В семье Александра II основным носителем православной религиозности была, как ни странно, императрица Мария Александровна. Бедная немецкая принцесса, ставшая цесаревной, а затем и императрицей, всем сердцем восприняла православные каноны. По свидетельству воспитательницы царских детей А. Ф. Тютчевой, «душа великой княгини была из тех, которые принадлежат монастырю»768.
В начале 1850-х гг. внуки Николая I начали последовательно включаться в систему религиозного образования. Для старшего сына цесаревича Александра – великого князя Николая Александровича уроки Закона Божиего начались со 2 ноября 1850 г. Эти уроки вел Бажанов, которого утвердили в должности 20 января 1851 г. с оплатой в 285 рублей в год. Столько же он получал за преподавание всем остальным детям цесаревича. В начале 1851 г., когда великому князю Николаю Александровичу шел восьмой год, Бажанов стал готовить мальчика к первой исповеди и Великому посту769. В 1853 г. Бажанов готовил к первой исповеди уже восьмилетнего великого князя Александра Александровича, будущего Александра III770.
Следует заметить, что кандидатура Бажанова в качестве учителя Закона Божиего при детях Александра II не была бесспорной. Императрица Мария Александровна хотела сама подобрать законоучителя для своего старшего сына, даже пойдя против традиций. Поэтому в начале 1850-х гг. в качестве возможной кандидатуры законоучителя рассматривался духовник Ольги Николаевны, принцессы Вюртембергской, – протоирей И. И. Базаров. Главной причиной такого решения являлось то, что Бажанов был загружен многочисленными должностями и детям мог уделять только малую толику своего внимания. А императрице требовалось все время духовника. Она писала Ольге Николаевне о Базарове: «…мы примем его с распростертыми объятиями. Но если в него запала хоть малейшая доля протестантизма, то мы не поймем друг друга. Я очень дорожу учебною частью (которой, увы, пренебрегает Бажанов). я еще ничего не говорила Бажанову до получения ответа. Полагаю, что он сам поймет, что у него не хватает на это времени. не слишком ли он мягок? Но для детей мне прежде всего нужна сердечность»771. Однако по ряду причин вариант с Базаровым не прошел, и преподавание осталось за Бажановым, которого цари «глубоко уважали как своего многолетнего духовника, не пожелали оскорбить или просто даже огорчить»772.
Но Мария Александровна, не осуществив свою идею в отношении старшего сына, все-таки реализовала ее для младших сыновей. Бажанов был отставлен от преподавания, и в 1859 г. ведение Закона Божиего передали протоирею Ивану Васильевичу Рождественскому, который служил при церкви Мариинского дворца, одновременно преподавая детям великой княгини Марии Николаевны. Он был переведен в Малую церковь Зимнего дворца и причислен к ней сверх штата773. К такому решению Рождественского подтолкнуло охлаждение его отношений с хозяйкой Мариинского дворца – великой княгиней Марией Николаевной. Это было связано с тем, что священник отказался тайно совершать обряд венчания дочери Николая I и графа Строганова. Позже Рождественский стал настоятелем Малой церкви Зимнего дворца, членом Святейшего Синода и духовником императрицы Марии Александровны. С 1866 г. Рождественский был назначен на должность учителя Закона Божиего и духовника великого князя Сергея Александровича, а когда подрос великий князь Павел Александрович, он стал и его духовником774.
Надо сказать, что царские дети искренне полюбили Рождественского. Великий князь Сергей Александрович после наступления совершеннолетия просил мать, императрицу Марию Александровну, подарить Ивану Васильевичу красивый наперсный крест. Императрица сама выбирала камни для креста и заказывала его рисунок. В январе 1876 г. одна из фрейлин императрицы Марии Александровны, по просьбе Сергея Александровича, купила материю на рясу Рождественскому. Видимо, священник сумел установить со своими духовными сыновьями ту тонкую душевную связь, которая и делает религию религией. После исповеди в феврале 1876 г. Сергей Александрович записал в дневнике: «Иван В. так со мною хорошо говорил!»775
Вместе с тем, Рождественский мог быть и строг со своими подопечными. Того же Сергея Александровича духовник мог строго разбранить за то, что тот пропустил всенощную во время масленицы (2 февраля 1877 г.).
Умер И. В. Рождественский в 1882 г. Удар с ним случился через несколько дней после кончины императора Александра II от горя и страшного потрясения, поскольку именно Иван Васильевич Рождественский приобщал святых тайн умирающего императора, когда его привезли во дворец776.
Интересно также и то, что когда в начале 1860-х гг. цесаревичу Николаю Александровичу начали преподавать университетский курс, то в качестве «учебных пособий» использовали такие бесценные сокровища, как подлинники Остромирова Евангелия и летописи Нестора «Повесть временных лет»777. Профессор Московского университета Буслаев вспоминал: «Никогда не забуду, с каким наслаждением читал я ему об Остромировом Евангелие, об Изборнике Святославовом и о великолепных миниатюрах Сийского Евангелия по драгоценным рукописям, которые были доставлены нам для лекций из Петербургской публичной библиотеки, из Московской синодальной и с далекого Севера, из Сийского монастыря»778.
Воспитатели детей императора Александра II оставили дневниковые записи, в которых упоминается о повседневной религиозной жизни царских сыновей. Так, в марте 1862 г. великий князь Владимир Александрович (15 лет) «отвез Василию Борисовичу (Бажанову – И. З.) материю на рясу в подарок от императрицы»779. В апреле 1862 г., накануне пасхальных торжеств, дети рано утром пошли «на половину великого князя наследника на исповедь. Они вернулись назад в 10 минут девятого, что, мне кажется, слишком скоро для исповеди». После этого они отправились «к родителям, чтобы читать с императрицей книги духовного содержания»780. На следующий день мальчики, следуя традиции, красили яйца. И, наконец, в субботу 7 апреля 1862 г. воспитатель «в половине двенадцатого… разбудил великих князей, чтобы идти к заутрене. Разговлялись у государя около половины четвертого. Вернувшись назад, сейчас же легли спать»781. Так для мальчиков прошла Пасха 1862 г.
Пасха, как и везде на Руси, являлась особым праздником. Конечно, были традиционные подарки в виде пасхальных яиц. Если кто-то из семьи отсутствовал в Зимнем дворце, то подарки обязательно отправлялись по месту пребывания. Например, в Вербное воскресение 1865 г. Александр II отправил фельдъегеря в Ниццу к императрице Марии Александровне с пасхальными подарками. Сам же император в Пасхальную ночь 1865 г., как обычно, работал. Сначала с тремя сыновьями и всеми членами дома Романовых он присутствовал на торжественной светлой заутрене в Большой церкви Зимнего дворца. После заутрени он по традиции христосовался с присутствующими знатными особами и представителями гвардейских полков. Разговенный завтрак, как всегда, состоялся в Золотой гостиной Зимнего дворца. По признанию самого царя, он «вернулся в кабинет усталый после христосования с 416 лицами, отчего, по его выражению, у него закружилась голова»782.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
