и так знала, в новостях преподносят все события как хотят и кому как выгодно, поэтому я понимала, что наверное, что на радио светлой стороны та же ситуация, только наоборот и светлая сторона недолюбливает тёмную.
Да действительно это была большая проблема. Диктор обвинял светлую сторону в том, что из-за светлых, дети на тёмной стороне не получат своих новогодних подарков и Верховному тёмной стороны придётся с этим как-то разбираться, потому что иначе это вызовет очень большой резонанс в обществе.
В свою очередь, источники светлой стороны, давали информацию, что по их вине ничего не было. И что это Тёмная сторона виновата в том что не отгрузила подарки. И вообще привезла пустые контейнера, а подарки кто-то украл и прикарманил. Вот пусть Темнейшество с этим и разбирается и призовет виновных к ответу. Никто так и не смог по итогу дать ответ, куда делись детские подарки. В общем, все друг друга обвиняли в воровстве и не компетенции.
Потом были ещё какие-то проблемы с подачей электричества. Я так поняла, что электричество тоже почему-то было только на светлой стороне, а у нас был заключён договор по подаче электричества на тёмную сторону.
Были какие-то сбои, рвались провода, в общем что-то было странное и так далее, и тому подобное… проблемы с продовольствием, проблемы со всем и во всём. Просто ужас какой-то и во всем этом должен был разбираться Верховный. Мне даже очень стало жалко этого Верховного. Сколько же на него всего навалилось и во всём ведь он не виноват. И как во всём этом разобраться, кто ж его знает!
Послушав новости ещё минут пятнадцать, я поняла, что больше моя голова не выдержит информации. Я выключил радио, взяла полотенце и решила, что пойду приму душ. А пока буду мыться, подумаю, что буду делать дальше…
Глава 6
Выйдя из душа и переодевшись в чистую одежду, которую мне откуда-то нашла Зендая, я присела на диван и стала думать, что же делать дальше.
Надо, кстати, будет потом спросить у Зендаи, откуда она взяла одежду, которая практически полностью подошла мне.
Правда, мне такой стиль был очень непривычен. Я больше привыкла носить брюки и джинсы, а она нашла мне симпатичное платьице из приятной мягкой ткани.
Платье хорошо сидело на мне и не сковывало движений, единственное, что меня напрягало, так эта длинная юбка, которая путалась в ногах. Но, походив немного и привыкнув к ней, я стала чувствовать себя вполне комфортно.
Зендае я была очень благодарна. Было приятно одеться в чистое, а поскольку никакой одежды, кроме той, в которой я сюда попала у меня не было, то платье было, правда, очень кстати.
Свою одежду я заблаговременно постирала и всё развесила на сушилку. К завтрашнему дню моя одежда вся будет сухая и это тоже не могло не радовать. Уже хоть какой-то гардероб. Где бы девочка не оказалась, она всегда остаётся девочкой, а жить с одним комплектом одежды-это вообще невозможно. А судя по тому, что мне рассказала Зендая, быстро покинуть этот мир мне не удастся, поэтому, думаю, что и двух комплектов мне будет маловато. Надо будет спросить у Зендаи, может, можно где-нибудь достать ещё одежды. Хотя бы самое необходимое.
Ходить грязной и мятой я не собиралась даже в этом незнакомом мире. Вот ещё. Ещё сложиться неправильное восприятие всех людей в моём лице… ну уж дудки.
Сидя на диване, я оглянулась вокруг и поняла, что с момента ухода Зендаи прошло ещё совсем немного времени, а заняться мне катастрофически нечем… Зендая ещё явно придёт не скоро, читать я не хотела, радио слушать уже тоже.
Поэтому я, несмотря на запрет или можно сказать рекомендацию Зендаи решила, что я выйду погулять. Ну, хотя бы здесь, вокруг дома пройдусь, подышу воздухом, а ещё очень уж стало интересно просто посмотреть, происходит вокруг.
Ничего страшного не случится, если я где-нибудь посижу на скамеечке, просто понаблюдаю за тем, что происходит в этом мире.
Решив так, я расчесала волосы, привела себя в порядок, надела свою шубку и сапожки и покинула квартиру Зендаи.
На удивление, квартира её открывалась ключом- карточкой и этот ключ-карточка лежала на тумбочке в прихожей. Возможно, Зендая специально оставила её, чтобы я не чувствовала себя запертой в клетке.
Я начала спускаться на первый этаж, рассматривая интересную лепнину на потолке дома, как вдруг дверь первого этажа резко распахнулась, чуть не ударив меня. От неожиданности я поскользнулась и плюхнулась попой прямо на ступеньку, некрасиво при этом ругаясь.
— Чёрт бы тебя побрал! — потирая ушибленное место, а точнее свою попу, ругнулась я. И тут же подняла глаза и напоролась на взгляд абсолютно чёрных глаз.
Ой, от такого взгляда даже мурашки пошли по коже. И я резко перестала тереть своё ушибленное причинное место, а просто уставилась на того, кто вышел из квартиры.
Передо мной стоял мужчина. Это я определила сразу, потому что перепутать это было просто невозможно. Симпатичный, по моим меркам, высокий и широкоплечий, с тёмными волосами и с чёрными глазами, как я уже говорила.
Я не могла понять, какие эмоции он испытывает и о чём сейчас думает, он был абсолютно нечитаемым, и это интриговало ещё больше. В этом мире я ещё мало с кем разговаривала, поэтому настороженно следила за соседом Зендаи
— Добрый день, — сказала я, чуть заикаясь, всё таки вид у мужчины был не очень доброжелательный и я его побаивалась.
Мужчина всё так же смотрел на меня и ничего не говорил, он лишь пристально водил своим взглядом по мне, как будто ощупывал с головы до ног.
— Добрый день, леди. — Сказал он низким голосом. Голос у него тоже был достаточно приятный. — с таким можно и в певцы податься, — подумала я, но эмоции в этом голосе я прочитать так и не смогла. — Добрый. — Ещё раз повторила я, неловко поднимаясь, всё таки длинная юбка не давала мне с лёгкостью встать.
— У вас всё нормально? — спросил он и ухмыльнулся.
И чего это он ухмыляется, ничего смешного в данной ситуации я не видела, а поэтому чуть резче чем надо сказала. — Нормально всё.
— Так а что же тогда Чёрта-то вспоминаешь? — спросил он.
— Да само как-то вырвалось. — Ответила я.
— И откуда же ты у нас такая появилась? — снова спросил он. В его взгляде появились какие-то странные огоньки, и это было очень сильно завораживающим. Как будто в глубине чёрного омута полыхало пламя. Я,
