— Нет! — вырывается у меня невольно.
Муж поворачивается ко мне и приподнимает бровь. Я нарушила одно из правил. Мне нельзя ему перечить.
— Да, Катерина, да.
— Ты обещал, — жалко лепечу я, понимая, что всё бесполезно.
— Я и не отказываюсь от своих обещаний. Просто исполнение обещаний сдвинется на неопределённый срок. Мне нужно всё разрулить. А пока…
Я и не поняла, что он остановил машину. Так ударило по мозгам его заявление. Он что, специально? Или тупая, жестокая случайность? Совпадение? Рядом с Алексеем я во всякого рода неожиданности не очень верила. То есть для меня его слова и действия могли оказаться нежданчиком, а у него всегда продумано и решено. И мнения, совета он никогда ни у кого не спрашивал.
Охранное агентство «Шанс» — пялюсь на вывеску, как будто от этого что-то изменится. Мне становится по-настоящему страшно. Я молча смотрю на мужа. Лицо у него как из камня. Это что, продолжение старой истории? Или случилось что-то другое? Но вопросы я задавать сейчас не могу. Да и вообще не могу. Это разве что Алексей снизойдёт и объяснит. Но ждать подробностей в машине — глупо. Разве что потом, дома. Много позже.
— Я вынужден нанять охрану и усилить сигнализацию, видеонаблюдение. Вынужденные меры. А тебя попрошу без надобности никуда не выходить.
Что в его голосе?.. Предупреждение? Затаённая злость? Он… узнал?.. Или это моя личная паранойя? В любом случае, я всегда была очень осторожна. Да и случаев этих было… пальцев одной руки будет многовато, чтобы пересчитать. Но это первое, о чём я думаю, когда Алексей говорит об охране. Наверное, мне не стоит так бояться. Всё совершенно по-другому.
— Подожди меня здесь, — приказывает он, а затем, уже почти выйдя, меняет своё решение: — Нет, лучше пойдём со мной.
И я послушно выхожу из машины и иду за ним вслед в какое-то агентство. Он побоялся оставить меня в машине? Это что-то новенькое.
Артём
Я был не в духе. Я в последнее время злой и раздражённый. Понимаю, что жуткий засранец и всё такое, но ничего не могу с собой поделать. У меня всё валится с рук. Особенно после той ночи. Точка.
Естественно, я ничего не смог узнать в клубе. Если кто и знает ночную бабочку, то не выдадут. Но попытка того стоила. И я решил негласно за этим рассадником стриптиза понаблюдать. Хотя после моих расспросов вряд ли она туда сунется. Поспешил я. Горячая голова никогда к хорошему не приводит.
Но и помимо этой истории существовало много факторов, которые жить спокойно не давали. Ненавистная работа. Сумасшедший ритм. И мне приходилось на себе тянуть абсолютно ненужный мне воз. Я крепко подумывал, как выкрутиться: сбросить свои обязанности на кого-нибудь другого. Даже план составил. Плохой, но всё же план.
И тут жизнь вместо меня сама поставила запятую. Я увидел Её. Даже глаза протёр. Стыдно сказать, но я узнал её по фигуре. Маленькая моя. Одета как кукла на парад. Ровная спина, манящие бёдра, стройные ноги. Модельные туфли на высоком каблуке.
Я замер, как охотничий пёс. Она?.. Или нет?.. Нашла меня сама?..
На какой-то миг затопила эйфория. Не знаю, как я удержался, чтобы не налететь с вопросами. Сбивала с толку причёска. Не её волосы. Цвет, длина — не то. И когда она повернулась в профиль, я подумал, что обознался. Другое лицо. Не те глаза. Разве что губы…
Я должен был увидеть её глаза в глаза. И она, словно повинуясь моему молчаливому приказу, повернулась. Совершенно другой образ, но я уже не сомневался: это она. Та самая.
Сердце рвалось из груди мощными толчками. И только внутреннее чутьё не дало мне выйти из укрытия и подойти. Я привык доверять своим инстинктам. Они мне жизнь спасали не раз. Поэтому я остался там, где стоял. Но это не помешало мне глазеть на неё, пялиться, не отводить глаз. Любоваться.
Иная. Но главное — она. Не знаю, сколько я простоял. Время перестало существовать. Превратилось в кисель, тянулось, колыхалось, обволакивая, стискивая разум в своих мягких объятиях.
