Читаем без скачивания Век эмпирей - Тони Гонзалес

Молодой себиестор бросил еще один взгляд на Эклиптикум. «Мы вернемся когда-нибудь в эти миры, — подумал он. — Но пока это — хорошее начало».

67

Гордость Сарум

+00:23:55

Регион Домен, созвездие Маддам

Система Сарум Прайм, планета III: Мекхиос

Город Зира

Когда раздался церковный набат, задолго до того, как корабли Старших вторглись в Регион Домен, народ Зиры приготовился к худшему.

Ведомые боговдохновенными приказами дворецкого Дома Помика Хароми, планетарные силы обороны находились, впервые за десятилетия, в полной боевой готовности.

Горожане, под руководством паладинов, укрепляли дома и запасались оружием и провиантом; улицы, тротуары и транзитные платформы были полностью блокированы; танки, артиллерийское оружие, боевые МТАКи, противовоздушные зенитные установки были извлечены из арсеналов и переданы поспешно призванным резервистам. Эти люди любили войну; их преданность Богу и своей легендарной королеве сделала их почти неукротимыми и сердцем, и духом. Нигде больше в Империи население не действовало с такой храбростью и убежденностью; нигде неуместность гофмейстера Карсота не была более очевидной, чем здесь.

На девятнадцатой минуте с начала вторжения Старших Помик связался непосредственно с гранд-адмиралом Сандарой. Тот повторил то, что дворецкий Дома уже знал из предупреждения Сарум: спрятать язычников от небес. Рабов как можно скорее надо загнать в подвалы и запечатанные снаружи укрепленные здания. «Используйте любые необходимые средства, — сообщил дворецкий Дома. — Уберите их с улиц, уберите их с открытого пространства, наденьте на них противогазы, — объявил он. — Если это невозможно, казните их. Вы очень скоро поймете, почему».

Не раньше, чем жители Зиры подчинились, над городом появились рассеивающие инсорум дроны. Паладины немедленно поднялись в воздух, чтобы открыть по ним лазерный огонь. Но Помик приказал им остановиться.

— Не стреляйте в них! — молил он. — Позвольте им взрываться… позвольте неверным заполнить небо инсорумом. Позвольте заполнить им наши легкие! Позвольте им думать, что наши рабы свободны!

Гранд-адмирал Сандара уже подошел на полной скорости, когда они прибыли.

Тысяча минматарских кораблей, ведомые проклятым флагманом — «Рагнареком», — вынырнули из подпространства над Мекхиосом, не более чем в пятидесяти километрах от кораблей Праведных.

В точности там, где он хотел их видеть, и где — как подсказывали ему инстинкты, они появятся.

Возглавляя флот на титане класса «Аватар» — колоссальном военном корабле, равным по мощи «Рагнареку» во всем — и в размерах, и в огневой силе, он мог ощутить смятение во вражеском стане.

«Мы, как предполагалось, не имели такой огневой мощи, готовой к бою. Мы, как предполагалось, не подготовлены к их нападению».

Рассматривая сомкнутый строй противника, он думал о войнах древности; о днях, когда бойцы, одетые в кольчуги и доспехи, сходились лицом к лицу на травянистых полях; когда целые армии отважно стояли на той самой земле, на которую предстояло пасть побежденным, на которую мужчины собирались падать; о храбрости, которую воины находили в товарищах, стоявших с ними плечом к плечу. С первобытным ревом они кидались на врага, сшибались с ним и мечами и дубинками воплощали ад.

Здесь, в пустоте, они сделают то же самое.

«Я хочу смотреть в глаза людей, которых убью сегодня», — думал он.

Безграничное негодование охватило его сердце, когда он смотрел, как вырастают корабли таккеров и Республики.

«Вы посмели показаться в этих мирах? Вы смеете загрязнять святую землю? Тогда Богом клянусь, я пролью вашу кровь!»

Не имело значения, жива ли Джамиль Сарум и присоединится ли она к сражению немедленно. Не имело значения, что в Империи проходили испытание не только вооруженные силы, но и самая вера, которая сохраняла их цивилизацию для тысячелетий. Гранд-адмирал Сандара был здесь, чтоб отдать свою жизнь, независимо от долга или пророчества.

Он наблюдал, как враг запустил своих дронов и направил боеголовки с инсорумом к возлюбленной планете адмирала, заполняя атмосферу клубами грязи. Однако его флот, развив еще большую скорость, все еще воздерживался от того, чтобы открыть огонь по озадаченному противнику.

