Читаем без скачивания Последний хозяин - Павел Чувиляев

Гражданская война – это крах культуры и экономики, залечиваемый как минимум 50 лет. Потому что её ведут не армии, а обыватели. В гражданской войне нет офицеров. Люди в мундирах с погонами есть, но в братоубийственном конфликте их авторитет равен нулю. Вернее, количеству патронов в пистолете. Офицер присягает защищать Отечество или монарха, но в гражданской войне они у каждого свои. Как минимум для половины страны офицер становится врагом и оккупантом. Потому-то при создании Белой Армии в 1918 году решили остановить присвоение следующих офицерских званий; считалось, что в братоубийственной войне карьеру делать зазорно. Потом мудрый приказ отменили; в условиях затяжных боевых действий он оказался невыполнимым. Да и в Красной Армии погоны отменили сразу, в 1918 году, а восстановили лишь в начале 1943 года.

Нет ничего хуже вооружённого обывателя, оставшегося без контроля офицеров[33]. Гражданская война начинается с того, что он вдруг решает, что может непосредственно диктовать свою волю окружающим. В стиле: «кто палку взял, тот и капрал». Обыватель с палкой быстро разгуливается, а поскольку он совершенно не в состоянии просчитать даже ближайшие последствия своих действий (его этому не учили; учили офицеров), он быстро перешагивает грань. Трудно убивать одному: это Раскольников, нравственные мучения, достоевщина. А скопом убивать весело. Взять ножку от стула и зафигачить соседу в висок, чтобы не прыгал. А чего он: не той нации, не тому богу молится, не те книги читает, не ту музыку слушает, носит и ест не то, не за ту команду болеет, и вообще рыжий. И пограбить есть что. А вокруг будет стоять толпа и гоготать. В толпе обязателен внешний провокатор, её на убийство подзуживающий. Повторяю: люди себе не враги; обывателя до ощущения безнаказанности нужно умело довести. Но если довели – пойдёт лавина.

Ведь у человека, которого убил обыватель (обычно тоже обывателя), есть родные и друзья. И после убийства-прикола в одном из домов города начинают громко и страшно орать. Потом, не надеясь на правосудие, поскольку государству уже не верят, идут и мстят: убивают убийцу. Не провокатора, давно слинявшего, а обывателя. Тогда начинают выть в другом доме. Потом в третьем, четвёртом, сотом, тысячном. И вспыхивает пожар гражданской войны, который очень трудно, почти невозможно, погасить. Лет через 50-100 он гаснет сам; после уничтожения значительной части населения. При этом война ведётся без правил (офицеров-то нет), с пытками и добиванием пленных.

В Анголе всего этого было вдосталь, плюс африканская специфика. Осуществился классический сценарий: революция и гражданская война на фоне интервенции. После ухода португальцев (далеко не всех), палку взял тот, кто оставался на месте и был ближе к столице. В ноябре 1975 года войска кимбунду (МПЛА) заняли Луанду и без всяких выборов провозгласили президентом товарища Агостиньо Нето. Но местного «Ленина», как и исторического прототипа, быстро умерли (в 1979 году). Даже в мавзолей поместили: советские бальзамировщики блестяще решили сложную задачу в африканском климате. А страна уже пылала: овимбунду и конголунда диктат МПЛА не устраивал. При поддержке армий Заира и ЮАР войска ФНЛА и УНИТА одновременно вторглись в Анголу с севера и с юга. Но товарищ Нето не дал задушить молодую советскую республику и обратился за помощью к Кубе. Братья Кастро отреагировали мгновенно: кубинские «добровольцы» высадились в Луанде ещё до конца 1975 года. При всех своих коммунистических лозунгах Фидель Кастро всегда оставался прагматиком (идеалист там Че Гевара, и то не совсем). Кубинцы создали замечательную армию, иначе при близком соседстве с США не выжить. Их высокая боеспособность сказалась сразу: к концу 1976 года войска Заира и ЮАР вытеснили из Анголы в результате контрнаступления, причём ФНЛА был практически разгромлен. Но не всем в Луанде понравилась усиление влияния кубинцев. В 1977 году кубинские войска подавили «кронштадтский мятеж» в столице, известный как «заговор фракционеров» Нито Алвиша.

