Сквозь грязное окно в комнату пробивался солнечный луч, подчеркивая грязь на полу и свисающую с потолка паутину.
— Есть тут кто-нибудь? — позвал Лукас.
Его голос эхом разнесся по дому. Ответа не последовало.
Я указала на лестницу, и Лукас кивнул.
Мы опять стояли на площадке, глядя на три двери. Толкнув одну из дверей, мы убедились, что комната пуста. Затем мы заглянули в другую дверь и увидели его лежащим на полу в куче тряпья. Он поднес руку к лицу, как будто пытаясь защититься.
— Привет, Хэрри, — окликнул его Лукас. — Не бойся, мы только хотим поговорить.
Бродяга поднял голову и оперся на локоть. Он был так грязен, неухожен и истощен, что меня охватила жалость.
— Что вам нужно? — пробормотал он.
— Мы всего на пару слов, — ответил Лукас.
Хэрри, похоже, растерялся.
— Мы хотим расспросить вас о том дне, когда был убит мистер Козмо Перривейл.
Теперь Хэрри по-настоящему испугался.
— Я ничегошеньки не знаю. Меня тут не было. Я этого не делал. Я всем сказал, что я этого не делал.
— Мы знаем, Хэрри, что вы этого не делали, — вмешалась я. — Мы знаем, что это был майор.
Он молча смотрел на меня.
— Да, — подтвердил Лукас, — поэтому больше нет смысла хранить молчание.
— Что вы знаете об этом, Хэрри? — мягко спросила я.
— Он отнял у меня мой дом, вот что. А что я дурного делал? Он еще три месяца пустовал… мой домик.
— Это было жестоко, — попыталась успокоить его я. — А потом вы поселились здесь.
— А мне больше некуда было идти. Все же крыша над головой. А потом они собрались его ремонтировать… Я продолжал тут жить. Я ушел бы только в самый последний момент.
— Ну конечно. И в тот день вы тоже были здесь.
Он молчал.
— Не бойтесь, — продолжала я. — Вы смело можете говорить. Майор сам мне об этом рассказал, так что теперь это не имеет значения.
— Он меня пожалел, вот что. Если бы не он, я бы не выжил.
— Он платил вам за молчание? — вмешался Лукас.
— Он сказал, чтобы я никому не говорил. Он сказал, что тогда у меня все будет хорошо. Он сказал, что убьет меня, если я проговорюсь… как бы в шутку сказал… Он всегда шутил.
Хэрри покачал головой и улыбнулся. Я поняла, что майор и его покорил своим обаянием.
— Расскажите нам обо всем, что произошло в тот день, Хэрри, — попросила я.
— Вы уверены?
— Да, — ответила я. — Майор знает, что я знаю. Так что вы можете говорить.
— Вы уверены? — повторил он.
О да, уверена.
— Я хочу, чтобы меня оставили в покое.
— Мы уйдем… как только вы нам все расскажете.
— Я этого не делал.
— Я знаю, что не делали, никто вас и не обвиняет.
— Мне задавали всякие вопросы.
— А потом вас освободили. Они поняли, что вы ни в чем не виноваты.
— Я не сказал им, что я видел.
— Нет, не рассказали. Но нам вы расскажете все.
Хэрри почесал голову.
— Я никогда не забуду этот день. Он мне иногда снится. Я был здесь, когда это случилось. Я не могу выбросить это из головы.
— Ну еще бы.
— Я был здесь. Я не знал, когда они собираются все тут перемерять. Но я бы всегда успел спуститься по задней лестнице и убежать через заднюю дверь.
— И вы услышали, как мистер Козмо вошел в дом?
— Нет, это был не мистер Козмо. Первым пришел майор. Поэтому я и не убежал сразу. Я думал, что это один из них пришел перемерять дом. Я не ожидал увидеть майора.
— Что он сделал?
— Ну, он вошел и сразу кинулся к двери в подвал. Он открыл ее и вошел. Я еще подумал, что ему надо в подвале. Но он не стал спускаться вниз, а так и стоял за дверью. А потом вошел мистер Козмо. Никто не произнес ни слова. Я увидел, как дверь подвала открылась, вышел майор, поднял пистолет и выстрелил в мистера Козмо.
— А что было потом?
— Мистер Козмо упал, майор подошел к нему и положил пистолет на пол рядом с ним. Я стоял на площадке и не знал, что делать, когда вошел мистер Саймон. Майор уже успел скрыться… а мистер Саймон поднял пистолет, и в эту минуту вошел мистер Тристан и застал его с пистолетом в руке. Мистер Тристан очень разнервничался… и мистер Саймон тоже. Мистер Тристан начал кричать, что мистер Саймон убил его брата… а Саймон говорил, что мистер Козмо уже умер, когда он вошел… и я подумал, что мне пора сматываться. Вот я и убежал по задней лестнице.
— Значит, вы стали свидетелем убийства, — сказал Лукас.
— А майор… как он узнал, что вы все это видели? — спросила я.
— Он заметил меня на площадке, только не подал виду… он сказал мне об этом позже. Тогда я был не в Биндон Бойс, а в другом месте, у старика Чиверса. Он ничего не имеет против того, чтобы я спал в одном из его сараев. Так вот… Майор дал мне денег и пригрозил убить меня, если я хоть заикнусь полиции о том, что видел. Старик Чиверс меня пожалел. Я понял, что мне придется найти новое место, когда они затеяли в Биндоне ремонт… но после всего этого они его забросили.
— Хэрри, — заговорил Лукас, — вы расскажете все это полиции?
Он отшатнулся от нас.
— И слышать об этом не хочу.
— Но вы это сделаете. У вас нет выхода.
Старик затряс головой.
— Это ваш долг, — добавила я.
Его лицо жалобно сморщилось.
— Вам уже ничто не угрожает, — продолжал убеждать его Лукас. — Слушайте, Хэрри, вы пойдете и все расскажете в полиции, а я сделаю вот что. Я попрошу брата подыскать для вас домик в нашем поместье. Вы могли бы время от времени помогать фермерам. Я уверен, что работа для вас найдется, и у вас опять будет собственный домик.
Хэрри молчал, недоверчиво глядя на Лукаса.
— Я не хочу, чтобы вы подумали, что я ставлю вам условия. Одно к другому не имеет никакого отношения. Мне очень жаль, что вас выгнали из дома. Я вам искренне сочувствую и поговорю с братом в любом случае, но пожалуйста… пожалуйста, пойдемте с нами в полицию.
— А если я никуда не пойду, вы мне не дадите домик?
— Я ничего подобного не говорил, — вздохнул Лукас. — Я попытаюсь найти вам жилье, как бы вы сейчас ни поступили. Я попрошу брата, и я уверен, что, только услышав, как вы нам помогли, он сделает для вас все, что будет в его силах. Я обращусь к нему в любом случае, я вам это обещаю. Но вы должны все рассказать полиции.
— Нам самим придется рассказать им о том, что мы от вас услышали, Хэрри, — пояснила я. — Это наш долг. Видите ли, невинного человека обвинили в том, чего он не делал. Мы должны его оправдать. Вас тоже попросят дать показания. На этот раз вам придется сказать правду. Ваш отказ расценят как уголовное преступление.
— Я не преступник. Я ничего не сделал. Это был майор. Это он выстрелил из пистолета.
