Гитлер, придя к власти, предпринял шаги к установлению тесной связи с руководством рейхсвера. 3 февраля 1933 г. он провел первое совещание с высшим командованием. На нем Гитлер изложил основные пункты программы возглавляемого им правительства: «искоренение марксизма», «устранение раковой опухоли – демократии», установление «жесточайшего авторитарного государственного руководства», «введение всеобщей воинской повинности» и «приобретение союзников», «борьба против Версаля», «отвоевание новых рынков сбыта», «захват нового жизненного пространства на Востоке и его безжалостная германизация».
В конце марта 1933 г. состоялось еще одно совещание высшего руководства рейхсвера, в котором принимал участие и фон Манштейн. На совещании с докладом выступил Гитлер. О том, какое впечатление произвело это выступление на фон Манштейна, он пишет в своих мемуарах:
«Не могу сказать, что оно произвело на меня сильное впечатление. Гитлер начал с заявления о своей решимости вырвать государство из уз Версальского договора. Предпосылкой к освобождению стало бы внутреннее единство народа и гарантированная армией внешняя безопасность государства. Его идея обеспечения немецкому народу достаточного жизненного пространства звучала сомнительно. Тем не менее она производила впечатление лишь мечты о далеком будущем, так как наши тогдашние силы не давали надежды на ее скорое осуществление. Во всяком случае, я воспринял его слова лишь как своего рода “captatio benevolentiae” [65] руководства СА и СС [66] , которое могло быть плохо знакомо с военным положением Германии. Охарактеризовав “национальную революцию” как завершенную, Гитлер перешел к внутриполитическим вопросам – что можно было считать предупреждением руководству СА. По существу все, что он говорил, сводилось к необходимости дружеских отношений между рейхсвером и СА. Целью его обращения был мир. Гитлер подчеркнул, что вермахт был и останется “единственным носителем оружия” нации. К компетенции СА и “Гитлерюгенда”, в свою очередь, относились политическое воспитание, допризывная и послевоенная подготовка лиц, годных к военной службе. Он требовал лояльного сотрудничества обеих сторон» [67].
Гитлер, одержимый идеей захвата жизненного пространства на Востоке, взял курс на резкое сокращение экономических и ликвидацию военных связей с СССР. В то же время фюрер принимал меры к тому, чтобы не довести дело до полного разрыва отношений между Германией и Советским Союзом. Он лицемерно заверял советское руководство, что германское правительство намерено поддерживать с Советским Союзом «дружественные взаимовыгодные отношения» [68]. В подтверждение этого рейхстаг в мае 1933 г. утвердил навечно действие германо-советского договора о нейтралитете 1926 г. Позднее, 14–19 октября 1933 г. правительство Германии объявило о своем выходе из Лиги Наций и отозвало свою делегацию с конференции по разоружению. В результате оно развязало себе руки для подготовки к ведению захватнических войн. 26 января 1934 г. Германия и Польша подписали «Декларацию о необращении к силе». Согласно этой декларации, в случае французско-чешского нападения Германия уже могла не опасаться обязательного присоединения поляков к противостоящей стороне. В результате основными потенциальными противниками Германии теперь считались Франция и Чехословакия.
Руководство НСДАП, придя к власти, начало преследование своих противников и евреев. Это в какой-то мере коснулось и фон Манштейна. Он пишет, что в 1934 г. выступил против дискриминации военнослужащих-евреев, но благодаря покровительству фон Фрича никаких мер к нему принято не было. Это можно расценивать как весьма либеральное отношение к фон Манштейну, ибо в роду фон Левинских также были евреи. Но, видать, новое руководство Германии было заинтересовано в сохранении опытных командных кадров, а потому фон Манштейн избежал преследований.
После сосредоточения в руках Гитлера всей полноты власти в Германии произошли большие перемены в политической и военной сферах. Еще в 1932 г. командование рейхсвера, мечтавшее о возрождении военной мощи Германии, разработало план «А» (от нем. Aufbau – «строительство»), предусматривавший формирование к 1937 г. двадцати дивизий, которые должны были составить костяк 300-тысячной сухопутной армии мирного времени. В соответствии с планом «А» к октябрю 1934 г. было завершено развертывание 21 пехотной дивизии, численность армии увеличилась до 300 тыс. человек, быстрыми темпами развивались ВВС (нем. Luftwaffe) и танковые войска.
Фон Манштейн, оценивая эти и последующие шаги по развертыванию вооруженных сил, отмечал: «Без сомнения, создание таких сил было целесообразно и никоим образом не представляло собой предпосылку наступательной войны. Тем более что даже такая армия отнюдь не исчерпывала военного потенциала Германии. Однако мы, солдаты, в интересах внутреннего укрепления нового рейхсвера считали, что формирование 36 дивизий должно быть поэтапным и последовательным. Значительное увеличение армии и введение воинской обязанности вместо системы добровольцев должны были кардинально изменить характер армии. До сих пор рейхсвер оставался замкнутой и внутренне духовно единой системой. Вместе с потоком военнообязанных в армию вливались и общественные политические воззрения. Офицерский корпус неизбежно должен был потерять сплоченность из-за возвращения огромного количества отставленных ранее офицеров» [69].
1 марта 1935 г. официально были легализованы созданные ранее Военно-воздушные силы и Главное командование ВВС (ОКЛ, от нем. Oberkommando der Luftwaffe). Их возглавил Г. Геринг, одновременно занимавший пост имперского министра авиации и другие важные должности в системе управления нацистского режима. 16 марта Германия, в одностороннем порядке аннулировав военные статьи Версальского договора, ввела всеобщую воинскую повинность. Количество дивизий намечалось довести до 36, а общую численность Сухопутных войск – до 550 тыс. человек. Германские вооруженные силы получили новое название – вермахт (нем. Wehrmacht, от Wehr – «оборона», Macht – «сила»). Министр рейхсвера генерал-фельдмаршал В. фон Бломберг стал военным министром, в функции которого входило непосредственное руководство вермахтом в качестве его Главнокомандующего, подчиняясь лишь Гитлеру как Верховному главнокомандующему. Для управления Сухопутными войсками было создано Главное командование (ОКХ, от нем. Oberkommando des Heeres). Главнокомандующим Сухопутными войсками был назначен генерал-полковник В. фон Фрич. В состав ОКХ был включен легализованный 1 июля Генеральный штаб Сухопутных войск, сформированный на основе управления Сухопутных войск рейхсвера. Генеральный штаб возглавил генерал Л.А.Т. фон Бек. Имперский морской флот с 1 июня получил официальное наименование «Военно-морские силы» (Kriegsmarine), которыми управляло теперь Главное командование ВМС (ОКМ, от нем. Oberkommando der Kriegsmarine), а командующий военным флотом гросс-адмирал Э. Редер стал называться Главнокомандующим ВМС.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
