class="title1">
Глава 4
Инквизитор
Голову наполнял шум разговоров сотен людей, каждый из которых был невероятно важным политиком, определяющим судьбы миллионов и даже миллиардов душ. При этом выглядели они порой так вырвиглазно, одеваясь в разнообразные типичные аристократические костюмы с кружевами, самых разных ярких цветов, а грудь была увешана разными знаками и медалями, смысл которых должен был быть понятен исключительно «элите». Сейчас я понял, что имел в виду Фредерик, когда говорил про личностей, только притворяющихся настоящими дворянами. Хоть род Маченко и состоял из сумасшедших культистов, они хотя бы обладали аристократической грацией и умели молча показывать превосходство над остальными. И отнюдь не хаотическое помешательство делало их более элегантными. Скорее всего, это семейство всю свою историю обладало подобной статью.
И да, на балу я встретил и других демонопоклонников. Но вот от их количества чуть голова не закружилась. Примерно каждый третий аристократ был подвержен влиянию пагубных сил, причём только бога удовольствий. На первый взгляд их ничто не отличало от обычных людей, но я прямо чувствовал мерзость, исходящую от их душ. Оказавшись в окружении стольких хаоситов, во мне неожиданно проснулось неизвестное мне желание выжечь всё это место дотла. Столько душ предало человечество ради улучшенной внешности, продленной молодости и прочих даров Слаанеш. Я чувствовал ауру культистов и хорошо понимал, что не было в них каких-то светлых мотивов и никто не заставлял их падать в бездну. «Благородные» аристократы сами туда шагнули. И я был в шаге от того, чтобы очистить это место святым пламенем…
Однако я продолжал держать себя в руках и играть роль глупого и наивного ребёнка, впервые посетившего действительно важное место, где ходят большие и важные дяди. Я покараю их всех, но не сейчас.
Сам вечер был довольно неплох, если не считать такое количество монстров в человеческом обличье. Мы находились на огромной площадке внутри особняка, где потолок нам заменяла звёздная карта сектора. Иллюзия была выполнена с помощью невероятных технологий, от которых захватывало дух. Признаюсь, увидев его, замер на мгновение. Однако меня быстро привёл в себя запах гнили и ванили, окутавший толстого аристократа, прошедшего рядом со мной. Тот окинул меня мерзким, оценивающим взглядом, после чего улыбнулся и облизнулся. Интересно, что толстяк не был хаоситом, а простой гнидой, вероятно даже не догадывающемся о существовании культа. Прежде чем он успел что-то сказать, ко мне подошла Персефона, аккуратно взявшая мою руку и уведшая в сторону.
— Это место хоть и полно всяких прекрасных и достойных людей, к сожалению, есть немало и личностей, заслуживших свой статус не самым честным образом. К тому же, есть и немало людей, которые слишком предвзяты к людям вроде тебя. Они смотрят только на происхождение человека, не обращая внимания на его внутренние качества.
Слушая её нравоучения, я понимал, почему её ещё никто не поймал. Она говорила с невероятной уверенностью и заботой, уничтожающей любые сомнения. Ей просто хотелось верить. Однако я видел, что она лишь волк, сокрытый в овечьей шкуре.
— … к тому же есть и другая категория личностей. Тех, кто, наоборот, хорошо разбирается в людях. Возможно, слишком хорошо. Они представляют опасность для любого человека, ибо держат в своих руках невероятную власть, недоступную никому другому.
Персефона постепенно перешла на шёпот, как она вела меня к центру зала. Мы проходили мимо труппы каких-то артистов, проворачивающих разные акробатические трюки и при этом исполняющих неизвестную мне мелодию на какой-то продвинутой высокотехнологичной скрипке.
— … и эти люди готовы на всё, чтобы выполнить свою работу. И нет такого преступления, которое они не могут совершить, ради исполнения своих, никому неизвестных, целей.
— И как определить подобных людей?
Я начал постепенно догадываться о ком она говорит, но всё равно задал вопрос, чтобы проверить её реакцию. Забавно, но похоже, что она действительно боится того, про кого говорит. А я видел по её ауре, что страх естественный и тут она меня не обманывает. Честно говоря, это было даже приятно. Ведь страх — это меньшее, что она заслужила.
— По знаку инсигнии.
Неожиданно, весь зал замер. Все люди повернулись и стали смотреть в сторону новоприбывшего человека. Это был высокий мужчина в золотой броне, украшенной черными и красными полосками. Его лицо скрывала такая же золотая маска, из-за чего были видны только его серые глаза. У него на коленях и локтях были прикручены черепа, а на плечах лежала красная мантия с белым мехом. Мужчина обвёл взглядом всю публику, причём он был столь тяжёлым и испепеляющим, будто он уже знал все грехи присутствующих. Провёл взглядом и по мне, но не остановился надолго. После этого он начал идти вперёд и от каждого его шага пол звенел в тишине. Все боялись издать звук, чтобы не побеспокоить этого человека.
Я же с интересом смотрел на него. Первый инквизитор, которого я встретил, мягко скажем, внушал. Двухметровая фигура в очень серьёзной броне прямо излучала ауру силы и власти. Скорее всего, он сможет лично разобраться с каждым из присутствующих, просто за счёт своих физических возможностей. И это уже не говоря о том, что он был довольно сильным псайкером, на порядок сильнее Персефоны, хотя и всё равно слабее меня.
Он шёл в сторону к какому-то старику, разговаривающим с Фредериком. Вот только прибытие гостя всё изменило и все разговоры притихли. Однако стоило инквизитору бросить тяжёлый взгляд в сторону толпы и труппы музыкантов, как звуки вновь наполнили помещение. К сожалению, теперь было невозможно расслышать, о чём они говорят. Люди вокруг теперь делали вид, что всё в порядке и вновь попытались вернуться к былой атмосфере, но получалось у них не очень. Я чувствовал их ауры и хоть я не мог разобраться во всех переплетениях человеческих эмоций, от каждого человека несло страхом. Вот что такое репутация Инквизиции.
Следующая часть вечера была посвящена знакомству с самыми разными людьми. Персефона водила меня от одного человека к другому, представляла и показывала свою опеку. За остальными ребятами смотрели слуги династии, но и я не переставал следить за ними. Сейчас они уже немного обжились и волновались меньше.
К тому же я продолжал наблюдать за инквизитором, который проводил вечер разговаривая то с одним аристократом, то с другим. Персефона, вероятно, заметила мой интерес, отчего решила немного рассказать про гостя.
— Это лорд
