О том, как он это делает, скажу позднее. Когда я пришел к этому выводу, я понял, что должен отправиться на место преступления. Ближе всего была консерватория. Там я беседовал с одним общительным монтером, который был очевидцем несчастья с Картером и рассказал мне обо всем. По его словам, Раджио, когда пел, повернул голову в сторону. Тогда я не сообразил, в чем дело, догадка пришла лишь по дороге в Сегед. В поезде, слушая радио, я узнал о том, что любимое развлечение Раджио - бильярд. Тут мне вспомнилась такая мелочь: электромонтер во время работы ругал деревянную, "твердую, как мрамор" обшивку стен консерватории. Будучи знатоком бильярда, Раджио в консерватории убил не "прямым попаданием". Пучок смертоносных лучей отразился от деревянной обшивки и попал в цель. Выражаясь языком бильярдистов, Раджио "сыграл дуплетом". Почему он так сделал, я пока не знаю, со временем это, очевидно, удастся выяснить. Вероятно, впереди сидел высокий человек, который заслонял Картера, и Раджио не смог "прицелиться" прямо в жертву.
Вот так. В Сегеде мне нужно было собрать улики, а прежде всего охранять Хрдличку. О самом конце пусть расскажет Пети.
Петер рассказал о том, что произошло на Соборной площади, и добавил:
- Помнишь, Шари, как на концерте в консерватории Раджио пустил петуха? У нас есть эта запись. В "Прощании Туридду". К тому же вся эта история с верхним фа-диез в день Бианки... Ты же знаешь, что звук фа-диез в скрипичном ключе записывается на пятой линейке. Когда певцы берут этот звук, они открывают рот не очень широко. Вполне возможно, что Раджио после специальных вокальных упражнений научился брать фа-диез как верхнее до. В этих случаях певцы обычно округляют рот, причем диаметр круга при подобной высоте звука не превышает тридцати миллиметров. Такой ультразвуковой пучок...
- Он сужал рот, - перебил Сакач. - Диаметр круга уменьшался с тридцати миллиметров до пяти. Примерно такого размера было пятнышко на портрете вашей прародительницы, Шари. Энергию мы соотносим с единицей пространства, и если диаметр уменьшается с тридцати до пяти, то есть в шесть раз, то и площадь уменьшается - шесть умножить на шесть - в тридцать шесть раз. Следовательно, энергия, попадающая на единицу площади, возрастет в тридцать шесть раз. Кто знает, быть может, в первый раз в соборе это произошло случайно, а возможно, маэстро тренировался, занимался "учебной стрельбой". Когда он, желая убить человека, еще больше сжимал рот, концентрируя пучок ультразвуковых волн, энергия, приходящаяся на единицу поверхности, многократно возрастала. Он словно дул в стеклянную трубку, стреляя из нее по своим жертвам острыми шипами. Ты сказал, Пети, что он брал до...
- Да. Конечно, можно взять фа или ля, но при до рот больше всего округляется. Вспомните-ка его "адьо". Как он это делал, я не знаю. Такая способность к убийству, видимо, врожденная, - что-то вроде заячьей губы или волчьей пасти.
- Если это врожденная способность, - задумчиво произнесла Шари, - то почему она проявилась только сейчас, в последнее время?
- Ответ на это дает биография Раджио, - сказал Сакач. - Когда он был подростком, ему сделали операцию горла. Хирург по имени Диаволо спас его от дифтерии. Случайно ли деформировал профессор его гортань или намеренно сделал из него чудовище, - возможно, и выяснится позднее. Но известно одно: Фабрицио Диаволо был одним из основателей фашистской партии. Есть ли какая-то связь между ним и убийствами, которые совершал Раджио? Не исключено. В свое время на процессе военных преступников в Западной Германии всплыло имя Диаволо. Возможно, какой-то пронырливый американский журналист ухватился за это имя, возможно, американская разведывательная служба вела по этому делу следствие. Факт остается фактом: им удалось захватить бумаги с записями Диаволо, из которых они узнали об обстоятельствах операции. И сумели прибрать к рукам слабохарактерного певца. Запугивали ли они его или шантажировали, надеюсь, мы скоро узнаем.
Он замолчал.
- Настоящий роман ужасов, - немного погодя сказала Шари.
- Да, - ответил Сакач. - Отвратительная история! Мне не удалось бы ее распутать без посторонней помощи. Особенно твоей, Пети, и вашей, Шари.
- Не забывайте об Оттокаре, - сказал Петер и выманил зверька из-под качалки.
Оттокар остановился посреди комнаты, поднял мордочку и, помаргивая, уставился на хозяина. Тот рассмеялся, потом сделал серьезное лицо.
- Как по-твоему, Имре, Шари на это согласится?
- На что, собственно? - спросила Шари, косясь на мужа.
- Знаешь, следовало бы наградить Оттокара... До каких пор он будет жить старым холостяком?
- Послушай! - вскричала Шари. - Уж не хочешь ли ты...
- Вот именно, - заявил Петер не терпящим возражения тоном. - Завтра же утром я пойду в зоомагазин и подыщу ему Манци. Подходящую по возрасту и соответствующую его вкусу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
