Читаем без скачивания Критическое погружение - Анатолий Сарычев

– Вечно ты поперек батьки лезешь в пекло! – укорил Гарик, остро взглянув на своего собеседника.

– Что остается делать бедному несчастному мэрку, которого только манят стотысячным заработком! – в притворном раскаянии сказал Клим.

– Так ты наемник! Первый раз вижу морского дьявола – наемника! – восхитился Гарик, испытующе глядя на Клима.

Клим не стал испытывать терпение Гарика и начал рассказывать:

– Все специальные службы используют мэрков для работы, которую сами не хотят или не могут делать официально. Наша группа была задействована для выполнения только одной задачи – взрыва танкера, к которому нас доставила подводная лодка.

– Вопрос, конечно, интересный! – недоверчиво протянул Гарик, всем своим видом демонстрируя скептицизм.

Гарик немного переигрывал, что было заметно по веселым чертикам, пляшущим в его глазах, но Клим сделал вид, что ничего не заметил, с жаром продолжая излагать легенду, которая только что пришла ему на ум. Выступив один раз настоящим мэрком, Клим решил спустя годы еще раз сыграть в эту игру, тем более что дебют прошел на ура:

– Верить или не верить – твоя проблема. Все именно так и проистекало! Мы работали на свой страх и риск. Контора только снабжала нас материальным обеспечением и транспортом. Мы даже не имели понятия, на какую именно контору мы работаем, тем более что у нас сейчас этих контор развелось, как у бомжа вшей. Я не удивлюсь, если узнаю, что под маркой конторы мы выполняли задание какого-то олигарха.

У арабского шейха «горит» контракт на поставку горючки в Республику Амантейские Острова. Взрывается при форс-мажорных обстоятельствах танкер, а шейх предварительно застраховал именно этот танкер в десятикратном размере – сам понимаешь, пришла взбалмошному шейху такая блажь – вот он и застраховал! Страховой компании шейх представляет сорванный контракт, по которому он выплачивает пятикратную стоимость недопоставленного топлива, купленную за тройную цену у русского коллеги нефть, – все чин-чинарем. Страховую компанию «обули», а потом спокойно с олигархом поделят кэш, который так любят арабские шейхи, и разойдутся как в море корабли, довольные друг другом и полученной прибылью, с которой не надо платить налогов!

– Ты прав! Такая версия имеет право на существование! – согласился Гарик.

– Если мы попадемся, то должны выпутываться своими силами, а при выполнения задания бонус делится на оставшихся в живых! – весело сказал Клим, радуясь возможности заработать.

– Ты сильно изменился! – протянул Гарик.

– Мир меняется, и мы меняемся вместе с ним! – с пафосом выдал Клим, для наглядности выпятив грудь.

– Ты слишком изменился! За несколько лет прошел путь от морского дьявола до обычного мэрка! – осуждающе сказал Гарик.

– Кто тебе сказал, что я был морским дьяволом? – удивился Клим и, не давая собеседнику вставить слово, пояснил: – Я никогда не числился в тюленях ни одного государства, в отличие от вас, мистер тюлень-сионист!..

Мастер спорта, призер Советского Союза, мастер спорта международного класса, инструктор подводного спорта и даже инструктор дайвинга с международным сертификатом – это все было и есть, а вот служба в рядах Военно-морского флота – это уволь!

– Не вешай лапшу на уши! Я точно знаю, что после окончания института ты служил в ВМФ! Так как у нас была военная кафедра, то службу ты проходил офицером и вполне мог три года служить в морских дьяволах! – торжествующе посмотрел на Клима Гарик.

Все именно так и было. Только Клим задержался в морских дьяволах не на три года, а намного больше, но говорить об этом не следовало.

Антей предусмотрительно позаботился об этом, сделав новые документы на Клима. По этим документам Клим числился не в офицерском составе ВМФ, а мичманом.

– Вот тут ты не прав. Я побазарил с заведующим военной кафедрой, и меня не аттестовали как офицера. Не поставили экзамен, вернее, просто завалили. Поэтому мне пришлось служить всего один год, а не три, как некоторым. Все имеет свои плюсы и минусы. А служил я в спортроте камчатской флотилии, сначала в Петропавловске-Камчатском, вернее в поселке Елизово, а потом во Владике, пардон, во Владивостоке. Сначала выступал за Камчатскую флотилию, а потом за Тихоокеанский флот по плаванию, большому и настольному теннису, ну и, конечно, по всем видам подводного спорта, начиная от скоростных видов до проныривания на скорость. Тогда мы еще ныряли сорок метров, сейчас уже все пятьдесят, – вспоминал Клим с ностальгией.

Гарик недоверчиво хмыкнул.

