Кондуктор оробел и заговорил почтительнее:
- Вообще-то я не собирался поступать так с вами, сэр, и, хоть вы наделали глупостей, я вас прощаю.
- Весьма благодарен, сэр, - ответил я, устав от бессмысленных препирательств с самоуверенным глупцом. - И что же вы предпримете теперь?
- Сейчас рабочие починят путь, и поезд отправится в дорогу. Как вы считаете, нам не угрожает новое нападение краснокожих?
- Можете не беспокоиться, они не вернутся. Ваша атака была так всесторонне обдумана и блестяще проведена, что наверняка отбила у индейцев всякое желание нападать на поезда.
- Надеюсь, вы не издеваетесь надо мной, сэр! Не то мне пришлось бы требовать от вас извинений. Мне никак нельзя ставить в вину то, что их было слишком много и что они так хорошо приготовились к нападению.
- Я предупреждал вас об этом. Оглала прекрасно обращаются с огнестрельным оружием. Из ваших шестнадцати рабочих и двадцати солдат погибло девять человек. Это вы, а не я, послали их под пули, их кровь на вашей совести. О вашей победе лучше молчать. Я и мой товарищ вдвоем вынудили краснокожих бежать, а если бы вы послушались меня, то все ваши люди были бы целы и невредимы.
Кондуктор все же пытался что-то сказать в свое оправдание, но подошли пассажиры, встали на мою сторону, и ему не осталось ничего другого, как скромно спросить:
- Надеюсь, вы останетесь с нами, пока мы не уедем?
- Разумеется. Настоящий вестмен никогда не бросает начатое дело, не доведя его до конца. По другую сторону от железной дороги огня не было, соберите там хворосту, разожгите костры и приступайте к работе. На всякий случай поставьте на часах несколько человек.
- А не могли бы вы взять на себя эту обязанность?
- Какую?
- Стоять на часах.
- Милое дело! После всего, что я для вас сделал, вы еще пытаетесь устроиться поудобнее за моей спиной? Пораскиньте мозгами, и ваш военный талант и опыт полководца подскажут вам, где поставить часовых.
- Но мы не столь зорки, как вы.
- Раскройте глаза и напрягите зрение, и вы все увидите. Тихо! Вы слышите?
- Это топот лошади. Наверное, к нам мчится какой-нибудь индеец. К оружию!
- Неужели вы думаете, что индеец будет так шуметь? Это мой товарищ, и я вам настоятельно советую принять его поучтивее. Сан-Иэр не понимает шуток.
Это и в самом деле был Сэм. Он подскакал к нам и спрыгнул с лошади с таким выражением лица, словно был обижен на весь мир.
- Вы слышали мой зов? - спросил я.
Он ответил мне кивком и обратился к кондуктору:
- Это вы придумали такой замечательный план?
- Да, - ответил тот так простодушно, что я не сдержал улыбки.
- Примите мои искренние соболезнования. Моя старушка Тони обладает потрясающим умом по сравнению с вами. Однако и для вас не все еще потеряно. Когда-нибудь и вы выйдете в люди. Только, ради Бога, остерегайтесь попасть в президенты. Тони, оставайся на месте, я сейчас вернусь!
Кондуктор лишился дара речи и в изумлении молча открывал и закрывал рот. Впрочем, если бы он даже нашелся что сказать, слушать его было некому, так как Сан-Иэр уже исчез в ночной тьме. Что же могло вывести из себя старину Сэма? Ведь ему было наплевать на судьбу поезда и на самодовольного кондуктора. Ответ был один: встреча с Фредом Морганом, белым разбойником, которого я пинком выбросил из паровоза.
Я догадывался, куда отправился Сэм, я сам поступил бы точно так же, но до сих пор у меня не было на это времени. Сидя на насыпи, я наблюдал за тем, как рабочие суетятся на полотне, приводя его в порядок. Спустя несколько минут маленький вестмен вернулся и сел рядом со мной. Теперь его лицо было не просто хмурым и озабоченным, оно стало мрачным, как грозовая туча.
- Ну и как? - спросил я.
- Что как? - прошипел он в ответ.
- Они мертвы?
- Мертвы? Вы смеетесь надо мной? Вы их погладили томагавком по затылку и хотите, чтобы они были мертвы? Таким ударом и муху не убьешь! Вы слышали, что я сказал кондуктору?
- Что именно?
- Что моя старушка Тони обладает потрясающим умом в сравнении с ним.
- Ну и что же?
- Догадайтесь сами. Даже моя Тони сообразила бы, что Ка-Во-Мена и Ма-Ти-Ру надо уложить навсегда, а не на десять минут. Они очнулись и улизнули.
- Вот и прекрасно!
- Прекраснее некуда! Два распоследних негодяя разгуливают по прерии, тогда как их скальпы могли бы оказаться в наших руках.
- Вы уже знаете, что я думаю по этому поводу, Сэм, поэтому прекратите браниться. Лучше скажите, что вас так взбесило.
- От такого взбесится и святой! Как вы думаете, кого я встретил?