— Катерина, — очнулся я от властного голоса. — Пойдём.
Ну, конечно. Рядом с такой женщиной может быть только такой мужик. Идеальный образец. Но я точно знал: её толкала на приключения не скука. А значит… значит этот напыщенный мудак недотягивал слегка или вообще до кое-чего.
Её стоны стояли у меня в ушах. Её тело выгибалось мне навстречу. И то, что происходило с нами, не имело к этому высокородному кобелю никакого отношения.
Она послушно шагнула за ним вслед. Шла, покачивая бёдрами. Но в её походке совершенно не было ни вызова, ни ритма. Так семенит маленькая собачонка за хозяином. Перебирает лапками, пытаясь успеть.
Я провожал их взглядом. Еле дождался, когда они покинут агентство.
— Что хотел? — спрашиваю Ольгу — девушку, что принимает заказы. Она и бухгалтер — единственные женщины в нашем царстве упоротых тестостероновых мужиков.
— Очередной маньяк, — пожимает она плечами. — Усиленное видеонаблюдение, охрана, личный телохранитель для него и жены.
Жена — неприятно режет слух простое слово. Значит, жена. Как пенопластом по стеклу. Я стискиваю зубы, чтобы не выдать, как меня перекорёжило.
— Просил подобрать лучших из лучших. Настаивал. И вообще хотел видеть главного. Вас то есть. Я уверила, что вы лично займётесь его делом, когда освободитесь.
О, да. Именно. Всё самое лучшее.
— Дай мне его заявку, — протягиваю руку. Ольга хлопает ресницами. Удивлена. Обычно я таких маньяков на дух не переношу и весьма неохотно встречаюсь. Только когда совсем без вариантов. Как с тем, что был у меня давеча. Иногда приходится прогибаться. Сейчас я готов прогнуться сам. Без пинка под зад. У меня свой интерес, но Ольге об этом знать не обязательно. — Да, я сам этим займусь, — проглядываю бегло наспех распечатанный список услуг.
— Он не подписал контракт, — частит Ольга. — Сказал, что придёт ещё раз, чтобы проверить и лично посмотреть на тех, кого мы ему подберём. Просил, чтобы был выбор и досье. Представляете?
Я слишком хорошо представлял. И знал, что ему нужно. И что ему понравится. Не будем огорчать большую шишку на ровном месте.
— Я понял и услышал тебя, — киваю Ольге и выхожу прочь.
Прислоняюсь к стене. Прикрываю глаза. Екатерина. Теперь я знаю, как её зовут. А это уже много. Очень много. Плевать я хотел, что она замужем. Мне вообще на всё плевать, кроме неё. Может, потому, что мне всё осточертело. А она… как глоток родниковой воды.
Никогда ещё мной не владела женщина. Настолько глубоко. Но, кажется, я этого не боюсь. Выйти на молодой лёд, рискуя провалиться, — это безбашенность. Но моя башня только и ждала момента, чтобы удрать. Подальше отсюда. И она дождалась.
13. Рина и Артём
Рина
Алексей заговаривает сам. В машине. Это не спонтанная речь, а хорошо продуманный спич. Он всё решил, теперь ставит меня перед фактом.
— Я знаю всё, о чём ты сейчас думаешь, — он на меня не смотрит, лихо ведёт машину. Ловит часами солнечный луч. Золото слепит глаза. Но я предпочитаю смотреть на его запястье, а не на профиль.
Взгляд в лицо у Алексея может считаться провокацией. И послужить поводом для крайнего недовольства, после которого у него есть право мной помыкать. Если не физически, то обязательно морально. И ещё не факт, какая из форм его садизма ранит больше.
Вряд ли он знает, о чём я думаю, но да, есть одна тема, которую мне поднимать нельзя, но как раз с ней связано моё огорчение. И в этом он уверен на все двести процентов.
— В стране кризис, не избежала его и моя компания. К тому же, есть моменты, о которых тебе лучше не знать. Я берегу твои нервы и тонкую психическую организацию.
Это он так намекает, что любит и заботится обо мне. Плавали, знаем. Всё в этом мире делается лишь для того, чтобы я была счастлива. Алексей в этом глубоко убеждён.
