Читаем без скачивания И тогда он зачистил город - Александр Тамоников

Мирза присел в кресло:

– Так! Кафе в порядке! Владелец – офицер, но не боевой. Не воевал. Держится обособленно, замкнувшись в семье и занимаясь забегаловкой. Внешне спокоен, не суетится, следовательно, наезда не ждет. Однако недавно, как Багор посадил в кафе своих ребятишек, Тимохин убрал с работы свою жену. Почему? Или все-таки почуял приближающуюся опасность?

Адвокат, допив кофе, ответил:

– Вряд ли. И что в принципе особенного в его поведении? Он любит свою Татьяну, а тут ребятки Багра наверняка пялились на нее, отвешивая идиотские комплименты. Вот и решил ревнивый муж закрыть жену дома. Да и нанять человека со стороны гораздо проще. Что Тимохин и сделал. Все естественно и объяснимо!

– Да? Хорошо, если так!

Харчинский, развалившись в кресле, спросил:

– Начнешь прессовать офицера?

– Конечно! И ты пойдешь к Тимохину. Пой ему что хочешь, на это ты мастак. Но он должен отдать кафе. Никакого времени на раздумье. Мне нужен ответ, да или нет. В плане передачи забегаловки. Сумму за его гадюшник я обозначил. Чтобы еще облегчить тебе работу, я готов договориться с директором рынка, и Тимохину выделят торговые места. Это все, Эдик. Жду тебя с хорошей вестью.

– Что, прямо сейчас ехать к Тимохину?

– У тебя возникли проблемы со слухом?

– Но мне надо подготовиться, войти в роль!

– Вот пока будешь ехать и подготовишься, и в роль войдешь! До встречи. Никаких звонков. Доклад здесь. Ты понял меня, Эдуард?

Адвокат вздохнул:

– Как не понять?! Понял!

– Ну, тогда вперед!

Харчинский покинул дом главаря банды. До кафе его довез Багор на «Мерседесе» босса.

Ровно в 13.00 прислужник Мирзы открыл дверь «Ферганы» и вошел в пустой зал. Никого из клиентов в это время в кафе не было. За стойкой откровенно скучал бармен, в углу сидел крепкий мужчина, хозяин заведения. Адвокат, узнав в мужчине Тимохина, прошел к его столику:

– Добрый день. Если не ошибаюсь, Александр Александрович Тимохин, владелец данного заведения?

Александр взглянул на гостя. Тот был одет в строгий костюм. Весь его облик словно излучал доброжелательность.

– Здравствуйте! Я действительно Тимохин, а вот кто вы и что вам надо?

Адвокат представился:

– Харчинский Эдуард Константинович, юрист. А надо мне совсем немного. Просто поговорить с вами.

Александр указал на стул:

– Ну если поговорить, то присаживайтесь.

Харчинский устроился напротив Тимохина:

– Извините, если можно, чашечку кофе, голова что-то разболелась.

– Если разболелась голова, то лучше выпить аспирин. Или холодного пива.

– Нет-нет, чашку кофе, если можно!

– Можно! – Тимохин обратился к бармену: – Артем! Приготовь пару чашек кофе!

– Минуту.

Вскоре поднос с ароматным напитком стоял на столе. Адвокат, обжигаясь, отпил несколько глотков. Откашлялся. Вел он себя неуверенно, впрочем, Александр видел, что эта неуверенность была наигранной. Харчинского выдавали глаза. Они оставались спокойными, не бегали из стороны в сторону, как у человека, неуверенного в себе.

– Слушаю вас, Эдуард Константинович!

Адвокат вздохнул:

– Если бы вы знали, насколько неприятна мне та миссия, что на меня возложена!

– Оставьте лирику, давайте ближе к делу. О чем вы хотели поговорить со мной?

– Я уполномочен предложить вам продать кафе!

– Даже так? Интересно. И кто же уполномочил вас сделать данное предложение?

– Вы наверняка слышали об этом человеке. Мирза Левоев.

– Лидер самой крупной на сегодняшний день организованной преступной группировки?

– Можно сказать и так!

– А разве можно назвать Левоева как-то иначе?

– Вы правы.

Александр, внутренне готовый к действиям бандитов, был спокоен.

– Скажите, юрист, а с чего Левоев взял, что я намерен продать кафе? Или он где-то объявление о продаже видел?

Адвокат взглянул на Тимохина:

– Не стоит иронизировать, Александр Александрович. Вы прекрасно поняли, о чем идет речь.

– Пока я понял одно: господин Левоев желает приобрести принадлежащее мне кафе. Но должен вас огорчить. Заведение не продается.

Харчинский вздохнул:

– Вы симпатичны мне. И знаете чем? Своей наивностью. – Адвокат, наклонившись к Тимохину, проговорил: – Наивностью далеко не наивного человека. Вы сами назвали Мирзу главарем преступной группировки, другими словами, банды, и вы не можете не знать, если бандиты решили что-то провернуть, то они это сделают. В данном случае завладеют вашим кафе. Хотите вы того или нет. Они не остановятся ни перед чем, пока не добьются поставленной цели. Не скрою, я работаю на Левоева, да это и так ясно, и я знаю Мирзу. Редкой жестокости человек. Он способен на все. Понимаете, на все! Скажу честно, не знаю, для чего ему ваше кафе, но Левоев вбил себе в голову, что оно должно принадлежать ему. И теперь его уже не остановишь.