- Фреда Моргана.
- Действительно! Как вы узнали?
- Вы назвали его по имени, да так громко, что услышала вся прерия.
- В самом деле? Я не помнил себя от ярости. Знаете, кто он такой?
- Неужели убийца вашей жены и ребенка?
- Он самый, собственной персоной.
Я вскочил на ноги.
- Невероятное стечение обстоятельств! Вам удалось его настигнуть?
- Нет, негодяй скрылся. Я бы вырвал с корнем собственные уши, будь они у меня!
- Я же видел, как вы бросились за ним в погоню.
- Он исчез, как в воду канул. То ли затерялся среди бегущих краснокожих, то ли юркнул в обгоревшие кусты и затаился там. Но я обязательно найду его, хоть из-под земли достану! У них нет лошадей, и мы легко их нагоним.
- Нагнать их - дело нехитрое. Отличить следы белого от следов индейцев тоже легко, но если он не дурак, то пойдет косолапой походкой краснокожих, и тогда нам не удастся выследить его.
- Что же нам делать, Чарли? Я должен добраться до него во что бы то ни стало!
Я сунул руку в карман и вытащил кошельки и бумаги, которые обнаружил в седельной кобуре лошади Фреда Моргана.
- Может быть, здесь мы найдем что-то, что подскажет нам, где его искать?
Я открыл один кошелек, затем второй. Свет от костра упал на их содержимое, и я с удивлением воскликнул:
- Смотрите, Сэм! Камни, настоящие драгоценные камни! Алмазы! Они стоят целое состояние.
Откуда? Каким образом драгоценности попали в кошелек к главарю разбойничьей шайки? Сколько крови он пролил, чтобы завладеть ими?
- Алмазы? В самом деле, - ответил Сэм почти равнодушно. - Еще никогда в жизни мне не приходилось держать в руках такой дорогой осколок нашего бренного мира.
Я протянул один из кошельков Сэму.
- Это бразильские алмазы. Посмотрите, как они сверкают даже при свете костра.
- Гм! Какие странные существа люди. Ведь это камень, не серебро, не золото, а просто камень. Правда, Чарли?
- Это уголь, Сэм, не более чем уголь!
- Вот ведь незадача, мне все равно, уголь это или что-то другое. Даже мою старую пушку я не отдам и за пригоршню этих камешков. Что вы собираетесь делать с ними?
- Верну владельцу.
- Как его зовут?
- Пока не знаю, но вскоре выясню. Такое богатство не может исчезнуть бесследно и без шума. Хозяин наверняка обратился в полицию, газеты трубят о краже на каждом углу.
- Вы правы, Чарли, с завтрашнего дня подписываемся на все газеты Соединенных Штатов.
- Может, не стоит так торопиться? Успеем подписаться и послезавтра. Давайте-ка лучше посмотрим эти бумаги.
Сэм согласно кивнул, и я развернул пакет. Внутри оказались подробнейшие карты территории Соединенных Штатов, Мексики и Канады и письмо следующего содержания:
"Дорогой отец!
Твое присутствие совершенно необходимо. Приезжай поскорее, независимо от того, удалось тебе провернуть дело с камнями или нет. Есть возможность сорвать банк. В середине августа я приеду на Сьерра-Бланка, туда, где Пекос протекает между Скеттл-Пик и Хэд-Пик. Подробности узнаешь при встрече.
Твой Патрик.
Галвестон..."
Дата, поставленная после названия города, была оторвана, поэтому нам оставалось только гадать, когда негодяй-сын написал письмо негодяю-отцу.
- Тысяча чертей! - воскликнул Сан-Иэр, когда я прочел ему письмо вслух. - Все сходится, его сына зовут Патрик. Именно этих двоих и не хватает мне, чтобы сделать две последние зарубки на прикладе. Я уже много лет гоняюсь за ними. Повторите, пожалуйста, название тех двух гор.
- Скеттл-Пик и Хэд-Пик.
- Вот ведь незадача! Где меня только по свету не носило, а в тех краях я не бывал.
- Не беспокойтесь, Сэм, мне как-то довелось ехать из Санта-Фе на плато Орган, а так как я спешил и не хотел столкнуться с серым гризли в Сьерра-Бланке, то повернул именно туда.
- Так вы бывали на Пекос?
- Ну, конечно.
- Вот вы-то мне и нужны. Мы с вами собирались в Техас и Мексику, но теперь придется взять правее. Я ведь и направлялся туда лишь потому, что надеялся отыскать этих людей, но теперь, когда они сами назначают мне свидание, я был бы круглым дураком, если бы не полетел к ним на крыльях любви. То-то они обрадуются, когда увидят Сан-Иэра верхом на старушке Тони. Вы поедете со мной?
- Разумеется. Мне тоже очень хотелось бы потолковать с Фредом Морганом, ведь только он один знает, кому принадлежат камни.
- Тогда спрячьте их подальше и пойдемте посмотрим, что там поделывают отчаянные головы с Западной железной дороги.
