Остаток ночи он объезжал те места, в которых, по словам Кольера, Муди частенько бывал раньше. Однако без особого успеха. Муди нигде не оказалось. И уж, конечно, он никак не ожидал, что, придя к себе в квартиру, застанет там Муди, который, применив особый прием, прижмет его к стене, а другой приставит к его виску пистолет.
– Зачем ты следил за мной, Рей? Что тебе надо? Я слышал, ты задумал что-то нехорошее. Нападал на Дента Картера, пытался убить старика Голла. Видимо, я должен стать следующим? Так? Что на тебя нашло?
Сильным ударом в живот Рей заставил детектива ослабить хватку и, резко развернувшись, выхватил нож из ножен и со всего размаху полоснул им. Муди все это видел, но уже ничего не смог сделать. Рею показалось, что, прижимая пистолет к груди, Муди улыбается.
Нож Рея описал красивую дугу. Лезвие вошло в горло Муди, как в теплое масло. Кровь брызнула во все стороны: на стены, мебель, на самого Рея, который попытался отскочить, но не успел.
Муди выпустил из рук пистолет, но не шевельнулся. Он так и остался стоять со странной улыбкой на лице, глядя на Рея. Однако в конце концов глаза у него закатились, колени подогнулись, и он рухнул на пол, словно мешок с песком.
Рей, ругаясь на чем свет стоит из-за пятен крови на любимой кожаной куртке, перешагнул через тело Муди, прошел на кухню, смыл кровь с ножа, вытер его кухонным полотенцем и сунул в ножны. Затем вымыл руки и, наклонившись над раковиной, набрал несколько горстей воды и прополоскал рот.
Убивать оказалось сложнее, чем это показывали в кино.
Он решил, что должен позвонить Рупу, сообщить о случившемся, о том, что с Муди покончено. Но Кольер не отвечал. Он, наверное, спал и видел прекрасные сны, пока Рей выполнял за него всю грязную работу.
Рей отправил ему короткое сообщение: «Муди мертв. Но из-за него у меня в квартире такой беспорядок, что мне придется переехать».
Отложив телефон, Рей сделал себе бутерброд из консервированной ветчины и запил его стаканом молока.
Когда Рей вернулся в гостиную и увидел, в какой комичной позе лежит Муди, его посетило вдохновение, и он решил сделать снимок и послать его Беллами с телефона того старого придурка с аэродрома. К тому же Руп строго-настрого запретил ему пользоваться собственным телефоном для таких целей. Со своего телефона он звонил только Кольеру.
Покончив с этим, Рей почувствовал, до какой степени он устал. Он провел бессонную ночь, и у него выдалось тяжелое утро. Рей подумал, что, прежде чем решать проблему с телом Муди, нужно немного отдохнуть.
Он прошел в спальню, открыл шкаф и опустился на одно колено. На первый взгляд угол винилового покрытия ничем не отличался от поверхности вокруг него, как будто он был прочно приклеен к бетону под ним. И только Рей знал, что его можно легко поднять, так как в день переезда он вскрыл его.
Затем он продолбил в бетоне небольшое углубление, чтобы спрятать туда трусики. Они были легче воздуха. И прозрачные.
Вынув трусики из тайника, он с восторгом рассматривал их, словно в первый раз, когда Алан затолкал их ему в руку. Рей помнил это так ясно, как будто все произошло только вчера. Алан нервничал. Нет, не просто нервничал, он с ума сходил от страха. Муди и еще какой-то детектив остановили машину у обочины и теперь шли по дорожке.
Алан весь вспотел.
– Ты должен их спрятать, Рей. Договорились? – поспешно проговорил он.
– Трусики той девчонки?
– Быстрее! Бери! Спрячь их где-нибудь.
Рей засунул их к себе в плавки. Алан наблюдал и одобрительно кивал.
– Как только сможешь, избавься от них. Сожги. Обещай мне!
– Обещаю.
И тут в дверь постучали копы. Алан вытер ладонью влажную верхнюю губу, похлопал Рея по плечу и пошел открывать дверь.
Муди знакомил Алана с правами арестованного, пока другой детектив надевал на него наручники. После чего они увели его.
На протяжении всего времени, пока Алан находился в тюрьме, они больше не говорили о тех трусиках. Алан ни разу не задал ему вопрос, сжег ли он их, а Рей сам не стал сознаваться в том, что нарушил обещание. Он не смог заставить себя уничтожить их. Они стали его самой большой драгоценностью. Ведь они были последним из того, что он получил от своего брата.
Однако Рей не слишком часто извлекал их из тайника. По крайней мере, не так часто, как ему хотелось. Однако убийство Муди стало тем из ряда вон выходящим событием, которое следовало отметить.
Рей растянулся на кровати, засунул руку в трусики, поднес их к окну и стал рассматривать просвечивающие сквозь прозрачную ткань пальцы. После этого, издав вздох удовлетворения, перевернулся на бок и задремал.
В тесной кабине пилота боевого самолета Дент никогда не страдал клаустрофобией, но, оказавшись в кабинете для проведения допросов Управления полиции Остина, вспомнил все те неприятные ощущения, которые испытал здесь когда-то, сидя один на один с Дейлом Муди. То, что Муди был мертв, не имело принципиального значения. Денту, как и тогда, от тоски и ужаса хотелось лезть на стену.
Сидевшая рядом с ним Беллами была бледна и выглядела растерянной, и часто, когда кто-то обращался к ней, приходилось повторять дважды, чтобы суть слов дошла до нее. Ее состояние было вполне объяснимо. Фотография Муди с перерезанным горлом потрясла ее до глубины души. Все в управлении знали, что она знаменитость и дочь недавно скончавшегося Говарда Листона, и поэтому обращались с ней предельно вежливо.
Тем не менее, как только их ввели в комнату для допросов, чтобы выслушать показания, на груди Дента выступили капельки пота. Он не выпускал руку Беллами из своей, возможно, чтобы внушить большую уверенность в собственных силах не столько ей, сколько самому себе.
Хеймейкер позвонил в полицию сразу же. Он связался с детективом из отдела убийств и сообщил ему о жутком послании, полученном на телефон Беллами. Он узнал в жертве отставного сотрудника полиции Дейла Муди, а также добавил, что фотография пришла с сотового телефона Голла.
– Можно предположить, что телефон похитил парень по имени Рей Стрикленд и что как раз он и отправил данное сообщение. Он уже разыскивается по подозрению в нападении, поэтому у вас должна быть информация на него. Мы все трое сейчас выезжаем и скоро будем у вас.
Когда они прибыли в отделение полиции, их сразу же встретил детектив отдела убийств Нэгл, с которым Хеймейкер разговаривал по телефону, и еще один сотрудник по имени Эббот. Денту они показались близнецами, настолько они были похожи. Одинакового возраста, одинакового роста и телосложения. Даже ветровки на них были одинаковые.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
