Читаем без скачивания Чиллософия. Опыты выхода из безвыходности - Ирина Мицуовна Хакамада

того, чтобы жить, существовать. Он в пищевой цепи съедает ровно столько, сколько ему необходимо для нормальной жизни. Поэтому у хищника — энергия нападения, энергия борца и стремление победить в схватке, в бою, в конкуренции и т. д.

Кто такие травоядные? Они питаются растениями, веганы. Им природа подарила длинные ноги. Они все бегают. Маленькие травоядные бегают у самой земли, но очень быстро. Жирафы — самые высокие животные и хорошо бегают, и слоны огромные, но бегают о-о-очень быстро. Косули легкие и быстрые. Травоядные не нападают, их главная энергия — это энергия убегания от угрозы или, на крайний случай, ответная угроза за счет большой массы.

И наконец, есть стервятники, у которых главная энергия — энергия схватить то, что осталось от добычи хищников. Им необходимо тратить много сил, покрывая огромные расстояния в поисках остатков. Это гиены, грифы и т. д. Если вы начнете себя ассоциировать с каким-то типом, это не значит, что вы будете точно копировать животное: вы получите подсознательный образ и подсознательные инстинкты от этого образа. А потом, когда вы будете делать логические шаги, эти инстинкты вам помогут.

Например, если вы хищник, то есть бизнесмен, например, и начали свой бизнес, порвали всех вокруг на рынке, смогли насытиться, а потом кризис или коронавирус — то у вас, как у хищника, должен сработать инстинкт: нужно замереть и, может быть, остаться голодным, не стремиться хватать еще больше, а просто удерживать бизнес на плаву, хотя бы в ноль. Или, например, если вы представили себя травоядным, то должны понимать, что победить в жесткой конкуренции не можете. Вам необходимо защищаться мирным путем, и поэтому лучше быть наемным работником, а не предпринимателем. Специалисты и менеджеры — травоядные. Они работают за доход, будучи исполнителями, не любят рисков, нестабильности и непредсказуемости.

И, наконец, вы можете понимать, что у вас нет никакой энергии, кроме энергии завести связи и забрать какой-то административный ресурс, будучи приближенным к власти, или использовать пиар известного человека и конвертировать его в похожий продукт. Или украсть чужие идеи (на свое тратить время лень, а чужой успех можно позаимствовать). Это значит, что вы стервятник. Главное — честно признаться себе и чужой продукт улучшать.

Люди комплиментарно думают о себе. Сколько я ни проводила опросов, как вы считаете, кем себя люди называют? Оказалось, все 100 % хищники. Думаю: «Блин, а где же травоядные и стервятники? Почему их в жизни так много, а при опросе они все исчезают?» Чиллософия заключается в том, чтобы поставить себе точный диагноз. Быть реально осознанным, а не тщеславным. А потом честно спросить: я готов поменять этот диагноз? Я готов стать другим животным? И в зависимости от ответа действовать. Вот и вся чиллософия человеческой фауны.

17

 Выход из депрессии. Четыре природные стихии

Мы с вами так созданы… ну, в общем, нам дико повезло, что мы живем, может быть, на крошечной планетке во Вселенной, где сложились условия, при которых все четыре стихии — огонь, вода, земля и воздух — помогли возникновению жизни и даже появлению человека разумного. Мы пользуемся природным богатством, и для нас это вполне естественно. За огонь мы платим, воду пьем, ничего не замечая: она, платная, льется из-под крана, купаемся в реках, морях и океанах. За воздух мы, слава богу, еще не платим. Плохой он или хороший — мы им дышим автоматически. По земле ходим, тоже не задумываясь о ней.

Часто наступает такое состояние, когда вы теряете все силы, выгораете и впадаете в полудепрессивное состояние, притом что у вас все неплохо. И возникает вопрос: а что же делать? Как вернуть силы, не меняя свою жизнь, поскольку все хорошо? Просто вы выгорели. Я в свое время, переживая личный кризис, бросилась в путешествия. И совершенно случайно образовались разного рода экспедиции в далекие страны. Срослось. Вначале я уехала в rainforests — дождевые леса, джунгли Борнео. Я с экспедицией прошла сотни километров нетуристических мест. Комбинируя удобные национальные детали с одеждой профессионального путешественника, я настолько слилась с дождем, с дождевыми лесами и с влагой (стопроцентная влажность даже ночью), что совершенно забыла о своем кризисе, обо всех своих проблемах. И тропическая лягушка, севшая мне на руку, глядя на меня из другого мира, дала мне кучу энергии.

Вернувшись домой, я поняла, что изумрудная лягушка продолжала помогать мне, придавая сил даже в дебатах. Потом волей судеб буквально через три-четыре месяца я уехала в качестве журналистки в Африку, в Ботсвану. Пустыня, буши, саванна, львы, жирафы и т. д. Однажды проводник мне сказал: «Саванна живет сама по себе, а мы со своими запахами и моторами машин не существуем в этом мире. Мы в параллельном мире. Главные здесь не люди». И вот тут я поняла, что все мои проблемы очень малы по сравнению с жизнью в саванне. Например, львицы, которые идут на охоту, проходят мимо нашего джипа и просто нас не видят. Нас просто нет! Мы не существуем! А я столько времени уделяю каким-то своим кризисам и проблемам. И я вернулась из Африки с ее звездами, закатами и восходами, огромными животными, которые не видят нас, тоже с огромной энергией, которая была связана с этой землей.

Потом была экспедиция на остров Стромболи, на действующий вулкан. И мы с экспедицией поехали посмотреть на извержение вблизи. Подползли очень близко: дул страшный ветер, огненные камни с ревом катились вниз. Поток огня тек сверху вниз и баламутил воды моря, от которых поднимался пар, — это было что-то невероятное, как будто ты приблизился к адской машине. И я растворилась в природном аду. Ученый, работающий на сейсмической станции, фактически повторил слова проводника: здесь правят законы вулкана, а не людские. Мы живем биением его сердца.

Я приехала оттуда опять с новой энергией. И, посетив все три места, я решила переустроить свою квартиру в неоколониальном стиле, чтобы каждое путешествие оставило свое черточку и свой отклик. Я создала у себя такую атмосферу, как будто я вечный путешественник, а в квартире я нахожу убежище для воспоминаний, вдыхая родной воздух.

Если внимательно проследить за моим рассказом, можно заметить, что первым, что я приняла в своем путешествии, была вода. Дальше была земля. Вода — это дождевые леса, джунгли. Земля — это Африка. Затем был огонь — вулкан. И наконец, воздух с атмосферой путешественника — это мое жилище. В конце концов меня осенило. Я собрала все