Тимохин почувствовал, как его переполняет ярость. Процедил сквозь зубы:

– А не пошел бы ты на хер, юрист? Вместе со своим Мирзой? Мне плевать на его желания, кафе не продается.

Адвокат вернулся в исходное положение, вытер платком слегка вспотевший лоб:

– Вот этого я и опасался! – И вновь резко нагнулся к Александру: – Черт возьми, Тимохин, неужели вы не понимаете, что бандиты уже не отступят? И если вы откажетесь от предложения Мирзы, то не только лишитесь кафе, но подвергнете и себя, и своих близких реальной опасности. Зачем вам это? Тем более тогда, когда Левоев готов предложить вам неплохой вариант передачи кафе. Вариант, при котором можно разойтись мирно.

Александр спросил:

– И что это за вариант?

Адвокат наигранно облегченно вздохнул:

– Ну наконец-то разговор начал обретать какой-то смысл. А вариант следующий. Мирза платит вам двадцать пять тысяч долларов за передачу права собственности на кафе в том виде, в котором оно существует сейчас. Более того, он имеет влияние на директора рынка, что находится недалеко отсюда, и готов решить вопрос о выделении вам торговых точек в самом удобном и выгодном месте. На полученные деньги вы, Александр Александрович, сможете развернуть такую торговлю, какая потенциальным конкурентам и не снилась. Ведь вам не придется платить бандитам. Только аренду. Люди Мирзы возьмут вас под свою защиту. А не хотите рынок, дело ваше. Найдете деньгам другое применение. Главное, вы уйдете из-под прессинга Левоева. Уж только ради этого лично я отдал бы очень и очень многое!

Тимохин произнес:

– Что-то вы, Эдуард Константинович, заговорили так, будто не я, а вы являетесь объектом грубого шантажа? Будто вы не представитель главаря банды, а жертва обстоятельств, сложившихся по вине Левоева? Ваше поведение по меньшей мере странно.

– А я и есть жертва! – воскликнул адвокат. – Вот здесь вы попали в самую десятку. Жертва, вынужденная работать на палача. Господи, кто бы знал, как мне надоела эта паскудная жизнь. Но я, в отличие от вас, не имею ни малейшей возможности вырваться из лап Мирзы. Вы же еще о чем-то думаете. Соглашайтесь на условия бандитов и скоро, совсем скоро поймете, насколько мудро поступили. А не согласившись, вы еще быстрее убедитесь, что упустили свой единственный шанс жить, как нормальный, счастливый человек.

Тимохина смутила эмоциональная речь Харчинского:

– Подождите, подождите, юрист, как понимать, что вы вынуждены работать на того, кого, судя по вашим же словам, жгуче ненавидите? Ненавидите и боитесь?

Адвокат поднялся, дошел до стойки, попросил у бармена стакан воды. Артем налил Харчинскому минералки. Опорожнив стакан в несколько глотков, посланец Левоева вернулся на место.

– Я объясню, как меня понимать. Чтобы вы, молодой еще человек, не совершили той глупости, что в свое время имел несчастье совершить я. У меня было все: двое детей, хорошая добрая жена, налаженная комфортная жизнь. Но… в прошлом! Недалеком прошлом, когда мы жили по другим законам и в другой стране. Не буду вдаваться в подробности, как-то меня пригласили участвовать в судебном процессе над молодым человеком, обвиняемым в умышленном убийстве. Сторона обвинения имела крепкую доказательную базу, и убийце реально грозило провести за решеткой большой срок. Но молодой человек оказался выходцем из богатой семьи, глава которой и находился в дружеских отношениях с набиравшим тогда силу Мирзой Левоевым. Мне предложили колоссальные деньги, дабы добиться в суде оправдательного приговора. А для этого было необходимо, чтобы свидетели убийства, шесть человек, отказались от прежних показаний, чтобы исчезли некоторые улики, а у обвиняемого появилось железное алиби. Чтобы следователь, ведший дело, был обличен в превышении должностных полномочий, в частности в избиении обвиняемого, содержании того в условиях, при которых нормальный человек существовать не может. В общем, подкупить массу людей, в том числе и судью. Я был уверен, подобная афера не пройдет, однако… прошла. Деньги взяли все. В результате убийцу отпустили, следователя и еще нескольких сотрудников СИЗО отдали под суд, а дело отправили в прокуратуру, откуда оно бесследно исчезло. Я был потрясен. Не мог понять, что произошло с людьми. Разве раньше подобное было возможно? Тогда мне выплатили гонорар, на который я смог сразу сменить квартиру и купить новую машину. Я был наивен, как и вы сейчас, предполагая, что с окончанием судебного процесса вновь вернусь к нормальной практике. Не тут-то было. Мной заинтересовался Мирза. Он пригласил меня в ресторан и предложил работать на него. За очень приличные деньги. Помню, как я отказался. Говорил что-то о достоинстве и чести, о том, что, отработав по делу сына дружка Левоева, больше не собираюсь заниматься преступными махинациями. Мирза воспринял мои слова спокойно. Лишь сказал: глупец, подумай, от чего отказываешься и что может последовать в результате необдуманного отказа. И добавил: не глупи, принимай предложение и не ищи проблем. Они, мол, сами тебя найдут. Мы расстались. Я не позвонил Левоеву ни на следующий день, ни через неделю, а спустя месяц узнал, что мой сын, спортсмен, умница, мальчик, подающий большие надежды, стал наркоманом. Мирза обещал проблемы, вот и сдержал свое слово. Сына насильно посадили на иглу. – Адвокат протер лоб: – Извините, я еще выпью водички?