Читаем без скачивания Чёрный стерх - Эдуард Геворкян

- Если поможешь мне - станешь самым умным человеком в мире. Сразу! По таблетке из каждой банки - и будь здоров! Все знания и умения мира, и не одного, заметь, будут в твоей маленькой глупой голове. Вот, например, - он покачал банкой, - номер пять тысяч двести три - это у нас кто? Это у нас будет "Начальник переплетного спеццеха"... Ну, тебе не интересно, а вот - девять тысяч триста "Вершитель решительных метафор"; хорош "фрезеровщик шестого разряда", неплох "Подпиливатель ножек столов, крытых зеленым сукном" или вот этот - триста четвертый - "Водитель боевого вертолета". А на этой полке науки - сколько угодно и на все склонности: химия, астрология, молекулярная психокинетика, метафизик одних двенадцать штук, не считая мелочи, или вот...

Он прервал себя, задумчиво повертел банку с черными таблетками и поставил на место.

- Итак?

Аршак переводил взгляд с банки на банку и упрямо молчал. Смешно... В классе четвертом или пятом мечтал - придумать бы такую таблетку - проглотил - все знаешь. Вот они, таблетки, но что-то глотать не хочется.

Кошкодав-Ракоед выжидательно смотрел на Аршака, потом махнул рукой и вышел из комнаты. Аршак поплелся за ним. На сей раз его никуда не тащили, наоборот, он теперь едва поспевал за хозяином лабиринта. Кажется, здесь они уже шли, и не раз. В конце концов, почему бы не попробывать? Сейчас!

Замедлил шаги. Кошкодав-Ракоед, загибая пальцы и бормоча под нос что-то о марганцовке, шел не оглядываясь. Вот он скрылся за поворотом. Аршак резко повернул и быстро пошел обратно, потом побежал.

УБЕЖИЩЕ

Все равно было, куда бежать, только подальше от Кошкодава! Позади остался коридор со знакомой нишей, откуда из душного полумрака шел мерный шелест велосипедной цепи, узким переходом он выбрался к винтовой лестнице, только на секунду глянул через открытую дверь в комнату, обитую коврами и дальше, дальше...

Темные коридоры и мрачные проходы вывели его на светлую лестничную клетку. Яркий плафон освещал белые кафельные стены и единственную на площадке дверь. Аршак осторожно заглянул в пролет дна не было видно, ступени терялись, таяли глубоко внизу.

Толкнул дверь. Она без шума распахнулась, в свете, идущем с площадки, увидел небольшую прихожую с платяным шкафом и зеркалом под вешалкой на стене.

Его насторожил слабый звук шагов. Он не мог понять, откуда шаги из темного арочного проема, ведущего в коридор или с лестницы. Мелькнула жуткая мысль, что Кошкодав-Ракоед с неумолимостью скверного анекдота надвигается со всех сторон одновременно.

Он вошел в прихожую и тихо закрыл дверь. Прижавшись ухом к клеенчатой обивке, вслушался. Потом, обнаружив светящуюся точку глазка, припал к ней. Сколько времени прошло он не мог сказать, но перед дверью никто не появился.

Не отрывая глаза от смотрового отверстия он повел руками слева и справа от себя. Нащупал выключатель.

Вспыхнул свет. Первым делом он задвинул до упора массивный, капитальный засов и только потом обошел помещения.

Маленькая однокомнатная квартира, крохотная кухня, зато холодильник большой и набит припасами. В комнате он замер от приятной неожиданности - полки во всю стену набиты книгами, стеллажи напротив пластинками, на телевизоре стояла плоская коробка видака, а над ней громоздились кассеты.

Из окна видны были весело перемигивающиеся красные точки автомобилей, гирлянды разноцветных огней пересекали ночной город, далеко внизу вспыхивали и гасли неразличимые огненные надписи...

Аршак сел в мягкое глубокое кресло и расслабленно вздохнул. Эта уютная квартира не могла принадлежать Кошкодаву, усатый ютился в мрачных подвалах. Хорошо бы договориться с хозяином флэта и пересидеть здесь, пока там, за дверью все не утрясется и не встанет на свои места.

Он мечтал как раз о такой вот квартире, чтобы можно было отгородиться от всех школьных безумств, от ежедневного хаоса и домашней суеты. Дома его раздражали высокие потолки жилья довоенной постройки, длинный пустой коридор, упирающийся в ванную комнату, тоже длинную и нелепую, с таким же ненужно высоким потолком, с окном, замазанным краской. Даже в своей комнате не мог отсидеться - вечно хлопочущая мать врывалась к нему по поводу и без повода, а просьбы сбегать в магазин чередовались поползновениями на доверительный разговор, разговор же прерывался просьбой срочно смотаться через весь город к родственникам за лекарством. Как-то, выйдя из дома по очередной просьбе, Аршак заметил из окна троллейбуса Жирайра Аветисовича, нырнувшего к ним в подъезд.

Привстав, Аршак включил телевизор и хотел было плюхнуться обратно в кресло, но так и застыл в нелепой позе, держась за подлокотники.

С экрана на него смотрела, гадко улыбаясь, усатая морда Кошкодава-Ракоеда, беззвучно дергала губами, кривлялась, корчила рожи и тыкала пальцем вниз и вбок, туда, где располагался регулятор громкости.

Аршак выпрямился, оглядел комнату и взял со стола тяжелую пепельницу.

Кошкодава словно ветром сдуло, вместо него появились толстые, как в немом кино, буквы: "Только посмей!", А потом пошла заставка с цветами и легкой музыкой, по низу экрана буковками поменьше побежала информация о погоде в Сарапуле, Орле, Нижневартовске...

Аршак медленно попятился к стене. И здесь его достал чертов злодей!

Он прислонился к стеклу и чуть не упал! Набитые книгами полки вдруг подались вглубь и, словно на колесах, быстро укатили, исчезли в темноте, открыв голый коридор.

Картинка на экране сменилась вопросом: "Что, стена поехала?"

Со всех сторон пошел слабый шорох и хруст. Потолок на глазах сложился по линиям балок и сгинул, оставшиеся стены упали картонными декорациями, вверх и вбок складывались и осыпались карточным домиком такие же стены и потолки других этажей.

Через несколько минут Аршак стоял на мраморном полу в огромном зале. Колонны из темнозеленого камня уходили вверх и таяли во тьме. В медные позеленевшие лапы, торчащие из колонн, вставлены коптящие факелы.

Холод, мрак и громада пустого пространства вдавливала его в скользкие плиты. Он съежился, захотелось обхватить голову руками и забиться в безопасный угол. Но углов здесь не было.

И тогда он хватил хрустальной пепельницей о ближайшую колонну так, что брызнули радужные осколки, и пошел вдоль колонн. Куда бы он не сворачивал, казалось, лес каменных стволов бесконечен. Аршак даже обрадовался, увидев за одной из колонн отваленную в сторону мраморную плиту и ступени, уходящие вниз. Не размышляя, он кинулся туда и вот опять с тупым удивлением пошел знакомыми коридорами с выемками ниш, винтовыми лестницами и узкими проходами.

Ноги с каждым шагом немели. Аршак, уверенный, что заблудил ся, вдруг увидел открытую щель, ввалился в помещение и застонал от досады: как он мог забыть эту квадратную дверь!