Клим снова пустился в воспоминания почти двадцатилетней давности, прекрасно понимая, что их практически нельзя проверить. Собственно говоря, так именно и было. В перерыве между двумя заданиями Клим действительно ухитрился выступить за Камчатскую флотилию по десятку видов спорта, и не просто выступить, а занять призовые места. Ему даже предлагали остаться в спортроте на постоянную службу.

Когда же майор Фроськин увидел, на какой должности стоит старшина первой статьи Клим Дорох, то сразу сник.

– У меня в штате нет должности для капитана третьего ранга, – удрученно сказал командир роты, с сожалением смотря на Клима.

Из воспоминаний Клима снова вывел надоедливый Гарик.

– Ну не могли тебе – мэрку доверить совершенно секретное оружие, уникальный аквафон и экспериментальный гидрокостюм! – восклинул Гарик и от избытка чувств хлопнул себя по колену.

– Не дави на психику, командор! – отозвался Клим, желая немного разрядить обстановку. Очень уж беседа напоминала допрос в особом отделе.

Гарик непроизвольно дернулся.

«Серьезное звание у тебя, коллега!» – отметил про себя Клим, но вслух ничего не стал акцентировать.

Сделав вид, что ничего не заметил, набрал в грудь воздуха и как ни в чем не бывало продолжил, отвечая на вопрос Гарика:

– Откуда я могу знать, какой гидрокостюм, акваланг и оружие дали моей группе? Сунули в руки экипировку и отправили на задание!

– Так я тебе и поверил! – не отставал дотошный Гарик.

– Это твои проблемы – верить или не верить, но я рассказываю, как было на самом деле. Если не нравится мой рассказ, могу просто замолчать! – огрызнулся Клим, сделав обиженное лицо.

Гарик сразу просек изменение настроения Клима и моментально перевел разговор:

– После того как мы попадем в город, на тебя ляжет определенная задача, а возможно, и не одна…

Клим довольно бестактно прервал Гарика, желая проверить, как тот ее воспримет. Клим продемонстрировал вопиющую невоспитанность, которую не позволил бы выказать военный человек при проведении инструктажа со старшим по званию или по возрасту, но вполне мог бы проявить невоспитанный мэрк.

– Ты хочешь сказать, что настолько засветился, что не можешь рисоваться в городке, так как твою рожу там прекрасно знают? – ехидно спросил Клим.

– Теперь я вижу, что твоя военная служба осталась в глубоком прошлом и ты совершенно забыл, как надо разговаривать со старшими товарищами! – осуждающе заметил Гарик, печально смотря на Клима своими выпуклыми черными глазами.

– Как ты помнишь, я никогда не отличался особой почтительностью к старшим. Мэрки вообще грубые люди, а когда приходится ими командовать, то совсем звереешь, – хладнокровно выдал реплику Клим, нагнулся, начав разминать мышцу правой ноги.

– Я смотрю, тебя особенно не огорчила гибель товарищей? – осуждающе заметил Гарик.

– Гусь свинье не товарищ! Чего мне жалеть этих людей, которых я видел только три раза в этой жизни. Один раз в России, второй раз в самолете, когда летели на задание, а третий раз перед погружением. Я и имен их не знал – только клички, впрочем, как и они меня, – махнул рукой Клим.

– Жестокий ты стал, Клим! – осуждающе сказал Гарик.

– Ты тоже не ангел, раз командуешь израильскими тюленями, – не остался в долгу Клим.

– Хорош пикироваться, давай вернемся к нашему заданию, – примирительно сказал Гарик.

– Ты сейчас мне напомнил политрука в армии – он точно так же воспитывал меня за нарушение воинской дисциплины, а особенно за самоволку, – хмыкнул Клим.

– Вернемся к нашим баранам. Тебе предстоит провести всю разведывательную и агентурную работу в городке. Ты был прав. Я и мои люди слишком засветились, как ты говоришь, в этом городке и привлекли внимание полиции. Мне, правда, непривычно слово «засветиться», но в целом оно довольно точно определяет наше положение в этом портовом городке, – жестко сказал Гарик.

– Надо еще ухитриться убраться из этого узилища, – напомнил Клим.

– Не бери в голову! – отмахнулся Гарик.

– А бери в рот, не понравится – выплюнешь! – закончил Клим.

– Ты смотри – израильскую пословицу знает мэрк! – восхитился Гарик.

– Это чисто русская современная пословица середины восьмидесятых годов! – оскорбился Клим за свою родину.

– Давай ты приедешь ко мне в Хайфу, возьмем пару девочек и поедем отдыхать на море. Пару ящиков пива для начала, – мечтательно сказал Гарик и болезненно скривился.