Читаем без скачивания Столкновение характеров - Мейси Эйтс

Ева последовала за Майклом через просторный холл с высокими потолками и огромным камином в центре, в котором плясали оранжевые языки пламени, наполнявшие помещение теплом и уютом.

– Теперь я понимаю, почему вы выбрали это место, – сказала Ева, поднимаясь по ступенькам и проводя ладонью по гладким перилам из натурального дерева. – Оно особенное. – Этот дом больше отражал характер Майкла, чем роскошный частный самолет, и говорил о его желании уединиться и наслаждаться простыми радостями жизни.

– Здесь тихо, – произнес он.

– Вам нравится тишина?

– Да. А вам нет?

– После случившихся со мной неприятностей, я подумываю изменить свое мнение.

– Ева, вы ведь совершили этот поступок сознательно. Либо защищайте свою позицию, либо отрекитесь от нее.

Резкость его слов была подобна удару. И единственной причиной, по которой они весили так много, было то, что Майкл говорил правду. Но все равно реальность оказалась сокрушительной.

– Я зашла чуть дальше, чем намеревалась. Я просто хотела… Я думала, все сложится по-другому. – Ева по глупой наивности мечтала, чтобы отец хоть раз в жизни спросил ее, чего она хочет.

– Такое часто случается. Но люди, которые не собираются причинить кому-нибудь вред, как правило, становятся причиной большинства несчастий, – грубо сказал Майкл. – Ваша комната наверху.

Ева сдержалась, чтобы не сказать в ответ какую-нибудь колкость, чтобы Майк снова стал таким, как прежде. Настоящим. Пусть он был резким с ней, но Ева, по крайней мере, не чувствовала себя одинокой.

Каким-то образом она перестала видеть в Майкле врага. Теперь она воспринимала его больше как союзника. Хотя в данный момент Майк вел себя очень холодно с ней, словно они были абсолютно чужими людьми.

Ева вспомнила их танец в саду, и ей стало жарко. Она никогда не переживала ничего подобного. Ева много раз танцевала с мужчинами, но их объятия не трогали ее и не заставляли почувствовать себя безрассудной и сгорающей от страсти, какую она испытывала только в своей спальне по ночам, мечтая о любовных ласках.

Но Майкл был самым что ни на есть настоящим…

Он проследовал дальше вверх по лестнице. Ева старалась держаться на расстоянии и не смотреть на его тугие соблазнительные ягодицы.

Как жаль, что она не такая, как в тех скандальных статьях. Тогда Ева не краснела бы при взгляде на его тело, вспоминая прикосновения его рук. Нет, та Ева без раздумий взяла бы то, что хотела.

При этой мысли ее щеки стали пунцовыми.

Майк остановился в конце коридора:

– Мы пришли.

Он не стал открывать перед ней двери, и она не могла понять, в чем причина. Может, Майкл перестал быть галантным, потому что они покинули Кионос и ступили на его территорию. В любом случае она заметила в нем ощутимые перемены.

Ева взялась за дверную ручку и оказалась так близко от Майкла, что у нее перехватило дыхание.

– В таком случае я… пойду. Вы позаботитесь о том, чтобы принесли мои вещи?

Он коротко кивнул в ответ, не сводя с нее пристального взгляда.

Еву возмущало, что Майкл мог оставаться таким непостижимым для нее, тогда как она была для него словно открытая книга. Сколько всего о ней он узнал с одного лишь взгляда? И догадывается ли он, почему Ева каждый раз краснеет, стоит ему приблизиться к ней? Почему ей становится трудно дышать?

– Обязательно, – заверил ее Майкл.

– Я тогда… – запнулась Ева.

– Пойду?

– Да. – Она шагнула за порог комнаты, просторной и теплой, в которой весело потрескивал поленьями камин, а в центре стояла огромная кровать, накрытая стеганым одеялом.

– Я устала. Может… Наверное, я немного прилягу отдохнуть. Но если вы хотите, чтобы подняли мои чемоданы…

– Это вы хотите, чтобы подняли ваши чемоданы.

– Да. Это было бы… великолепно, – в смятении пробормотала Ева.

Майкл смотрел на нее некоторое время, и выражение его лица каменело, а в серых глазах полыхали огоньки. Еве хотелось коснуться его лица и провести по едва заметному шраму, который тянулся вдоль его щеки.

– Я попрошу поднять ваши вещи. – Майкл резко развернулся и пошел прочь.

Ева стояла в дверях и, сдерживая дыхание, смотрела ему вслед.

Было глупо с его стороны самому относить ее чемоданы. Глупо искать искушение, держать у губ запретный плод, вдыхать его аромат, не желая по-настоящему вкусить его. Это была какая-то новая форма мазохизма, которую он обнаружил в себе с тех пор, как повстречал Еву.

