Ведь и Господь путь в царствие небесное назвал узким путем, а если бы никто тебя не трогал, и ты оставалась бы в покое, как же бы ты могла познать свою худость? Как могла бы увидеть свои пороки? Никак не могла бы счесть себя плохой. Скорее стала бы считать себя праведницей. И может быть, дошла бы до того, что и с ума бы сошла, как и было много таких примеров, даже и на наших глазах. Ты скорбишь, что, по твоему замечанию, все тебя стараются унизить. Если стараются унизить, значит хотят смирить тебя; а ты сама просишь у Бога смирения. Зачем же после этого скорбеть на людей?" Преподобный, будучи сам украшен этой прекрасной добродетелью, учит нас ей. Воспитаем же себя для смирения, и оно в короткое время вознесет нас в небесные чертоги Божественного Жениха. Стяжем смирение, и оно научит нас поклоняться Богу духом и истиной. Поспешим углубиться в тайну смирения. Преп. Иоанн Лествичник говорит, что смирение – это таинственное учение Духа Святаго, которое Он начертывает на скрижалях сердец. Напиши же на скрижали своего сердца возвышеннейшие глаголы нашего Спасителя, воплотившегося Смирения: Возвышающий сам себя унижен будет; а унижающий себя возвысится (Лк. 14, 11). Аминь.
Ум – это смиренномудрие
Батюшка, известно утверждение, что ум женский имеет иное устроение, нежели ум мужской. Святитель Игнатий пишет, что женщина вполне чужда разума духовного, у нее разум – слепое орудие чувств, но это ведь не значит, что женщина обречена на глупые поступки, есть же и для нее какой-то путь к стяжанию премудрости?
– Начало премудрости – страх Господень, разум добр у всех, руководящихся им (Пс. 110, 10) – сказано в Священном Писании. Чтобы поумнеть, есть единственный путь – исполнять евангельские заповеди, тогда Божия благодать восполнит все недостатки человека: и душевные, и духовные, и умственные. Если надо, Господь даст и мудрость, и рассуждение, и разум, когда будет на это Божия воля. И сделается тогда женщина – блажен муж (Пс. 1, 1). Наше дело – исполнять заповеди. Самый лучший способ стяжать разум – это жить по Евангелию, изучать святоотеческие творения. Исполнение заповедей научает человека смирению, а смирение научает всему остальному. Смиренномудрие – вот настоящий разум.
– "Закутайся в смирение",– сказал преп. Амвросий Оптинский. Но что такое – смирение? Как к нему прийти, перед кем нужно смиряться?
– Преподобный Иоанн Лествичник говорит, что смирение есть риза Божества, это таинство, о котором говорить словами трудно. Смирение нужно пережить, это особое чувство сердца, особое состояние души. Благодать Божия учит смирению: Научитесь от Меня, ибо я кроток и смирен сердцем (Мф. 11, 29),– говорит Господь. Не у Ангела, не у человека, а у Самого Христа учатся смирению, Он Сам таинственно обучает человека этой величайшей премудрости, этой величайшей добродетели, свойственной подлинным христианам.
Смиренный человек не творит своей воли, всегда творит Божию волю, он любит Бога и смиряется пред Богом, перед Его Промыслом, перед Его любовью. Он смиряется перед другими людьми, потому что это образы Божии, это самовластные существа, это личности, их сердца зажжены вокруг нас Богом, как лампады, и мы должны перед ними смириться, не угасить этого света своей гордостью и себялюбием.
Из подлинного смирения рождается настоящая любовь. Из Евангелия мы знаем, что Господь перед голгофскими страданиями умыл ноги Своим ученикам (Ин. 13, 4-15). Это был поступок смирения и в то же время поступок любви: Он любил их – Он сделал так. Настоящая духовная любовь проистекает из того, что человек смиряется перед ближним: не будет любви, если человек превозносится над кем-то, ставит себя выше других. Только снизу можно любить, когда ты видишь свои несовершенства, видишь, что ты хуже всех и ниже всех, и люди, которые вокруг тебя – это личности, это души вечные, созданные Богом. Смирение – это тайна, которую нужно пережить. Оно испрашивается у Бога молитвой, стяжается исполнением евангельских заповедей. Как еще говорит Лествичник,– это таинственное учение Христово, которое благодать Духа Святого начертывает на скрижалях сердца. Говорить о смирении можно очень много, но нужно его действительно пережить, его нужно стяжать, тогда начинается таинство будущего века, таинство молчания. И сердце смиренного человека уже молчит пред Богом, оно считает себя недостойным просить чего-то. И Господь пребывает в таком сердце, потому что любит сердца смиренные и кроткие.
