Во главе круглого стола спиной к окну сидел генерал де Пуатье, являющийся Верховным Главнокомандующим объединенной армии. Поглаживая правой рукой красивую бороду, он внимательно выслушивал два противоположных мнения.
Маркиз Харденберг, германский генерал, настаивал на быстротечном решающем сражении, которое планировалось первоначально. Тряся коренастым телом и великолепными седыми усами а-ля кайзер: "Идти в поход! В поход! В поход! У нас осталось провианта всего на четыре с половиной недели! Обходя по дороге форты и замки, любой ценой направляемся к Лондиниуму. К счастью мы держим под контролем небо. Поскольку мы привели с собой солдат, обещая им, что война закончится до праздника Сошествия Основателя Бримира, если мы не соблюдем срок, то моральный дух понизится!" - похоже, германский генерал настаивал на атаке, подобной пламени.
- Объявили, что к празднику Сошествия война закончится, и она закончилась - существовало ли такое в истории Халкегинии? - возразил начальник штаба Вимпфен, холодно сверкая глазами под очками. Прохладная атмосфера окружала сорок мужчин.
- В таком случае, если мы создадим прецедент, будет отлично, - маркиз Харденберг сердито уставился на Вимпфена.
- Осадить Лондиниум - это хорошо, но подставлять свой тыл фортам и замкам, обойденным по пути... Не похоже, что это - наилучший образ действия. Более того, если мы выступим в поход, пути снабжения тоже будут растягиваться. Если их перережут сбоку, пиши пропало. Хоть это и создаст проблемы, здесь нужно двигаться в поход, захватывая замки и крепости одну за другой, как если с осторожностью переходить реку по камешкам.
- Даже если захватывать по одному городку и одной крепости, как думаете, насколько большой урон будет нанесен?! Пути снабжения? Если мы захватим Лондиниум до праздника Сошествия, все будет отлично!
- Как сказал маркиз, мы контролируем небо, не так ли? Урон при взятии приступом крепостей может быть сведен к минимуму. Захват Лондиниума до праздника Сошествия? Снова подобный вздор!
Маркиз Харденберг с презрением на лице проговорил:
- ...неразумная стихия - Ветер, сразу же сеет панику.
- Как будто Огонь, который желает только могущества и сжигает все дотла, намного лучше?
Двое мужчин сердито уставились друг на друга.
- Преподам храбрость трусам-тристейнцам.
- Нет надобности брать уроки у варваров.
Одновременно выхватив волшебные палочки, скрестили их. Между спорщиками встал Главнокомандующий де Пуатье.
- Мы погрязли в спорах! Маркиз! Маркиз! Покажите германскую храбрость на поле боя! Вимпфен! Хотите меня опозорить?!
Спорщики, в конце концов, взяли себя в руки.
- Пока что необходимо признать провал первоначального плана. Разгром главных сил альбионской армии в решающем сражении, после победы - атака Лондиниума. Казнив Кромвеля, водрузить в Уайт-холле флаг с белой лилией... Полагаю, что невозможно вести войну по старому плану.
Следующим после свержения революционного правительства Альбиона было государственное устройство, при котором осуществлялось прямое руководство от имени Анриетты.Естественно, Германии тоже уступят часть земель. На будущее существовал план: разыскав оставшихся в живых членов Королевской семьи Альбиона и посадив их на престол доминиона под управлением Тристейна, обеспечить возрождение монархии. Хотя говорилось, что разыщут наследника альбионской Королевской семьи, почти все они были казнены в сумятице революционного времени, поэтому, похоже, ничего не оставалось, кроме как подготовить подходящего дворянина, как будто он из Королевской семьи, и посадить его на трон.
Де Пуатье, замотав головой, отделался от этого предположения.
Не об этом сейчас нужно думать. То, о чем сейчас нужно думать, - каким образом суметь разгромить армию врага, укрепившуюся в Лондиниуме?
Де Пуатье закусил губу. Так или иначе, моя успешная карьера зависит от этого.
Если не победим в этой войне, маршалом мне не стать.
Хотя удобно, если все будет решено в одном решающем сражении... Де Пуатье упрекал альбионскую армию. Почему Кромвель забаррикадировался в Лондиниуме и не выходит?
Ведь территория страны оказалась под пятой врага?
И видимость по отношению к кабинету министров, и пример по отношению к дворянам, но ведь существует и воля народа?
Собственно говоря, какое-то предвидение?
Заметив, что генерал союзного государства и начальник штаба смотрят с нескрываемым беспокойством на лицах, как он вот так погрузился в размышления, де Пуатье объявил свой стратегический план:
- ...от решающего сражения отказываемся, однако план должен осуществляться. Поскольку, во что бы то ни стало, флаги Ее Величества Королевы и Его Величества Императора должны развиваться над Хавиландским Дворцом в Лондиниуме. Итак, риск того, чтобы идти на приступ столицы Альбиона на одном дыхании, чрезвычайно высок. С другой стороны, если захватывать замки один за другим, такая война займет десяток лет.
Маркиз и начальник штаба кивали с хмурыми лицами. Де Пуатье указал на карту, развернутую на столе. Ткнул в точку на линии, соединявшей Росайт и Лондиниум.
- Город Саксен-Гота. Древний город, место с множеством достопримечательностей. Мы его захватим и превратим в опорный пункт для штурма Лондиниума. Оставив здесь, в Росайте, пять тысяч человек, прочно удержим пути снабжения и отступления. Оставшиеся войска будут участвовать в приступе. Собрав все силы воздушного флота, обеспечим поддержку. Конечно же, если главные силы армии противника выступят, дойдет до решающего сражения.
Маркиз и начальник штаба кивали, но на лица выражали только: "Хм". Хотя этот нерешительный стратегический план, похоже, являлся компромиссным, хуже не будет.
Саксен-Гота - большой город. К тому же - точка пересечения крупных дорог. Если его захватить, стало бы возможным угрожать другим городам и замкам. Пусть даже праздник Сошествия пройдет, а война не закончится, - если выбрать устойчивую позицию, когда это происходит в большом городе, то легче осуществляется.
В тот момент, когда было принято решение по стратегии, раздался стук в дверь.
- Кто? - спросил стражник.
- Это я. Придворная дама в непосредственном подчинении ее Величества, Ла Вальер.
Де Пуатье, дернув подбородком в направлении стражника, подтвердив разрешение впустить гостью. У него не было интереса привлекать девчонку к делам армии, однако она также являлась придворной дамой Ее Величества и магом легендарной Пустоты, поэтому суровое обращение тоже не подходило. Даже если у нее испортится настроение, это будет проблематично.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
