– О боги, работы здесь много, – пробормотала Друзилла и кивнула двум рабыням, которые должны были ей помочь. Они хотели стащить с новой рабыни лохмотья, чтобы ее переодеть, но Зигрун в ужасе отпрянула и подняла руки, чтобы защититься.
– Так не пойдет, – решила Друзилла, оттолкнула обеих и снова улыбнулась чужестранке. Затем она указала пальцем на себя, потом на бассейн с водой, демонстративно разделась, вошла в воду, повернулась и кивнула Зигрун.
Зигрун медлила. Не было ли это хитростью, чтобы ее утопить?
Ведь не повредит же ей, если она последует за приветливой женщиной в воду. Медленно она стащила жалкие лохмотья со своего тела. Друзилла удивилась. Чужестранка была очень высокой, гибкой и стройной. Ее грудь, на вкус Друзиллы, оказалась несколько большой, зато ноги были стройными и кожа очень светлой. Однако она была грязной, и длинные полосы, с которых до сих пор стекала кровь, показывали, что надсмотрщики не жалели на нее ударов плети.
Зигрун медленно подошла к бассейну и ступила на каменную лестницу, которая вела в воду. Однако когда ее нога коснулась воды, она испугано вздрогнула. Вода была теплой.
Друзилла с удовольствием плескалась в воде и ободряюще махала ей. Зигрун не сразу пришла в себя. Почему вода теплая? Теплее, чем воздух. Ведь это невозможно! Одновременно она ощутила побуждение войти в теплую воду и плескаться в ней, подобно этой полноватой женщине, которая сейчас, довольно смеясь, потягивалась и отфыркивалась.
Зигрун преодолела свой страх и медленно, шаг за шагом, спустилась в бассейн. Две другие рабыни остались стоять у края бассейна, держа полотенца и маленькие сосуды на подносе. Зигрун недоверчиво посмотрела на них. Однако когда Друзилла открыла один из горшочков и натерла себя приятно пахнувшим маслом, Зигрун отбросила свою осторожность и сделала так же, как она.
Теплая вода произвела приятное и расслабляющее действие на Зигрун, хотя она вздрагивала при каждом незнакомом шорохе и, казалось, постоянно готова была бежать. Но девушка не могла лишить себя такой приятной ванны и позволила, чтобы другая вымыла ее и ее волосы.
После того как Друзилла отмыла новенькую и пригладила ее длинные волосы, она вытянулась рядом с ней в воде, показала на себя пальцем и сказала:
– Друзилла.
Потом она показала на Зигрун и замолчала. Зигрун поняла. Она посмотрела на женщину и повторила:
– Друзилла.
Друзилла кивнула и засмеялась. Тогда Зигрун показала на себя и произнесла:
– Зигрун.
Глаза Друзиллы расширились.
– 3… гр…
Она не могла воспроизвести звуки и покачала головой.
– Зигрун, – повторила Зигрун и улыбнулась.
– Ззигуррр… – Друзилла громко рассмеялась и шлепнула руками по воде так, что отлетели брызги. – Аква! (Вода!).
– Аква, – повторила Зигрун.
Друзилла снова кивнула и улыбнулась. Затем она взяла один из глиняных флакончиков, капнула несколько капель из него себе на руку и поднесла к носу Зигрун.
– Олеум.
– Олеум, – повторила Зигрун. Она подняла свою руку и показала ее Друзилле. – Манус.
Друзилла обрадовалась, что Зигрун, наконец, оттаяла. Она взяла прядь ее волос.
– Капиллус.
Затем указала на ее рот.
– Орис.
На глаз.
– Окулус.
На нос.
– Назус.
На грудь.
– Пектус.
Зигрун внимательно слушала слова Друзиллы.
– Капиллус, орис, окулус, назус, пектус, – повторила она, указывая при этом на соответствующие части тела. Друзилла громко засмеялась и весело брызнула в Зигрун водой.
– Аква! – воскликнула Зигрун. – Аква! Аква!
Вот она нагнулась и сильно подула на воду так, что образовались пузыри.
Друзилла покинула бассейн и кивнула Зигрун, чтобы та следовала за ней. Потом закутала девушку в большой белый платок и осторожно вытерла. Друзилла внимательно осмотрела кровавые полосы на теле несчастной и принесла охлаждающее снадобье. Зигрун успокоилась. Эта женщина не хотела ей сделать ничего плохого, девушка это чувствовала. Друзилла должна была помочь ей при одевании.
Зигрун, исполненная восторга, держала платье перед собой. Казалось, что тонкий материал соткан рукой феи, по сравнению с ее грубыми шерстяными вещами он был сказочно красивым. Друзилла закрепила легкое платье без рукавов у левого плеча Зигрун, правая рука должна была оставаться свободной. Зигрун не поняла смысла совершаемых действий. С открытым ртом она оглядывалась вокруг себя, поглаживала тонкий материал, собранный в изящные складки. Одежда была короткой, открывая взорам стройные ноги Зигрун. Друзилла тихо вздохнула. Вероятно, недолго ждать того, как Валериус подпадет под очарование этих ног.
Друзилла провела Зигрун через коридоры и комнаты, роскоши которых та не переставала удивляться. Она была рада, когда они попали в более скромное крыло дома, в котором находились только простые комнатки, где жили домашние рабы. Однако даже скромная маленькая комнатка, которую она должна была делить с Друзиллой, показалась ей княжеской. В ней стояли два ложа. Каждое из них было покрыто чистой простынкой. Рядом лежало цветное шерстяное одеяло. Друзилла показала на кровать Зигрун.
– Кубиле.
Зигрун медленно улеглась на нее. Кровать была мягкой, покрывало – чистым, а шерстяное одеяло пахло корнем лаванды.
Друзилла присела на край своей постели и посмотрела на новенькую. Она восхищалась ее волосами, голубыми глазами и плавными движениями. Ей было ясно, что все это обязательно вызовет зависть и ненависть Ромелии.
Зигрун ни о чем и не подозревала. Она была слишком смущена избытком впечатлений, нахлынувших на нее за столь короткое время. Девушка накрылась покрывалом и горько разрыдалась.
Глава 3
Баня
Зигрун выказала себя способной ученицей. Она быстро выучила язык римлян. Того, что Друзилла один раз объяснила ей, она уже не забывала. На кухне она также прилежно работала, хотя многие предметы посуды и кушанья были ей незнакомы. Аурус, надзиратель на кухне, объяснил Зигрун все только один раз, и она все запомнила. Еда, которую здесь готовили, была очень вкусной. Несмотря на то, что рабы получали только простую пищу, от голода они не страдали. Аурус даже был толстым – в его обязанности входило пробовать все блюда, чтобы проверить, приготовлены ли они должным образом.
Она познакомилась со всеми помещениями в доме и не понимала, зачем требуется так много комнат, чтобы жить, если хозяин дома почти всегда отсутствует. Когда он приходил, Зигрун должна была удаляться на кухню. Увидела она и детей с их нянями. Особенно понравилась Зигрун обеим девочкам, и те с приязнью потянули ее за косы.
Спустя две недели Ромелия потребовала к себе новую рабыню. Впервые Зигрун должна была увидеть сенатора и его жену и прислуживать им. Друзилла два дня натаскивала ее. Она еще раз проконтролировала складки на одежде Зигрун, вложила ей в руки поднос с овощами и велела следовать за собой.
