Женщина напряглась, когда мужчина убрал волосы с ее шеи и прохладные пальцы легко коснулись кожи. Его руки гладили шею, плечи, и она дрожала от удовольствия. Он спустил лямки купальника, продолжая натирать спину. Прикосновения гипнотизировали. Джуди почувствовала, что пульс ее замедлился, а звуки пляжа куда-то уплыли, стали казаться далекими и нереальными. Она полностью оказалась во власти мужских рук. Хотелось, чтобы это продолжалось вечно, но облегающий купальник вдруг стал сползать вниз. Женщина попыталась придержать его, но слишком поздно: грудь почти обнажилась. Испуганно ойкнув, она закрыла ее руками.
– Что это вы, интересно, делаете?
– Просто хотел намазать спину, а портить купальник жаль.
– Хватит, уже достаточно.
– Бессмысленно оставлять работу незаконченной, – невозмутимо произнес Марчелло, не останавливаясь, не пропуская ни малейшего изгиба ее тела. Его руки нежно массировали спину. Почувствовав, как сильно напряжена женщина, он пробормотал: – Расслабьтесь.
Джуди не обратила внимания на его слова, однако этот массаж доставлял такое удовольствие, что постепенно она расслабилась и снова поплыла по волнам ощущений. Наслаждение рассыпалось кусочками радуги, ослепляя своим сиянием. Как давно она не чувствовала мужских прикосновений! Как долго спала она в холодной постели. Видимо, поэтому ласка сейчас и стала такой захватывающей. Тело отвечало дрожью на малейшее движение пальцев массажиста. С трудом дыша, она чувствовала его запах, прикосновения мускулистых ног и движения, похожие на акт любви. Желание все сильнее затопляло ее. Если бы в этот момент на пляже не стало людей, то Марчелло смог бы беспрепятственно овладеть ею. И она знала, что безропотно подчинилась бы ему.
Я хочу его, подумала Джуди. И это пугало, потому что Джон был единственным мужчиной в ее жизни. Теперь ей не удавалось справиться со своими чувствами. Требования тела были совершенно новыми, не поддающимися контролю.
Она любила мужа, спала с ним, наслаждалась сексом, но это было совсем другое. Со временем их занятия любовью превратились скорее в ритуал, нежели с обоюдную потребность. Все было обычно и совершенно не похоже на гром среди ясного неба. Их любовь стала спокойной и нежной, в ней не было места для страсти. Джона хватил бы шок, узнай он, что испытывала сейчас его жена. Дожив до сорока лет, я так плохо знаю себя, свое тело, подумала Джуди.
Испанец спокойно поглаживал ее руками, и губы женщины пересохли от желания. О господи, я хочу, чтобы он гладил меня так всю, я хочу… Она испугалась своих мыслей. Да что же это со мной? Может, я схожу с ума? Или просто устала от одиночества и хочу быть любимой?
Желание обжигало, мягкой истомой разливалось по всему телу. Но они были на пляже. Джуди слышала голоса людей, их шаги по песку. И внезапно женщина почувствовала себя полностью обнаженной, выставленной напоказ со своим откровенным желанием. Лицо залила густая краска, сердце забилось от ужаса.
Не паникуй, никто не обратит на тебя внимания, успокаивала она себя, люди на пляже проявляют мало интереса друг к другу.
Джуди приоткрыла глаза, осмотрелась и заметила, что некоторые женщины спокойно загорают, обнажив грудь. Все правильно. Это вполне естественно на пляже. Мимо них пробежал ребенок, громко крича что-то по-испански.
Марчелло вздрогнул, словно до этого сам находился в трансе, и встал. Молча достал из пляжной сумки полотенце, вытер им руки. Джуди трясущимися руками натянула купальник, чувствуя себя так, будто только что выбралась со дна океана.
– Я хочу окунуться, – хрипло сказал Марчелло.
– В таком случае, я еще позагораю. – Она чувствовала на себе его пристальный взгляд, и от этого по спине бегали мурашки.
– Вам не следует слишком долго быть на солнце. Кожа англичан привыкла к дождю.
Джуди услышала удаляющиеся шаги испанца и села. Ослепляющий свет исходил от воды и неба. И ей показалось, что она смотрит какой-то фильм, но сквозь дымку. Фигура желанного мужчины погрузилась в эту дымку, словно в бесконечность. Его кожа сверкала золотом на солнце, сильное мускулистое тело было слегка покрыто темными волосами.
Женщина вновь легла и закрыла глаза. Вся проблема состояла в том, что как мужчину она знала лишь Джона. А этого недостаточно, чтобы понять поведение других. Во время замужества она сохраняла преданность и верность мужу. Смерть его стала потрясением. И она поклялась себе, что никогда не посмотрит на другого мужчину. Джуди была уверена – любовь не приходит дважды, по крайней мере, такая сильная, как у них с Джоном…
Но это ведь и не любовь – то, что происходит сейчас, одернула она себя. Похоть – ужасное слово. Есть более красивые слова: желание, страсть, пылкая влюбленность. Ее потребности можно объяснить с точки зрения физиологии, но никак не души. Ни о какой духовной связи между нею и этим испанцем и говорить не приходится… Ведь она едва знает человека. Но хочет, хочет его страстно и неистово.
Подобное желание – привилегия мужчин, но никак не женщин, тем более таких, как Джуди. Она была обыкновенной женщиной с традиционными инстинктами и привычками. Вся ее жизнь с самого рождения не отличалась оригинальностью: учеба, замужество, воспитание детей, потом работа. Она была деловой женщиной, никогда не витала в облаках. А этот атлет с шестью именами заставлял ее чувствовать себя юной школьницей. И тело ее было во власти его рук.
Надо это остановить, приказала себе Джуди. Я найду в себе силы положить этому конец! Нельзя с ним больше встречаться. Но как это сделать?.. Может, съездить на экскурсию?
Было бы великолепно проехать по побережью, посмотреть другие курортные места, дворцы, картинные галереи, роскошную природу… Целый день она будет далеко от отеля, от Марчелло… Несомненно, служба отеля организует ей такую экскурсию. У них очень много рекламных брошюр. Но если это и не получится, завтра она может уехать куда-нибудь сама, есть много других не менее интересных мест.
– Думаю, нам пора идти. Время близится к половине двенадцатого.
Джуди вздрогнула от неожиданности, взглянула на испанца и стала быстро собираться. Оттого, что он стоял рядом, все ее движения получались судорожными, неуклюжими.
– Мне нужно зайти в номер. Буквально на пять минут.
– Я тоже переоденусь и схожу за машиной. Давайте встретимся через десять минут.
Женщина кивнула и заспешила к отелю. Десяти минут ей хватило, чтобы привести себя в порядок. Она вышла как раз в тот момент, когда белая спортивная машина подъезжала к корпусу. Марчелло открыл дверцу и смерил изящную фигуру оценивающим взглядом.
– Это платье очень идет к вашим глазам, – проговорил он.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
