не будешь кокетничать и согласишься пройти для боя в мою спальню.
– Леди не пристало находиться в одной комнате с мужчиной наедине, если только это не её муж, – отвергла я это неприличное предложение и выдвинула своё: – Лучше пойдём во двор играть в снежки. Я сделаю много снега, и мы…
– О, только не снега, – Себастиан схватился за голову в притворном ужасе. – Мне сегодня хватило твоей ледяной горки с лавиной.
Я виновато потупила глаза. На самом деле было стыдно за то, что я потеряла контроль над магией.
– Ты обещаешь, что мы просто побьём друг друга подушками, и всё?
– Обещаю.
Ответ ерх-целителя был весьма поспешным. Чудился в этом какой-то подвох. Я отругала себя за излишнюю подозрительность. В самом деле, ну не магическую же клятву у него брать по такому пустяку! Это его дом, посторонние сюда не войдут, ну а слуги преданны и боятся хозяина. Последнее я знала от коллег по работе. Они с удовольствием обсуждали каждую новость о своём кумире.
– Пошли? Или ты ещё не поела?
Я отрицательно помотала головой. Успела уже насытиться, и хотела поскорее приложить подушкой по темечку одного наглого ерх-целителя. Сердиться на него было объективно не за что, но когда это останавливало леди в желании поставить джентльмена на место? Превентивно.
Себастьян моментально обежал стол, и оказавшись у меня за спиной, отодвинул стул, помогая встать. Затем предложил локоть и мы чинно отправились в спальню. Меня тут же окутал запах брызг родниковой воды в жаркий день. Его запах был таким притягательным, что я едва сдержалась, чтобы не уткнуться в мужчину носом и не обнять его.
Ну чем не сцена из романа известной писательницы, которая придумывает фэнтези, где драконы вовсе не герои из забытых легенд, а короли и королевы, правящие множеством королевств. У этого автора все книги – это вдох-выдох-эпилог: такие интересные, что не замечаешь, как их прочитываешь. И там есть много моментов, где герои танцуют аделийское танго, которое я тоже очень люблю.
– Иль, Иль, ты меня слушаешь?
Я вынырнула из своих мыслей и посмотрела на Себастьяна.
– Прости, отвлеклась. У тебя такой красивый особняк.
Я была искренна. Мне на самом деле нравилось здесь. Вся мебель выполнена в едином стиле – тёмное резное дерево, покрытое тонким, едва заметным слоем лака. Тяжёлые портьеры почти не пропускали солнечный свет. Минимум украшений, и всё равно всё смотрелось изысканно и дорого.
Мы остановились перед массивной двустворчатой дверью. Повинуясь пассу руки, она открылась, позволяя рассмотреть шикарную спальню. Кровать стояла в центре и занимала добрую половину довольно-таки просторной комнаты.
– Ого, – я с недоумением покосилась на этого спального монстра на четырёх ножках, – да тут можно бои подушками двух команд из десятка человек проводить.
Ерх-целитель обогнал, сцапал подушку и отправил её в меня:
– Меньше слов. Больше перьев!
Удар вышел слабым, но пришёлся точно в лицо.
– Да ты..! Да вообще, что ли?! А как же: “ На старт, внимание, перья”?
Себастьян хохотнул, и в меня прилетел второй снаряд.
– Внимание, начали! Ёхо-хо-хо! – задорно крикнул он уже после того, как в меня полетела третья подушка.
И вот тут я разозлилась! Подобрала с пола подушки, отправила их не совсем метко по обратному адресу и бой начался. Я отчаянно дралась до последнего, пока не рухнула без сил на кровать лицом вниз.
– Всё, я больше даже пёрышко поднять не смогу.
Мой голос приглушила подушка, в которую я уткнулась.
– Что-то? Ты требуешь моей капитуляции? – переспросил Край, склоняясь к моему уху и щекоча его горячим дыханием.
Можно было бы перевернуться, чтобы не бубнить в подушку, но не смотря на все заверения, я не доверяла ерх-целителю. В романах, тех, где вдох-выдох-эпилог, подобные шалости всегда заканчивались поцелуем героев. А мне оно совсем не надо. Я не готова к такому. Игра понравилась невероятно, и теперь я боюсь не устоять. А так, в положении попой кверху, лицом в подушку, Краю ничего со мной неприличного сделать не получится.
– Устала? – уже другим, сочувствующим голосом, поинтересовался Край. – Подожди, я сейчас быстро сниму напряжение с мышц.
Его руки легли мне на спину, а в следующую минуту я не сдержала стон удовольствия.
Это был не массаж, а что-то большее. Невольно представила, что Себастьян сейчас с особым пылом и рвением занимается со мной тем, чем положено заниматься для консумации брака. Интересно, а он и в постели столько же страсти проявляет? Остро захотелось узнать это. Мне было так хорошо, что почти не осталось места для стыда.
Я стонала в голос, уже не сдерживая себя, пока его руки творили волшебный массаж.
Внезапно Край скатился с кровати, резво вскочив на ноги.
– Ян, что случилось?
Я приподняла голову и встретилась взглядом с ерх-сыскарём. Мысленно ругаясь, последовала примеру Края.
– Бесиль?! – изумился Арчи, узнав меня, и перевёл взгляд на Себастьяна. – Ты что, совсем совесть потерял?! Решил переключиться на невинных девочек?!
Ну, не такая уж я и девочка. Маги-целители установили, что на момент впадения в магический сон я была восемнадцатилетней девушкой.
– Арчи! – прикрикнул на него Себастьян.
– Себас! – в тон ему ответил оборотень-белка и припечатал: – Я требую, чтобы ты женился на Бесиль! Раз ты её скомпрометировал – женись.
Себастьян развернулся ко мне. Он то сжимал, то разжимал кулаки, кроме этого больше ничто не выдавало его состояния.
– Иль, подожди тут. Я сейчас объясню одной обнаглевшей белке, что его касается, а что нет, и вернусь к тебе, – сказав это, Край распахнул дверь и кивком пригласил Арчибальда следовать за ним.
То ли Себастьян был недостаточно убедителен, то ли Арчи непоколебимо настойчив, но через пару часов я стояла в храме. Справа от меня возвышался на диво невозмутимый жених. Мне бы такое хладнокровие, как у Края. Несмотря на его заверения во мгновенно вспыхнувшей любви, мне чудился во всём этом какой-то подвох. Вот только понять бы ещё, в чём он. Слишком хорошо. Волшебно. А я умела разделять реальность и выдуманный мир сказок о любви. Ну не бывает в жизни так, и всё!
Тем не менее, я стояла сейчас перед священнослужителем в шёлковом белом платье, держала в руках букет из веточек жасмина и слушала, как самый восхитительный мужчина из всех, кого я встречала, клянётся быть моим любящим мужем.
Настала моя