Окрылённая военными успехами МПЛА решила продолжать наступление и нести свет идей коммунизма в Африку. Началась советско-польская, простите, заиро-ангольская война 1977-78 гг[34]. Под руководством местного «Тухачевского», генерала Мбумбу, также прозванного «чёрным Бонапартом», ангольские и кубинские войска дважды вторгались в Заир. Первый поход был шапкозакидательским. Бронетехники у наступающих не было, а основным средством передвижения пехоты стали велосипеды. Даже при таком оснащении врага армия Заира дрогнула и попятилась. Положение спас марокканский корпус, нанятый президентом Заира Мобуту. Через год не помогли ни марокканцы, ни даже регулярные лучники-пигмеи. Провинция Шамба была захвачена; дорога на столицу Заира Киншасу открыта. И тогда пришёл «лесник» в виде десанта французского Иностранного легиона. Головорезы-коммандос разбили ангольцев и кубинцев в пух и прах: соотношение убитых 7: 500 говорит о многом. Вскоре были достигнуты договорённости: Ангола прекратила войну и поддержку конголезских сепаратистов; Заир отказался от поддержки ФНЛА, но не выдал их на расправу. Северная граница Анголы стабилизировалась, хотя войска там держать всё равно приходилось. Генерала Мбумбу умерли от ран.

Для финансирования войны Куба подняла цену на сахар, в том числе поставляемый в СССР. Со стороны Заира конфликт оплачивала Саудовская Аравия через «клуб Сафари» и миллиардера Аднана Хашогги[35]. Арабы-то здесь причём? А это XX век. Раньше войны велись за землю, потом за ресурсы. Теперь целью войны всё чаще является принуждение к миру, простите, принуждение конкурентов ресурсы не разрабатывать. Зачем арабам на мировом рынке ангольская нефть, подрывающая их монополию? Им нигерийской нефти в своё время хватило, хотя и тут работают над вопросом. Есть успехи: в виде перманентной гражданской войны, идущей и сейчас. А в Анголе в 1978 году вопрос успешно закрыли на 40 лет; аж местные змеи объелись франками.

Начмед

Лишь в лазарете видишь воочию, что такое война.

Боевая ничья в войне с Заиром вызвала в Анголе перемены. Местного «Ленина» заменил доморощенный «Сталин»: после смерти Агостиньо Нето в 1979 году президентом страны стал товарищ Жозе Эдуарду душ Сантуш, сохраняющий власть и по сей день[36]. Не обошлось без местного «Троцкого»: второй человек в МПЛА Энрике Каррейра через год был смещён со всех постов и убит неизвестными. Ледоруб не использовался; его вывезли в джунгли, где зверски пытали, затем изрубили на куски мачете. Африканская специфика: даже в гербе Республики Ангола мачете есть. Пока коммунисты разбирались друг с другом с помощью мачете, серьёзно укрепились позиции УНИТА, захватившей изрядный кусок территории Анголы (анклав Джамба). В 1978–1980 гг. повстанцы овимбунду не раз пытались ворваться в Луанду с юга. Развернулись диверсии на морских коммуникациях. Кубинская группировка в Анголе требовала огромное количество ресурсов. Приходилось их таскать через Атлантический океан, и несколько транспортов, в том числе с войсками, бесследно исчезли. Можно смеяться, но в этом на голубом глазу обвинили «таинственные явления в районе Бермудского треугольника». Когда конвои стали сопровождать атомные подводные лодки СССР, бермудские инопланетяне хулиганить прекратили. Испугались, наверное. Зато три сухогруза ГДР[37] и советское судно «Комсомолец Донбасса» были взорваны и потоплены неизвестными диверсантами прямо на рейде Луанды.

Кубинские войска превосходили овимбунду и на равных сражались с армией ЮАР. Но в дело вмешались «большие дяди». Ещё в 1975 году в ЮАР был создан 32-й батальон спецназа «Буффало». После успеха Иностранного легиона в Заире «батальон Буффало» был серьёзно усилен: списочный состав вырос вчетверо; добавилось тяжёлое вооружение. По огневой мощи батальон стал равен полку, сохранив мобильность. Но самое главное, в «Буффало» стали набирать «добровольцев» и наёмников. Говорят, добровольной службой иногда заменяли смертную казнь. Появились французская, бельгийская и американская роты; даже взвод польских эмигрантов. Против профессиональных головорезов кубинцы были слабоваты, а войска МПЛА, заслышав в эфире позывные ягеров, просто героически разбегались[38]. Ягерами (от искажённого «егерь») первоначально назывались лёгкие силы буров в англо-бурской войне (1899–1902 гг.). Славились мстительностью и запредельной даже по африканским меркам жестокостью. Чернокожие солдаты дезертировали из английской армии, потому что искренне верили, что убитый ягер превращается в злого духа и мстит, пока не уничтожит всё поселение обидчиков. Спалённые вместе с жителями деревни миф только укрепляли. Ягеры впервые стали украшать черепами убитых врагов не только себя, но и военную технику. В «Буффало» возродили славное имя ягеров и их милые культурные традиции: сплошь покрытые человеческими черепами танки и БТРы производили впечатление. Возникла реальная угроза перелома в войне.