Все возможно кающемуся. Покаяние схимонаха
– Сегодня, в Неделю перед Богоявлением Православная Церковь предлагает нам на духовную трапезу размышление о покаянии.
Покайтесь. Это первая заповедь, которую мы встречаем в Евангелии. Иоанн Предтеча проповедовал в пустыне и крестил людей крещением покаяния: покайтесь, ибо приблизилось царство небесное (Мф. 3, 2) С этим словом Спаситель начал Свою проповедь потому что не может Господь явится душе до тех пор, пока она не принесет искреннее и чистосердечное покаяние во всех грехах своих, пока покаянием не очистится от последствий греха. Человек согрешил. Согрешив, отпал от Бога. И теперь для того, чтобы вернуться к своему Небесному Отцу, необходимо принести покаяние, и это, собственно единственный путь.
Что же такое покаяние? Очень часто мы слышим это слово – покаяние, часто произносим его в наших беседах, но мало, кто из нас понимает его настоящее значение. Происходит это потому, что мы заражены своими мнениями и больше живем не по заповедям Божиим, а по заповедям человеческим.
Большинство из нас считают себя христианами, многие считают себя благочестивыми людьми: мы никого не убили, не ограбили, а то, что мы делаем грехи,– так это же все делают. Поэтому каяться нам особо не в чем, мы не нуждаемся в покаянии,– так думает большинство из нас, и едва ли не все мы. Происходит это от незнания Евангелия, от непонимания, в чем заключается христианство и в чем заключается покаяние. Учиться приходится большей частью на своих ошибках, а так как за ошибками следуют скорби, то скорби – наши единственные учителя. И только в скорбях приходит понимание, что в нашей жизни что-то неправильно.
Преподобный Симеон Новый Богослов сказал: «Исполнение евангельских заповедей научает нас нашей немощи». Поэтому мы только тогда сможем действительно увидеть себя грешными и понять, кто мы есть на самом деле, когда будем жить по евангельским заповедям. Если мы себя грешниками не сознаем, значит, по Евангелию мы не живем. Что же делать? Прежде всего, просить Бога о помощи, просить, чтобы Господь дал нам покаяние, научил нас покаянию. Но если мы хоть какие-то заповеди поняли и хоть что-то исполняем, то постепенно Господь откроет нам большее. Главное же не нерадеть, а стараться, как можем, исполнять заповеди и трудиться для спасения своей души.
Господь многоразлично научает нас истине: через святое Свое Слово, через обстоятельства жизни, через встречу с благочестивым человеком. Пример благочестивого человека, пожалуй, самая сильная проповедь покаяния. Мы можем много говорить о Боге, читать книги, размышлять, но все это несравнимо с тем, когда мы встречаем настоящего раба Божия. Самый вид его свидетельствует о сокровенных добродетелях его души, о глубоком опыте богообщения. Встреча с ревностным человеком восставляет нас от нерадения и вызывает раскаяние и сожаление о том, что мы не такие, порождает желание жить так, как живет он, хоть как-то подражать ему. Поэтому стоит поискать рабов Божиих, и, если Господь как великую Свою милость посылает их на нашем пути, необходимо правильно ценить общение с ними и благодарить Бога. Преподобный Пахомий Великий сказал: «Человек, одержимый грехами, не способен к духовным видениям, но если вы все-таки хотите увидеть духовное видение, я вам покажу одно из них. Нет видения более прекрасного, чем видение благочестивого, смиренного сердцем, чистого человека. Если вы увидели такого человека, вы увидели невидимого Бога в видимом человеке – высшего видения не ищите».
Отцы сказали: «Увидевший свои грехи числом большим, чем песок морской, больше того, кто увидел Ангелов». Христианство заключается не в высоких восторгах, не в каких-то состояниях и переживаниях, а в видении своих грехов, в сокрушении, плаче над ними. И только тот может быть назван христианином, кто сокрушается о своих грехах.
Отдельно взятые камешки прекрасной мозаики, не сложенные в картину, не представляют собой никакой ценности,– так и заповеди Божии имеют смысл тогда, когда исполняемые нами, приводят нас к покаянию. Мы угождаем Богу не тогда, когда исполняем заповеди потому, что Бог нам что-то воздаст за наши посты, молитвы, бдения или милостыню, а только тогда, когда, бия себя в грудь, говорим: «Боже, милостив буди мне, грешному, и помоги мне хоть что-то исполнить из того, что Ты заповедал нам в святом Своем Евангелии».
