— Добро пожаловать на вечер караоке в музыкальном клубе «Метро»! — Приветствие диск-жокея было встречено возгласами одобрения и свистом. Пока он говорил, сзади опустился большой экран. — Любой, кто хочет спеть, должен сообщить об этом мне, чтобы записаться в очередь. Мы будем выступать по списку, и у каждой группы или солиста будет шанс показать себя во всем блеске. — Он указал жестом на экран позади себя. — Изображение будет транслироваться сюда. Итак, проявите отвагу, пойте и, конечно, развлекайтесь!
Дженнифер вернулась на свое место и посмотрела на Келли. Они подмигнули друг другу. Келли поднялась и встала в очередь среди тех, кто хотел записаться на выступление.
Джейсон заметил, как девушки переглядывались, и осторожно толкнул Дженнифер локтем:
— Что происходит?
— Ничего, — кокетливо ответила она.
— Мы с тобой пятые, — шепнула Келли, вернувшись на место.
— Что мы будем петь? — Когда Дженнифер увидела выражение лица Келли, она пожалела о том, что вообще задала этот вопрос.
— «Я от тебя без ума». Песня Линды Ронстадт.
— Келли!
— Полагаю, эта песня тебе нравится. Поэтому ты должна знать слова. Это великолепная песня, и когда я увидела, что она есть в списке, то сразу же записалась исполнять ее.
— В самом деле? Петь романтическую балладу сороковых годов? Уволь меня, Мастерсон!
— Ни за что, — ухмыльнулась Келли. — Ты хотела устроить сегодня вечером представление, так действуй!
Посмотрев на Марка, Дженнифер заметила, что он наблюдает за ней, сдвинув брови. Они встретились взглядом. Дженнифер знала, что он не слышал ее разговор с Келли, но понимала, что он ждет, чтобы она что-то сказала ему. Решительно отвернувшись, Дженнифер сосредоточила свое внимание на сцене, куда поднялась первая группа добровольцев.
Нахмуренное лицо Марка стало еще угрюмее.
Когда Дженнифер поднималась на сцену вместе с Келли, она так нервничала, что не слышала криков поддержки, которыми их подбадривали коллеги.
Однако, когда зазвучала музыка, сомнения Дженнифер начали рассеиваться. В исполнении оркестра Нельсона Риддла звучало вступление — полная страсти, неспешная и соблазнительная мелодия. А потом Келли с Дженнифер начали петь.
Лампы на сцене мерцали, прожектора отбрасывали на стены лучи света. Марк наблюдал за Дженнифер с восхищением. Черт побери, она доказала, как он был не прав.
— Изумительно, — услышал Марк слова Джейсона Гамильтона. — Она восхитительна. — Марк скользнул взглядом в его сторону и заметил, что Джейсон обращается к одному из фотографов «Сентинел». — Не понимаю, почему я раньше так мало обращал на нее внимания. — Пошло рассмеявшись, он продолжал: — Несколько минут назад я наблюдал, как она ест соленые орешки... Она не кидает их в рот, как большинство людей, а высовывает язык и ловит им орешки. — Он вздохнул. — Она даже не осознает, как она сексуальна. Может быть, именно в этом ее загадка. — Марк почувствовал, что у него внутри что-то перевернулось. Джейсон кивнул в сторону Дженнифер. — Странно, — добавил он, — ты работаешь с человеком день за днем и видишь его только с одной стороны. Но стоит разбить внешнюю оболочку, и ты замечаешь совершенно другое.
Незнакомое чувство, которое Марк несколько мгновений назад ощущал где-то внутри, теперь пронзило его с новой силой.
«Невероятно, — поразился он. — Я ревную».
Закончив выступать, Дженнифер неторопливо подошла сзади к стулу Марка и самодовольно произнесла:
— Мне кажется, ты должен Келли десять долларов.
Сказав это, она села. Не говоря ни слова, Марк вытащил кошелек из заднего кармана джинсов и достал из него банкноту. Не моргая, не отводя взгляда от лица Дженнифер, Марк протянул деньги Келли, которая только что села.
— Вот, Мастерсон. — Его тело было напряжено так же, как и его голос. — Ты выиграла.
«Итак, — подумал он, — Келли рассказала Дженнифер о нашем пари». Это его разозлило. Ему не хотелось, чтобы Дженнифер думала, что он считает ее чопорной или косной. Это определение, тем более исходившее из уст ее близкого друга, могло обидеть девушку, а Марк совсем не хотел ее расстраивать.
— Забудь об этом. Лучше возьми нам пару кружек пива, — предложила Келли, надеясь успокоить коллегу.
Марк проигнорировал ее попытку помириться.
В этот момент пронырливый Джейсон пригласил Дженнифер танцевать. Наблюдая, как они направляются на площадку, Марк разозлился еще больше. Они отдалялись друг от друга со скоростью автомобилей, мчащихся в разные стороны по автостраде. Черт побери, в последнее время она старалась держаться от него на расстоянии, и сейчас их отношения вообще подошли к критической точке. Когда же их крепкая, как скала, дружба превратилась в песок?
Медленно поднявшись, Марк направился мимо столиков и сидящих за ними людей. Все его внимание было сосредоточено на Дженнифер, он не отрывал от нее взгляда, когда вышел на танцплощадку и остановился рядом с ней и Джейсоном.
Тот любезно отошел в сторону, и на его место встал Марк. Обхватив Дженнифер за талию, он привлек ее к себе.
Очутившись в его объятиях, она поняла, что теряет контроль над собой. Его прикосновения жгли ей кожу и вызывали теплые волны, прокатывавшиеся по всему ее телу.
— Где ты была сегодня вечером, Мордашка?
— Что? — Она с удивлением подняла брови, услышав его резкий тон.
— Где ты была?
— Марк, чего ты добиваешься? — с раздражением спросила Дженнифер.
— Тебя не было сегодня вечером рядом со мной, и мне интересно, почему. Я скучал...
О, она знала, по чему он скучал. Она тоже скучала по этому — по их дружбе, по их добродушным подшучиваниям друг над другом, по беззаботному веселью.
— Марк, не дави на меня, хорошо? Я хочу чувствовать себя совершенно свободной.
— Свободной? Дженнифер, все, что я даю тебе в последнее время, — так это свободу действий. Я только единственного не могу понять — зачем это тебе нужно. Что произошло? — спросил он, смягчая тон.
Сейчас Дженнифер меньше всего нуждалась в его нежности. Она почувствовала странную, незнакомую доселе боль.
— Абсолютно ничего, Марк. — От вырвавшегося из его уст грубого ругательства Дженнифер покраснела. Она не ожидала услышать от него такое. — Если ты имеешь в виду Джейсона, то, позволь спросить, какое тебе до этого дело? Разве ты не считаешь, что настало время оставить в прошлом и Кевина, и все случившееся? Мне хочется жить дальше. Если ты воспринимаешь это как оскорбление Кевина, то я приношу свои извинения. Но думаю, что мне пора снова расправить крылья. Разве не так?
Они уже давно прекратили танцевать. Что за ужасный, высокопарный разговор между двумя близкими друзьями. Какое право он имеет допрашивать ее? Его руки все еще обнимали Дженнифер за талию. Но теперь Марк чувствовал себя не на своем месте, лазутчиком, проникшим во вражеский стан.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
