Молодёжь неожиданно Алеку понравилась. Явно давно спетая компания людей, хорошо понимающих друг друга. Понравилось ему и то, как они, не глядя, убрали оружие сразу после исчезновения из виду Родрикова кинжала: необычные мечи Бродира — короткий клинок, длиннейшая рукоять — пропали где-то в боковых ножнах, почти под мышками; небольшие, по детской руке, мечи Астри оказались в скобах набедренных поножей. Как ни странно, последним сунул тяжёлый меч в ножны именно улыбчивый Родрик, из чего лорд Валериан сделал вывод: парнишка, помимо дипломатии, привык защищать друзей. А общее впечатление недвусмысленно: несмотря на нервозность Бродира, троица достаточно опасна в столкновении — и ребята это знают, потому и не делают попыток сбежать или просто спрятаться. Ведь лорд Валериан не обольщался: топанье Всадников Смерти к залу вышло чрезвычайно громким.
— Вы мне так и не ответили, кто вы такие, — спокойно сказал Алек. Бродир показался ему самым раздражительным и вспыльчивым. Надо спровоцировать его, чтобы в запальчивости он высказал лишнее. — Может, мне объяснит это Бродир, который из?..
Вместо того чтобы вспыхнуть, темноволосый усмехнулся.
— Я Бродир из рода Драконов.
Укоризненно взглянув на него, золотистая леди со вздохом сказала:
— Ладно. Скажу я. Мы не облачники. Мы ученики чародея. Наш учитель видит в человеке линии старинных зодиакальных родов. Я — из рода Скорпионов. Родрик — Волк. Бродир сказал уже. Мы услышали про варваров и решили узнать, что с принцем. Попали сюда, как Родрик и сказал, — с террасы. Вот и всё.
Ученики чародея. Кое-что это объясняет. Например, равноправие Бродира и Родрика, несмотря на видимую разницу в положении. Придумали тоже — старинный зодиакальный род. Игрушки нашли… Лорд Валериан покосился на своих воинов: что ж, вполне ожидаемо — ухмыляются.
Он не оглядывался, но почувствовал, как воины вдруг раздались в стороны от дверей, кому-то уступая дорогу. Так. Вот кто поможет разобраться, правду ли говорят молодчики. Алек успел увидеть изумлённые глазища девушки и тоже шагнул в сторону.
В образованном воинами коридоре шла леди Юлиана. Она где-то раздобыла широкую бархатную юбку-накидку чёрного цвета на единственной, поясной застёжке, отчего юбка постоянно распахивалась впереди, открывая слишком светлое, в сравнении, платье; нашла корсаж и плащ — и стала, наконец, выглядеть достойно, как подобает неприступной придворной даме (перевёл дух лорд Валериан). Она даже успела сделать что-то с волосами и перестала упорно напоминать представительницу одного из бродячих племён. Правой рукой она приподняла юбку, чтобы подол не касался окровавленного пола, в левой — держала что-то сложенное. Приблизившись, она с коротким поклоном передала Алеку его плащ, которым до сих пор укрывалась.
— Леди Юлиана, — всё так же лениво и безучастно заговорил Алек. — Эти трое утверждают, что они ученики чародея. Можете ли подтвердить сказанное ими?
Он внимательно следил за её лицом, когда она обернулась к молодым людям. Но через минуту досадливо поморщился: до мозга костей светская дама, привычная к придворным играм, леди смотрела на пришельцев бесстрастно, не дрогнув ни единой чёрточкой лица. Более того, она спокойно пошла к ним, из-за чего насупившийся лорд был вынужден дожидаться её вердикта.
В насторожённом молчании обеих сторон леди Юлиана постояла перед каждым из странной компании (заглянула в глаза? — предположил лорд Валериан) и наконец обернулась. Уверенный голос пролился бальзамом на сердце:
— Лорд Валериан, эти молодые люди весьма скромны. Судя по всему, они уже не ученики, а настоящие, хоть и начинающие чародеи.
— В таком случае они мне неинтересны (так, заносчивый мальчишка Бродир вскинулся всё-таки!). Леди Юлиана, вы можете объяснить, что произошло в этом зале?
Золотистая леди Астри тихонько вздохнула.
— Я думаю, молодые люди могут ответить на ваш вопрос, — медленно, словно размышляя, сказала высокородная. — Они пришли раньше и наверняка уже поинтересовались странной смертью войска варваров. Не так ли, господа?
Теперь вздохнул русоголовый Родрик. Он оглянулся на Астри — золотистая леди кивнула. На темноволосого Бродира — тот дёрнул плечом: мол, поступай, как хочешь. Тогда лишь Родрик обернулся к воинам и негромко сказал:
— Здесь были Ползуны.
Лязг выхваченного оружия словно стал ответом на боевую команду.
В звеняще-металлической тишине обыденно прозвучал голос лорда Валериана:
— И где они теперь?
— Ушли, захватив с собой принца.
Несколько мгновений лорд Валериан равнодушно разглядывал Родрика, затем обратился к Всадникам:
— Все трупы из этого зала — во двор! Сжечь дотла! Чтобы луч утреннего солнца коснулся лишь пепла! Несите сюда все факелы! Надо залить плиты жиром и выжечь безумие пролитой здесь крови!.. Леди Юлиана, вы сможете показать дорогу, по которой ушли Ползуны?
— Но это безумие! — ахнула золотоволосая девушка.
— Нам нужен принц, — сквозь зубы выговорил лорд Валериан. — И если будет такая необходимость, я достану его из-под земли!
7.
Эрик.
Мальчишка очнулся вовремя.
Бок о бок с громадной расписной змеёй Эрик вышагнул из подземелья в солнечный день. Солнце не ослепило, потому как ещё в подземелье чувствовалось его присутствие. Ну, а поскольку к свету привыкать не пришлось, варвар жадно огляделся — и не только затем, что искал возможность сбежать. Он впервые за последнее время познал радость видеть мир в ярких красках.
Ненадолго. Эрик сразу понял, что клыкастые красавцы прямиком направляются в дыру напротив — там обнаружился вход ещё одной пещеры. До неё — шагов сто: по широкой хоженой тропе, через короткий каменный мост, с которого — сядь на корточки, и легко достать до ручья, певучего, словно арфа в руках дворцового скальда. И вновь тропа, пропадающая в пещере, чей ход выложен обработанным камнем.
А так — ущелье. Тесное: вокруг отвесные скалы; ручей из горы в гору; роскошный кустарник и травы на этой стороне — голая, каменистая земля на той. Не сбежишь. Хотя… Был бы один… Можно было бы попробовать.
Едва варвар ступил на каменный мост, накидка на его руках шевельнулась. Эрик остановился и заглянул под край. Мальчишка смотрел уже осмысленно, но, кажется, вся осмысленность сосредоточилась на одном желании. Варвар с трудом разглядел, как шевельнулись растрескавшиеся губы, с трудом расслышал даже не стон, не шёпот, а шелест пересохшего горла.
Расписная гора змеиного мяса текла мимо. Несколько мгновений Эрик хмуро смотрел на неё, прикидывая, что будет, если он просто, не спрашиваясь, спустится к ручью. И — глубоко вздохнув, смачно шлёпнул чудовище ладонью по боку, как шлёпнул бы по крупу лошадь, подбадривая.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
