за ребра.
Но несмотря на то, что вряд ли можно назвать хорошим обращением, физического соблазнения ведьмами опасались до такой степени, что, чтобы защитить судей, осужденной выбривали голову и лобок и тащили обнаженной в зал суда задом наперед, чтобы ее взгляд не смог околдовать мужчину, который ее судил. Несмотря на многие годы гонений то одной, то другой религией, вера в ведовство сохранилась по сей день. В деревнях Англии до сих пор почитают и побаиваются так называемых «мудрых женщин» – фей, а женщин из обителей в Глазго и сегодня просят погадать на чайных листьях и приготовить лекарства из трав. Их клиенты в основном тоже женщины.
В США астрология, предсказание судьбы и хиромантия – большой бизнес, и наиболее удачливы в нем женщины, чей возраст перевалил уже за средний, которых в нашу технологическую эру называют «старыми мудрыми старушками» прошлого века.
А непримиримым врагом ведьм всегда были мужчины. Средневековая охота на ведьм продолжалась с ужасающей жестокостью, пытками и несправедливостью, и велась она мужчинами, в обычной жизни мудрыми и терпимыми.
Настоящие же ведьмы – слабоумные и сумасшедшие среди тысяч женщин всех возрастов, преданные смерти в выплеске садизма охоты на ведьм, – были, по большей части, безобидными. Просто им ставилось в непростительную вину то, что они пользовались загадочными и магическими силами женщины, чтобы перехитрить мужчин.
Отношение мужчин к женщинам в средние века способствовало культу ведовства.
Женщины были порабощены, несчастны и не уверены в будущем. И это была их инстинктивная реакция на ситуацию, в которой они оказались, и попытка изменить ее путем возврата матриархата, в котором почивали на лаврах их далекие предшественницы.
Причиной, которая ослабила влияние живой матери и разрушила преклонение перед ней среди членов семейства, был культ поклонения умершим.
После ведовства, став одной из основных религий человечества, поклонение умершим предкам сохранилось до настоящего времени на Востоке, в Полинезии, Африке и среди американских индейцев. Кроме того, этот культ был силен у древних римлян и оставил след по всей Европе, Азии и Африке, где влияние Рима было особенно велико.
Преклонение перед предками сменило отношение к смерти – со страха, презрения и забвения на аккуратную заботу о покойнике ради расположения его духа. Смерть не считалась уходом умершего из его семьи и племени.
Мудрые люди оставляли свою мудрость, врачеватели – свои навыки, воины – силу для защиты и возмездия.
В культе почитания предков больше внимания уделяется личности умершего, а не похоронному обряду и попыткам сохранить останки усопшего. Чтобы дух умершего человека продолжал приносить пользу семье и племени, как делал его владелец в течение жизни, требуются молитвы и жертвы.
Благоговейный трепет перед могущественным главой семьи рос через ритуальную память о нем. Его дух будет умиротворятся поколение за поколением, и около него будет собираться все больше и больше ушедших, которым тоже требуется умиротворение.
Через несколько десятилетий этот главный дух станет предком множества взаимосвязанных семейств, поэтому поклонение ему уже больше не будет частным семейным делом, а делом целого общества. Таким образом, фигура матери стала не столь важной, как прежде.
Ей даже могли запретить участвовать в отправлении религиозного ритуала умиротворения и совета с духом предка, переговоры с которым были исключительной привилегией глав семейств мужского пола, которые сами в положенное время присоединятся к духам предков.
Как эта мужская религия силой удалила женщину на задний план, видно в современной Японии, где синтоизм основывается на почитании предков. Жена там не принимает никакого участия и не имеет никакого значения в отправлении семейного религиозного ритуала.
В Японии мужчина может оскорбить или даже избить свою мать, не страдая от невыносимого позора, в то время как даже воображаемое несоответствие стандартам, налагаемым предком семейства, может стать причиной самоубийства – как единственного достойного выхода из этого положения.
Поклонение предку рода не только опустило мать с ее высокого положения, оно обеспечило более низкое положение каждой рожденной девочки по сравнению с мальчиком.
Дух ушедшего предка постоянно требовал своей копии для того, чтобы жизнь семейства продолжалась, в свою очередь, члены семейства мужского пола обеспечивали себе возможное место среди духов предков, производя наследников, которые будут возносить молитвы после его смерти.
Следовательно, ребенок мужского пола стал необходимым не только для материальной выгоды в этом мире, но и для обеспечения надлежащего места в будущем. Дети женского пола не имели такого значения, если не считать того, что они были средством производства в будущем представителей мужского пола.
Любое исследование истории женщины наверняка вызовет мистическое восхищение и удивление ее судьбой. Как будто бы существовал некий легкомысленный и универсальный тайный сговор представителей мужского пола подавлять женскую изобретательность и амбиции. Кто знает, может, так оно и было.
Лишь ничтожное меньшинство мужчин считало, что «воспитывать женщину так, чтобы она знала свое место», – несправедливая и безответственная политика. Как писал св. Джон Христосом: «Среди всех диких зверей нет ни одного столь вредоносного, как женщина» – и продолжал в неистовстве неприязни, что она – «необходимое зло, природный соблазн, соблазнительное бедствие, домашняя опасность, смертельная привязанность и лицемерное зло».
Секретным оружием в войне против женщин всегда была религия. Возможно, нельзя оправдать взгляда, что женщина занимает положение ниже мужчины, но посылка о том, что так уж предначертано Судьбой, гораздо безопаснее.
В религиозных верованиях, стремящихся объяснить необъяснимое, женщина была чем-то вроде предмета бесконечных споров. Иногда она возносилась выше самого высокого алтаря, иногда ей запрещалось даже входить в храм. Почти всегда она вовремя переступает высшие запреты, налагаемые на нее религией.
Маятник качнулся от почитания Матери-Земли к почитанию предков. Однако еще были отклонения маятника в сторону женщины.
Большинство древних религий имело более мощный сексуальный оттенок, чем современный ислам и иудейство. Они автоматически наделяли женщину большей властью. Власть ее творить добро или зло была настолько сильна, что мужчина стал проявлять чрезвычайную осторожность, предпринимая первый шаг. В Древнем Египте, например, женщина могла первой завязать знакомство, проявлять свои симпатии, писать о них в записке, предлагать место свидания и первой делать дружеские жесты при встрече.
