— Да, видимо, и в самом деле послышалось, — с облегчением согласилась Моника.
Джастин, чье замешательство выдавали даже плечи и спина, проследовал в кабинет, где его ждали.
— Давайте заполним медицинскую карточку, — предложил он и потянулся за бланком.
Возражений не последовало.
— Назовите свое имя, дату рождения…
— Джастина Доннел. Седьмое июня, а…
Джастин прекратил писать и уставился на девушку:
— Как? Джастина?
— Ну да. — Она нерешительно улыбнулась. — А что такое?
— Нет, ничего… Дело в том, что… Словом, меня зовут так же. Вернее, почти так же. Я — Джастин Брайт.
— Очень приятно.
— Да… мне тоже.
Какое удивительное совпадение, подумал Джастин. Надо же было такому случиться…
— Так вы поможете мне? — уточнила Джастина, спокойно улыбаясь.
— Само собой. Разумеется. Давайте-ка я посмотрю, что с вашим зубом.
Это был правый из двух передних верхних зубов.
Да, краешек его, конечно, был надколот… Но дела обстояли вовсе не так плачевно, как могло с расстройства показаться Джастине. Джастин, если бы с ним случилось нечто подобное, и вовсе не стал бы ничего предпринимать.
Он знал, что зуб по истечении некоторого времени «зарастит» сам себя. Это не кариес, где нужны решительные действия. Но, видимо, для женщин это гораздо более важно. Стимул выглядеть хорошо, и всякое такое…
— У вас хорошие зубы, — отметил он с удовольствием. — Белая эмаль…
— Спасибо.
Зубы действительно были ровными и красивыми. А уж как освещала лицо Джастины эта мягкая, неповторимая улыбка…
Да, видимо, при таких ровных зубах любой изъян в самом деле будет действовать обладательнице этой улыбки на нервы.
Нужно исправить надколотый зуб. Лечения требуется немного — самая малость. Можно было приступать к делу… Но почему-то Джастин медлил. Он не понимал, что с ним такое. Наконец осознал.
Ему не хотелось бы лечить Джастину. Он хотел бы избежать этого, если бы появилась хотя бы малейшая лазейка, малейшая возможность.
Ему было очень приятно смотреть на ее улыбку, отмечать блеск ее здоровых зубов, наблюдать за тем, как она разговаривает…
Но не брать в руки стоматологические инструменты. Ему не хотелось, чтобы Джастина, подобно сотням других пациентов, сидела в кресле с открытым ртом, а он колдовал бы в ее ротовой полости бормашиной и прочими «орудиями пыток»…
Черт знает что такое! Откуда вообще взялось это дурацкое ощущение? Раньше Джастин не замечал за собой ничего подобного… Он был в недоумении. А время между тем шло…
Джастин попытался вспомнить — может быть, подобное ощущение было у него и по отношению к собственной жене?
Ах нет. Куда там… У нее ведь были довольно здоровые зубы. С чем, с чем, а с этим ей повезло… Последний ее визит к зубному, во время которого врачу пришлось что-то делать, состоялся четыре года назад. Последующие осмотры оказывались профилактическими. Таким образом, Джастин не смог выступить в роли стоматолога для жены.
В дверь кабинета постучали.
Джастин обернулся.
— Войдите!
В дверь просунулась аккуратно, на прямой пробор причесанная голова Райана. Оказывается, он уже вернулся с ланча?.. Ну и шустрый же парень!
— Джастин, я слышал, тут нужна помощь.
— Какая помощь? — рассеянно поинтересовался Джастин. — Почему?
— У нас непредвиденный пациент.
— Ах да… Ну да. Ты, я так понимаю, уже освободился?
Райан согласно кивнул:
— Могу заняться. У тебя ведь наверняка есть другие дела, более неотложные.
Джастин с готовностью ухватился за эту спасительную соломинку, подвернувшуюся так неожиданно и оказавшуюся так кстати:
— Да, конечно, если ты не занят.
— У меня до четырех часов никого по записи нет.
— Вот и отлично. Джастина, вами займется Райан. Он блестящий специалист. А я пойду заниматься другими… административными, скажем так, вопросами.
Джастина кивнула.
— Спасибо вам, доктор Брайт.
— За что? — удивленно произнес он.
— Как же. За то, что согласились принять меня без медицинской страховки.
Джастин хотел было произнести что-то вроде «это наш врачебный долг», но вовремя вспомнил про позицию Моники: мол, только по страховке и никак иначе! Это было бы неэтичным по отношению к своим собственным сотрудникам. Если один говорит одно, а другой — другое, это не делает клинике чести. В общем, лояльность — прежде всего!
И Джастин просто промолчал.
Просто вышел из кабинета.
Джастина осталась сидеть в стоматологическом кресле. Она осталась в надежных руках стоматолога Райана Смита. Райан принялся раскладывать инструменты, непринужденно болтая при этом. Со стороны могло бы показаться, будто доктор Смит словно невзначай флиртует с пациенткой. При этом, само собой, нарушает врачебную этику.
Но, прикасаясь руками в стерильных перчатках к нежной, матовой коже Джастины на щеках и на подбородке, прося ее приоткрыть чудесной формы розовые губы, заглядывая ей в рот, где подрагивал влажный язычок, Райан ничего не чувствовал. И флиртовал он, не переходя ни одной из граней дозволенного. Он завязал всю эту болтовню только для того, чтобы Джастина не нервничала. Чем спокойнее пациент, тем легче работается стоматологу… Впрочем, здесь случай был не слишком-то тяжелым. И коррекция требовалась минимальная. Брайт зря старался — Джастина нервничала только тогда, когда Моника готова была не пустить ее дальше порога клиники. Увидев Джастина, услышав его бодрый и уверенный голос, она исполнилась надежды, что теперь все будет хорошо. И ей не придется бегать и суматошно искать другую клинику (где у нее точно так же могут потребовать эту клятую медицинскую страховку!).
Итак, Райан спокойно и методично работал над сколотым зубом Джастины, Джастина спокойно сидела в кресле, и самым неспокойным из них всех почему-то оказывался Джастин.
Вернувшись в свой кабинет, он вновь углубился в отчеты. Но цифры не то что плясали у него перед глазами — он попросту не видел их.
Он не мог сосредоточиться. Решив, что с людьми будет проще, он переключился на телефонные звонки. Ему потребовалось собрать все свое внимание, чтобы концентрироваться не только на голосе собеседника, но и на том, какие слова тот произносит. Джастин терял смысл, терял нить, подбирал слова и в конце концов решил перепоручить вести эти переговоры своему пиар-менеджеру. В конце концов, он ему за это платит.
«В конце концов, тебя никто не просил заниматься этим, — сказал ехидный внутренний голос. — Если пытаешься отвлечься, потом не приплетай сюда окружающих. Они не виноваты в том, что ты не справляешься с задачами, которые берешь на себя от безделья… пардон, от безысходности».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
