Путят повернул голову, взглянул все также недовольно на жену, но под ее спокойным и чистым взором, внезапно широко улыбнулся, удивленно вздел вверх свои мощные, покатые плечи, и, поднявшись, вышел из комнаты.
Вера протянула руку ласково, по-матерински, погладила Святозара по лежащей на столе руке и тихо добавила, обращаясь к правителю:
— Она у нас самая махонькая. Он ее, Путят, больше всех детушек своих любит так, что не серчай на него, правитель. Тебе — то хорошо, ты будешь рядом со своим сыночком жить, а ему больно не хочется расставаться с доченькой.
— Ну, — глубокомысленно протянул Велислав. — Может Любаве Святозар и не понравится, да она…
Но воеводе не дали договорить, на него с двух сторон так шикнули, правитель и Вера, что он благоразумно решил не продолжать и замолчал.
Вмале в комнату вошли Путят и Любава. И все кто был, в помещении поднялись. Святозар посмотрел на Любаву, которая за это время повзрослела и стала еще прекрасней, высокая, стройная, белолицая с ярко-зелеными глазами, нежными, алыми губами и длинными темно-рыжими волосами, заплетенными в не тугую косу. Любава, это сразу бросалось в глаза, ждала приезда наследника, потому как была обряжена в нарядный нежно-лазурный сарафан, и подпоясана золотистым пояском. Когда она вошла в комнату та точно осветилась ее красотой, Любава поклонилась правителю и воеводе, посем перевела взор блистающих зеленых очей на наследника и улыбнулась ему. Святозар шагнул к Любаве, и больная нога дрогнула, он покачнулся, но тут, же, как советовал Стоян, вспомнил о своем подарке и устоял.
— Любава, — подавляя в голосе волнение, молвил наследник. — Любава, я люблю тебя, с первого мгновения. С того самого мига, как много, много лет назад впервые увидел тебя. Мил ли я тебе, и пойдешь ли ты за меня замуж?
Любава сделала шаг вперед, протянула к Святозару руки и ответила, тихим певучим песенным голосом:
— Да, Святозар, я пойду за тебя замуж, потому что ты мне мил с первого твоего взгляда.
Наследник опустился на правое колено, взял руки Любавы в свои и поднес к губам.
— Любава, — выдохнув, обратился к дочери Путят. — Но ты его видела один раз, и, то мельком.
— Ах, отец, — развернув голову к Путяту и бросив на него сердитый взгляд, заметила Любава. — Да, стоило мне глянуть в глаза Святозара, тогда четыре года назад, как я поняла, это он… он, моя вторая частичка на этой земле.
Святозар выпустил руки Любавы, тяжело поднялся, почти не опираясь на правую ногу, и слегка скривил лицо, но после глянул в наполненные светом и красотой глаза любимой и сказал:
— Любава, я хочу подарить тебе кое-что.
Наследник поднес к губам сомкнутую в кулак правую руку и, что-то шепнув, раскрыл ее. И тотчас, прямо из ладони, стал расти маленький зеленый побег. Он медленно утолщался в стебле и тянулся вверх… постепенно превращаясь в побег розы, с маленькими закругленными, чтобы не уколоть пальцы шипами, с плоскими, овально-вытянутыми зелеными листами. Когда стебель достаточно вытянулся, став приблизительно в локоть высотой, на его верхушке начал образовываться маленький зеленый бутон, который также как раньше побег принялся расти и увеличиваться, а достигнув размера обычного бутона, внезапно затрепетал весь, вздрогнул. Погодя маленькие зеленые листочки скрывающие середину раскрылись, и распустился прекрасный алый цветок розы, наполнивший комнату нежнейшим сладковато-медовым запахом.
— Это тебе, Любава, — улыбаясь и отдавая цветок в руки невесты, молвил Святозар.
Любава приняла алую розу поднесла к губам и поцеловала, и в тот же миг по стеблю и цветку пробежали маленькие искорки лазурно-золотистого света. Мгновение и стебель, и цветок покрылись лазурью, ярко вспыхнули и обратились в нежно-розовое жемчужное ожерелье, упавшее в ладонь Любавы.
— Ах, как красиво, — выдохнула Любава и с такой нежностью посмотрела на Святозара, что тот поставил больную ногу и оперся на нее, чувствуя, как всякое волнение и боль куда-то испарились.
— От же, наследник, — не выдержал стоявший позади Любавы Путят. — Ну, какая же дева после такого дара откажет тебе. Ах, до чего же ты мудрен.
— Ну, что ж Путят, — засмеявшись, откликнулся Святозар. — Это же, хорошо, что я такой мудрый. Значит, твоему внуку не предстоит родиться глупцом.
Когда Любава ушла из комнаты, в дом позвали Стояна и Храбра. Потому что Стояну, старшему дружины наследника, предстояло обговорить с Путятой и Верой, как он с другами будет сопровождать невесту Святозара в Славград, свадьбу решили назначить на начало второго летнего месяца грозника. Наследник успокоенный, что отказа не последовало, попрощался с Верой и Путятом и вышел из дома на двор.
Летняя пора стояла на земле. Солнце, поднявшееся высоко, жарко нагревало все кругом, мушки и пчелки летая, монотонно жужжали, занимаясь своей работой. Неспешно спустившись с лестницы Святозар остановился на последней ступеньке, и, любуясь чистым и ухоженным двором Путята, обнесенным невысокой деревянной городьбой, радостно вздохнул.
— Почему, ты, так долго не приезжал, — услышал наследник, позади себя голос невесты.
Стремительно развернувшись Святозар увидел спускающуюся с крыльца Любаву, которая уже переоделась в легкий клинчатый розово-белый сарафан и надела себе на шее дареное ожерелье.
— Я ждал, когда ты вырастишь, — ответил Святозар, любуясь красотой невесты.
— Нет, я не говорю, об этих четырех годах, — пояснила Любава, и, наклонив голову на бок, оглядела наследника. — Ты, приехал в Новыград, четыре дня назад, а ко мне пришел только сегодня.
Святозар вздохнул и отвел глаза от невесты.
— У тебя болела нога, да? — догадливо спросила Любава. — И ты не смог, потому прийти? Святозарик, я все знаю… скажи мне. И не надо меня смущаться, я за это меньше тебя любить не стану.
— Я, знаю, это Любава, — уставившись на невесту и дотронувшись пальцем, до ее руки, лежащей на деревянных перилах, заметил Святозар. — Знаю, что ты не станешь любить меня меньше. Но просто, просто… мне неприятно говорить о том, что я иногда, словно цапля в воде замираю на одной ноге.
Любава задорно засмеялась, и, протянув руку, погладила наследника по волосам, и очень ласково сказала:
— Ах, Святозарик!.. Мне все равно похож ты на цаплю или нет, душа моя безраздельно связана с твоей душой. Это я поняла сразу, как только увидела тебя в первый раз. А, потом… потом Святозарик, мужчину только украшают шрамы, мне всегда так казалось.
— Но, благодарение ДажьБогу, мой шрам не будет видно, потому что он спрятан под штаниной, — произнес наследник, и оперся рукой на перила.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
