плечи, а в следующую секунду я уже сижу на чём-то вроде дивана.
– И не надо пищать, ныть и надеяться на помощь, Инна. Никто за тобой не придёт. Воронцов улетел в Москву. Пока он вернётся в Питер, пока поймёт, что тебя нет, и пока допрёт, где ты можешь быть, нас уже в Петербурге не будет. Так что не выводи и веди себя как хорошая девочка.
Голос Рената ножом режет по сердцу и невольно погружает моё сознание в мучительные воспоминания, в болезненный котёл прошлого, события которого навсегда оставили ожоги на моём теле и душе. Мне до сих пор снятся кошмары с этим чудовищем в главной роли, но сейчас самое страшное вовсе не то, что было когда-то, а то, что происходит сейчас.
Ренат прав. Никто не будет меня искать. Во всяком случае, до возвращения Глеба. И, действительно, пока он поймёт, что случилось, будет поздно. Если бы он знал про то, что произошло в моей проклятой жизни до встречи с ним, то, вероятнее всего, сегодняшнего кошмара не было бы вовсе. Глеб бы понял, что мой бывший муж и наш клиент в фирме один и тот же человек, и смог бы защитить меня и наших малышей. Но я ему не рассказала. Слишком поздно решилась довериться ему, и теперь мне нести последствия за это.
Понять только не могу, зачем Ренат приехал и что ему нужно от меня? Ведь всё давно закончилось. Он меня отпустил, мы развелись, тогда...
почему?
Всю дорогу до этого дома он молчал. Невольно оглядываюсь. Ренат завёл меня в подвал. Наверное, решил, что я сбежать могу или добраться до телефона и позвонить. Видимо, этот дом он арендовал на то время, что живёт в Петербурге. Либо он его купил. Как давно бывший муж здесь? Он следил за мной? Снова вопрос – зачем?
Делаю глубокий вдох и поднимаю взгляд на мужчину, которого ненавижу, презираю всем сердцем, и даже не побоюсь мысленно пожелать ему смерти, потому что он её заслуживает.
– Что... что ты хочешь от меня? – стараюсь говорить ровно, но дрожь в голосе выдаёт мой страх.
Ренат усмехается.
– Ты глупая? Разумеется, мне нужна ты.
К горлу подступает тошнота от этого заявления. Сразу вспоминаю, как раньше на светских приёмах Ренат всем мило улыбался и говорил "мне нужна только моя любимая жена". А после мы возвращались домой, и там он...
Не хочу об этом думать. Ради детей я не должна впадать в панику и истерику. Это может им навредить.
– Зачем? Зачем я тебе? Столько времени прошло после развода. Я думала, ты отпустил меня.
Ренат цокает и качает головой.
– Что у тебя в башке, Инна, скажи-ка мне? Неужели ты действительно считала, что когда-нибудь станешь свободной женщиной, получишь право самой принимать решения, выбирать мужчин? Опилки вместо мозгов или как, я не понимаю? – он суёт руки в карманы брюк. – Тебя мне продали. Твой отец продал, девочка моя. За спасение его сраного бизнеса, который этот долба**б записал тебе в наследство, чем ты и воспользовалась, чтобы получить у меня развод. Понравилось тебе ощущение власти?
Я не отвечаю. Просто смотрю в его жестокие глаза и мечтаю, чтобы каким-то образом, каким угодно, Глеб узнал, где я, и спас меня от этого выродка...
– Знааааю. Понравилось. Вот только, Инна, есть маленькая проблема. У тебя никогда не было власти. Никакой. Это всё было иллюзией, в которую я позволил тебе поверить, – мужчина глубоко вздыхает и усмехается, скользнув презрительным взглядом по моему животу. – Никакого развода не было. Фикция. Ты до сих пор моя жена. Как и всё, что в тебе – моё.
Меня передёргивает. Тяжело сглотнув вязкую слюну и горечь, застрявшую в горле, я отрицательно качаю головой, отказываясь верить в ту чушь, что городит Ренат. Мы не можем быть по-прежнему женаты. Это всё какой-то бред...
– Ты врёшь. Я подписала документы о разводе...
– "Я подписала документы о разводе... Утютю". Ты и в правду идиотка. Ещё раз повторяю – развода не было. Я всё подстроил. Ты моя жена. А я твой муж. Такова истина.
– Но... что за ерунда? Зачем всё это? Почему? Для чего?
Ренат устало прикрывает глаза и пожимает плечами.
– Хотел с тобой поиграть. Небольшое развлечение. Плюс я решал проблемы с документацией. Как раз всё сложилось, как надо. Кролик думал, что он победил, и удав его отпустил и больше не найдёт. Кролик ошибся. Правда, знаешь, кролик, я как-то не ожидал от тебя вот этого, – он кивает головой на мой живот. – Как и того, что ты найдёшь себе мужика. Что ж... это было интересно. Но ещё интереснее будет наблюдать за потугами Воронцова вернуть тебя. Развлечение на ура. Хотя... ты же делала инсеминацию, Инна, верно? Я тут пошерстил по каналам и много интересного выяснил. Как думаешь, будешь ли ты нужна Воронцову, если он узнает, что ты потеряла детей?
Я инстинктивно кладу руки на живот, будто защищая своих малышей от этого чудовища. Паника бьёт по вискам. Моё неровное тяжёлое дыхание виснет в воздухе между мной и Ренатом.
– Ты не уверена, да, Инна? Не уверена, что ему нужна именно ты, а не дети?
Я сглатываю, прикусив губу и сморгнув проклятые слёзы, готовые пролиться из глаз.
– И, ты знаешь, скорее всего, Воронцов не захочет бодаться со мной, если в твоём пузе не окажется его детей. Нахрена ему такие проблемы из-за какой-то бабы? Так, как мне, Инна, ты никому не будешь нужна. Ты моя жена. Поэтому мы возвращаемся домой. В Москву. Там мы быстро вытащим из тебя всё лишнее и сообщим прискорбную новость Воронцову. Сейчас за деньги можно и искусственные роды вызвать. Этим и займёмся. А ты, как миленькая, будешь выполнять все мои поручения. Спокойно сядешь в машину, спокойно и молча будешь ехать, спокойно сообщишь Воронцову, когда я скажу, что нахрен он тебе не нужен, и никогда не был нужен, что от детей ты избавилась, пусть ищет другой инкубатор.
– Нет... – со стороны слышу хриплый голос.
Не сразу понимаю, что это я говорю. От страха перед глазами плывёт пространство и как будто искажается.
– Что ты там вякаешь?
– Нет! – говорю громче, после чего вскакиваю на ноги и хватаю Рената за руки. – Ты не посмеешь! Я тебе не позволю! Ты не тронешь моих детей!
Удар.