Майкл все время жаждал вспышки страсти, которую переживал, когда оказывался рядом с Евой. Кровь начинала с удвоенной скоростью бежать по его венам, заставляя почувствовать себя живым. Почувствовать себя мужчиной.

Он поставил один из огромных чемоданов Евы на пол и тихонько постучал в ее дверь.

Ответа не последовало, и Майкл на секунду представил, что Ева сбежала через окно на втором этаже и сейчас пробирается сквозь снежные сугробы в своих нелепых сапогах.

Он распахнул дверь и остановился, увидев ее лежащей на кровати. Одной рукой она закрыла лицо, а ее темные кудри рассыпались по подушке спутанной блестящей копной. Она так и не сняла сапоги.

В ее позе не было ничего соблазнительного, но его сердце тут же гулко забилось.

Обувь Евы выглядела неуместным дополнением к ее сну. Недолго думая Майкл потянулся к своей Спящей красавице и положил руку на затянутую в кожу лодыжку. У него во рту пересохло, а тело просто взбунтовалось, когда он ощутил своими ладонями идущее от нее тепло. Майкл провел кончиками пальцев вверх к краю ее сапога и тут же убрал руку.

У него не было права притрагиваться к Еве.

Если он расстегнет ее сапоги и снимет их, он окажется слишком близко к тому, чтобы попробовать на вкус запретный плод.

Майкл сжал руку в кулак и старался не обращать внимания на огонь, бушевавший в его груди. Он стоял, не дыша, потому что боялся почувствовать аромат, исходящий от Евы, что могло возбудить его желание еще сильнее, чтобы остановиться и не зайти дальше, не коснуться ее.

Ева вздохнула и изогнула спину. Ее округлые полные груди распирали свитер. Майкл заскрежетал зубами, испытывая сокрушительную страсть.

Она села и сонно потерла глаза:

– Майк?

– Я принес ваши чемоданы, – просипел он.

– Ага. – Она снова изогнулась и потянулась. Ее движения были по-кошачьи грациозными. Соблазнительными.

– Отдохнули?

– Немного. – Она поднялась с кровати и подошла к окну. Майкл смотрел, как при ходьбе покачиваются ее бедра, и старался не задерживать взгляд на ее упругих ягодицах. – Здесь и в самом деле очень красиво. Может быть, мне тоже нужно немного тишины.

Майкл начал думать, что он совершил огромную ошибку. Ему следовало отвезти ее в какое-нибудь другое место, где они не смогли бы остаться наедине.

Хотя в любом случае он поклялся отцу Евы охранять его дочь от всяческих посягательств. Получалось так, что и от своих собственных.

– Вы голодны?

– Немного.

– Я могу попросить свою помощницу по хозяйству что-нибудь приготовить.

Ева нахмурилась:

– Не верится, что здесь есть кто-то еще. У меня создается такое впечатление, что мы с вами остались одни на всем белом свете.

– Тут намного меньше людей, чем во дворце в Кионосе. И они живут не здесь, а в деревне у подножия горы. Мне не нужно содержать целый штат работников, потому что я нечасто приезжаю в этот дом.

– И сколько же у вас помощников по хозяйству?

– Только Лизель и ее муж Ян. Она готовит для меня, а он присматривает за домом. После ужина они обычно уезжают домой.

– Значит… у вас есть возможность побыть здесь одному?

– Да.

Ева снова нахмурилась:

– Не думаю, чтобы я хоть когда-нибудь оставалась одна. Во дворце работают сотни людей. Не учитывая охрану, конечно же. Многие из них живут там, а некоторые приезжают на работу с самого утра.

– В таком случае вы получите новый опыт, – сухо сказал он, повернувшись, чтобы уйти.

– Но я все равно буду не одна. Я буду… наедине с вами, – тихо ответила Ева.

Майкл не знал точно, насколько невинной была Ева, и мог только догадываться, что она чувствовала, находясь в уединенном месте вдвоем с ним.

Потому что он переживал похожие эмоции.

Майкл научился сопротивляться желанию. Когда по ночам ему становилось совсем невмоготу и его тело кричало об удовлетворении, он справлялся без посторонней помощи. Майкл часами занимался в тренажерном зале, делал длинные забеги вдоль пляжа у дома, где они жили с Мариной, так что когда наступала ночь, он падал замертво в кровать и тут же засыпал. До конца победить желание никогда не удавалось, но его получалось держать под контролем. Пока он не встретил Еву.

– Принцесса, обещаю вам, что никогда не воспользуюсь вашей слабостью. Я поклялся защищать вас, я дал слово вашему отцу и сдержу это слово.

Ева посмотрела на Майкла широко распахнутыми глазами, в которые он заглядывал, словно в окна, и видел, какой все же еще юной и неискушенной была его подопечная. Он понимал, что ее можно ранить одним неосторожным словом и разрушить ее чистоту, ее живость.