— Благодарю вас, но… — растерянно пробормотал он.
Викки завела его за декорацию в темный уединенный угол.
— Давайте сюда: здесь нам никто не помешает. — Она села на складной стул, а Дэну указала на соседний. — Вы ведь не женаты, не так ли? — Небольшая морщинка вдруг прорезала ее лоб: последнее обстоятельство могло помешать их заговору.
— Разведен.
— А у вас сейчас кто-нибудь есть?
— Нет. — Взгляд Дэна был прикован к обнаженной длинной ноге, показавшейся в разрезе кимоно. Одна мысль сейчас целиком завладела им: есть ли на Викки что-нибудь еще, кроме этого кимоно.
Наклонившись к нему, она сжала его бедро.
— К чему сомнения, Дэниэл? Я вам нравлюсь?
— Мы едва знакомы…
— О, это поправимо! — Викки снова откинулась на спинку стула и улыбнулась. — Сколько времени вы будете собирать материал для вашей статьи?
— Недели две или около того. — Он вынул небольшой репортерский блокнот из внутреннего кармана пиджака. — Мне надо взять интервью у ваших коллег. — Дэн принялся листать исписанные странички. — У сценаристов, режиссеров, продюсеров и у шести главных исполнителей. Нашим читателям не терпится узнать ваши секреты.
«Черта с два они их узнают!» — подумала Викки, но лицо ее продолжало оставаться совершенно безмятежным.
— Дэниэл, вы же страшно устанете, если будете целыми днями гоняться за всеми и брать интервью! — Викки провела ладонью по его подбородку. — А если вы устанете, разве нам с вами удастся хорошенько развлечься? — Викки сделала вид, что размышляет. — Не сомневаюсь, что смогу тогда ответить на все ваши вопросы. Разве вам и вашим читателям не покажется интересным такой углубленный подход к изучению образа главной героини?
«С радостью останусь с тобой наедине, красавица, — подумал Дэн. — Тебе пока не удается убедить меня, что ты жестокая хищница». Он ласково улыбнулся:
— Любопытно, что вы сами это предложили. Джерри тоже предлагал мне писать статью, сосредоточившись в основном на образе Виксен… простите, — он потряс головой, — я хотел сказать «на Викки».
Ощутив минутное удовлетворение от того, что ей удается без труда морочить голову журналисту, Викки тут же пожалела об этом. Взгляд ее голубых глаз стал теплее, когда она заметила, как сосредоточенно размышляет над ее предложением Дэниэл Уэбстер Фолкнер. Викки нравились его приятная улыбка и мягкие манеры. Темные брови и карие глаза, оттененные падающей на лоб серебристой прядью, делали его необыкновенно привлекательным. В общем, судя по всему, он был очень славным, обаятельным человеком.
Дэн чувствовал, что за ним наблюдают, но продолжал просматривать свои заметки, делая вид, что ничего не замечает. До сих пор инициатива принадлежала Викки, она делала первые шаги — он же всего лишь с интересом и удовольствием к ней присматривался. Но сейчас настало время развести огонь и посмотреть, что будет, когда вода закипит.
— Вы осознаете ответственность перед обществом за то, что изображаете в фильме героиню, чье сексуальное поведение не может считаться нормальным? — неожиданно жестко спросил он.
Викки широко раскрыла глаза, пальцы ее крепко сжали широкий шелковый рукав кимоно… Она промахнулась: мягкий простоватый парень исчез прямо у нее на глазах!
— Насколько мне известно, ни один зритель не жаловался на мою игру в сексуальных сценах. Зрители чувствуют, где грань дозволенного. — Она посмотрела на журналиста в упор. — Может быть, эти сцены не устраивают вас, Дэниэл?
Дэн нахмурился и потер лоб.
— Должен признаться, что видел всего одну серию в прошлую пятницу. — Он кривовато усмехнулся. — Вы выглядели весьма… э-э… соблазнительно в черном шелковом… — он смущенно махнул рукой, — как это там называется…
— О, спасибо, Дэниэл! А вы мечтали обо мне? — Викки немного изменила позу — так, что низкий вырез кимоно чуть приоткрылся.
— Но ведь от меня именно это и требовалось, — невозмутимо ответил Дэн. — Мечтать о созданной вами, актрисой, воображаемой женщине… — Дэн пытался смотреть ей в лицо, но глаза его предательски заглядывали в вырез, обнаживший полную крепкую грудь.
Викки ощутила необычную для себя смелость, кровь забурлила у нее в жилах как шампанское.
— Я не воображаемая, Дэниэл. — Она крепко схватила его запястье, подняла руку и приложила к своей груди. — Послушайте, как бьется мое сердце. Разве я не настоящая?
Грубая ладонь Дэна коснулась бархатистой кожи. Он наклонил голову, испытывая потребность узнать, так ли пунцовы ее губы без помады.
Викки могла легко разрушить волшебство. Могла, но не захотела. В ту секунду, когда губы Дэниэла потянулись к ней, она почувствовала к нему благодарность. По какой-то неведомой ей причине Дэниэл Фолкнер разжигал ее воображение, будоражил нервы, возбуждал плоть. Ее плоть, а не плоть Виксен. Викки понимала, что выходит из роли и сама становится соблазнительницей.
Она чуть покусывала губы Дэна, заставляя их приоткрыться. Ее ловкие быстрые пальцы расстегнули пуговицы на его пиджаке, ладонь ощутила тепло прикрытого тонкой тканью рубашки крепкого тела.
Дэн упивался медовым вкусом ее поцелуя как редким вином. Нежная, гладкая кожа Викки будила в нем желание, рука ее, лежавшая на его груди, выдавала ее нарастающее возбуждение…
Внезапно вспомнив, где он находится, Дэн в испуге отпрянул от нее. Он помотал головой, словно желая избавиться от наваждения. Ему было непонятно, как он мог забыть о том, что где-то недалеко от них громко переговаривались, меняли декорацию, устанавливали свет и передвигали камеры… Взглянув еще раз в прозрачные аквамариновые глаза Викки, он перестал удивляться.
— Я… я начинаю думать, что сошел с ума, — сказал он хрипловатым голосом. — Я собирался сделать вполне объективное интервью…
— Я не позволю вам быть объективным, Дэниэл! Я хочу, чтобы вы стали заинтересованным участником съемок. — Викки с удовольствием наблюдала за тем, как он поправляет галстук, поднимает упавший блокнот и отодвигается от нее подальше вместе со стулом. Она не стала плотнее запахивать кимоно, легонько перехваченное на талии тонким пояском.
Дэн решил сделать попытку вернуться к делу.
— Место вашего рождения? — коротко спросил он.
— Коннектикут.
— Какая часть?
Викки опустила голову, окинула себя взглядом, потом посмотрела на журналиста:
— Вся. С головы до ног.
Острый кончик его пера зацепился за бумагу. Дэн откинул голову и громко расхохотался:
— Мадам, вы очаровательны! Просто очаровательны!
— Но я могу быть еще очаровательней… — Викки взяла его за плечо.