Они начнут стрелять, только когда минматары закончат бомбардировку инсорумом, и ни мгновением раньше.

«Это тянется слишком долго, — думал пехотинец-таккер. — Слишком долго».

Запертый в капсуле ракеты, приготовленной к прыжку, он изучал данные, бегущие по дисплею его ТАГНЕТа. После нулевой отметки прошло больше шести минут, а это значит, что элемент внезапности утерян. Неспособный видеть что-либо, кроме оперативных данных, он был изолирован от внешнего мира с момента, как погрузился на скоростной челнок. Как часть воздушных сил, эти транспортники «быстрого реагирования» несли на борту до пятидесяти солдат, сгруппированных по десять человек в пяти отделениях в виде сот, расположенных под крыльями челнока. Отделения были загружены ракетными капсулами, которые должны были быстро доставить солдат на землю, минимизируя время, проведенное в воздухе, и таким образом делая их менее уязвимыми для открытого огня.

Сигнал запуска мигнул перед взором солдата; начиналась наземная битва.

Он чувствовал, как челнок покинул ангар дредноута, его приподняло, когда исчезла гравитация, а затем снова вдавило в сиденье, когда транспортник набирал скорость. Счетчик отмерил секунды, прежде чем он достиг поверхности; его миссия разворачивалась динамически, словно компенсируя отсрочку запуска. Инсорум накрыл город Зира, но предварительные данные разведки не показывали ни следа паники и замешательства, которые подобная тактика вызывала в других амаррских мирах.

Фактически на улицах не было вообще никого — ни граждан, ни рабов. Это вызывало тревогу.

В то время как транспортники были в пути, оборонительные сооружения, окружавшие город, были обстреляны с орбиты осадными орудиями флота. Миссия его подразделения состояла в том, чтобы захватить несколько больших зданий Дворца Сарум, окружающих космический порт; помимо того, что там было сконцентрировано большое количество рабов, они должны послужить опорными пунктами, куда рабы из других частей города будут доставлены для эвакуации.

Когда корабль вошел в атмосферу Мекхиоса, солдат подумал о своем брате, который получил назначение в дивизион бронированных МТАКов, направленный на Кор-Азор. Перед тем, как расстаться в Святилище, они обнялись, заверив друг друга, что если им суждено пасть, они сделают это, зная, что другие будут жить, вкусив свободу, которую они оплатили своими жизнями.

Он не получал известий от брата с тех пор, как началось вторжение.

И этот мир, куда он высаживался, был воплощенной сущностью причины, по которой сегодня предстояло погибнуть многим минматарам. Ибо нигде больше в Империи с рабами не обращались столь жестоко. Решение атаковать, независимо от того, что город был явно готов к нападению, определялось этим фактом. И теперь не было пути назад, ибо тем рабам лучше умереть, чем жить под таким гнетом — или со знанием, что их братья и сестры могли помочь им, но не сделали этого.

Резкий, мощный толчок поколебал корабль; вибрация чувствовалась через обшивку корпуса и защитную структуру. Он был полностью облачен в броню, видео из внешнего мира передавалось онлайн, поскольку шлем и маска были соединены с камерами, передававшими образы непосредственно на его сетчатку. Снаружи разворачивалась адская картина: со стороны города взметались фонтаны противовоздушного огня, и кратеры отмечали места, где другие корабли встретили свою судьбу.

От второго удара из глаз посыпались искры; он чувствовал, что корабль стал резко крениться набок, сработали предупредительные сигналы. Дым затянул внешний обзор; корабль был подбит и потерял управление.

Отделения-соты вырывались наружу, предоставив свое содержимое его судьбе; четыре из пяти немедленно были поражены прицельным огнем с земли и взорвались. Чтобы спастись, солдат запустил двигатели своей ракетной капсулы; он вжался в крепления безопасности, пока маленькое суденышко уносилось прочь от опасности. Капсула, специально запрограммированная для подобных ситуаций, автоматически нашла путь между двумя невысокими строениями, контролируя спуск поворотными двигателями и установками магнитной гравитации. При ударе о землю крепления отделились, когда капсула развалилась на сегменты. Схватив оружие, солдат стал искать цель.

Он был один. Земля колебалась под ногами, и ярко сияло рассветное небо; рядом сдетонировал мощный взрыв, возможно, вызванный крушением его собственного корабля. Воздух был насыщен инсорумом; его сладкий запах смешивался с едким привкусом дыма.