Карриона – самая развитая страна мира. Эльфы делают лучшее стрелковое оружие, Стат торгует со всем миром, мечи и мечники Норда не знают себе равных.
Карриона же сделала ставку на Свет.
И «псов», зомби, искусственных гениев Ненависти, создают только в империи.
Мы надеялись, что это какая-то ошибка.
Когда началась война, мы ждали положенных связных, но не дождались. Следили за войском империи и очень скоро убедились, что полководец его не читал наших докладов.
Я вспомнил один эпизод своего детства. Купался один и попался в старую брошенную сеть. Я долго держался над поверхностью воды, отчаянно звал на помощь. Меня услышали, но пока бежать от деревни, пока искать – от паники я даже не мог задать направление, – я бы утонул…
И сейчас у меня такое же ощущение – что я запутался в сети и тянет, тянет, тянет страшная глубина. Но не приплывет беловолосая русалка, услышавшая отчаяние человеческого ребенка, не вытащит на берег…
Только Бета, делившая со мной постель, знала мои думы. Исис и Грик понимали, что что-то не в порядке, но не задавали вопросов.
Во время обычной ходки в стан врага что-то пошло не так. Грик попал в плен к воличам, Исис сбежал и угодил в руки имперского разъезда. Его приняли за своего, и Исис без особого труда утек из лагеря, принес интересные известия.
Командующим войска был стратиг Стагор Матис…
И я сделал свой выбор.
– Алеф обещал вернуться к полуночи, – сказал Ирек, он проводил пластуна и вернулся. – Вы верите ему?
– Мне приходится верить. – Стратиг задумчиво тронул рукоять меча. – Мы заблудились. Империя заблудилась, она уже не та, что прежде. Интриги, склоки. Нам придется научиться доверять Пестрым…
– Грязнули. – Патэ поморщился, это прозвище пластунов ему не нравилось, напоминая о том, что в Кайве и в Центральных Регионах патэ называли «чистюлями». – Пестрые говорят двумя языками, и у них всегда есть нож за пазухой…
– Иногда даже с ядом. – Стратиг усмехнулся. – Я тоже учился в Академии и помню пословицы о Пестрых не хуже вас.
Но сейчас у них нет выбора. У нас, впрочем, тоже. Алеф не может доверять никому, кроме нас, а мы нуждаемся в точных сведениях о наших…
Он не смог произнести слово «враги», зная, что где-то там в лагере ходит его женщина.
Грик воскрес к вечеру следующего дня. Он долго лежал, восстанавливая контроль над телом, по крупицам припоминая события… свой прорыв, бегство Исиса… невысокий волич, который дрался так умело, словно учился у лучших мастеров Пестрых… страшный, ломающий волю голос…
Но почему он жив?
Есть только один ответ. Мыследеи воличей сломали заморочку…
Он напрягся, сосредоточив Свет, чтобы кровь быстрее побежала по жилам. Ощущение тела вернулось – раны, ушибы дружно стали жаловаться.
Он принюхался, пахло деревом, землей и страхом – сдержанным, загнанным вглубь, но все равно страхом. В запахе он увидел троих мужчин.
Он сообразил, что находится в застенке, пошевелился, убеждаясь в том, что тело ему повинуется.
– Вставай, – сказал кто-то. В сиплом шепоте был Свет, и Грик почувствовал, что ожил окончательно.
Открыл глаза, увидел перед собой черный потолок, щели проконопачены мхом… Почему-то вспомнилась родная деревня.
Он приподнялся, опираясь на локти, приказал телу быстрее приходить в себя.
– Зря это, – хмуро сказал русобородый мужик. – Не добьесси ничего…
Не отвечая, Грик быстро оглянулся и убедился, что выбраться будет непросто. Дом старый, добротный, к тому же по запаху ясно, что не дом это вовсе, а землянка, так что стены пробовать на прочность бесполезно.
Хотя силы на то, чтобы выбить из стены бревно, в нем не хватало и в лучшие времена…
Люди, такие же узники, как он, молча, без особого любопытства рассматривали его.
– Пластун, – сказал один, светловолосый парень в рваной одежде и с рукой на перевязи. Не спрашивая, констатируя факт.
Грик кивнул.
– Исис? – предположил русобородый.
– Грик. – Зачем он ответил?
Третий, какой-то перекошенный набок, сиплым голосом сказал:
– Расскажи, чего там…
Грик покачал головой и выразительно повел глазами по сторонам. Русобородый кивнул, перекошенный отвернулся. С некоторой оторопью Грик увидел, что облачен он в одежды сампо.
– Мы из прознатчиков. Он сидит вторую неделю, меня третьего дня поймали, – сообщил светловолосый, кивая на себя и русобородого. Сампо сказал, что его поймали еще раньше, и он сидит почти две недели.
– Спрашивали?
– Ломали, – неохотно сказал сампо. – Даже не вспомнить потом, что сказал, только голова трещит…
– И… – Грик запнулся, но перекошенный понял его отлично: – Заморочки снимают одним словом. Могучие ребята.
Пластун почувствовал холодок страха. Чтобы подавить недостойное Пестрого чувство, он встал с низкого лежака и прошелся по тесной землянке, пытаясь заглянуть сквозь стену.
Сампо едва слышно усмехнулся за спиной.
– Что, уже пробовали? – спросил пластун, подавив вспышку раздражения.
– Слепая земля, – ответил сампо. – Лучше и не суйся.
Этот покровительственный тон вывел Грика из себя. Он потянулся мыслью за бревенчатые стены… в висках тяжело заломило, во рту появился вкус крови… он успел разглядеть смазанные ауры людей и снова оказался в своем теле. Лежащем на спине.
Вполголоса ругаясь, он поднялся, ощупал наливающуюся шишку на затылке.
– Далеко прошел? – не без интереса спросил сампо.
– Людей видел, – ответил он, касаясь повязки на лбу. Пора бы уж сменить…
– Помочь?
Грик позволил ему размотать повязку.
– Неужели громобой? – спросил сампо, присвистнув.
– Да…
– Тебе повезло, что жив остался. С большого расстояния?
– Не знаю.
Сампо осторожными касаниями Света исследовал рану.
– Хорошо заживает… Тебя эти лечили?
– Да.
Сампо невесело засмеялся:
– Не обольщайся. Они хорошо относятся к пленникам, но это не помешает им снять с нас скальпы…
– Что значит снять скальпы? – спросил русобородый.
– Это так… Варварский обычай.
Светловолосый открыл рот спросить, но потом, похоже, решил, что лучше не знать.
– Меня зовут Виттор, – сказал сампо.
– Рискованно. Но может сработать.
Переговариваясь, риваны и войи рассаживались по своим местам. Проди говорил первым. Несколькими словами он описал ночное нападение беричей и предложил план, который уже был всем известен.
– Отлично, – высказал общее мнение Норик. – Аурус, я всегда говорил, что ты старая хитрая сволочь, но на сей раз ты превзошел самого себя.
Проди постарался не ухмыльнуться слишком уж широко. Остальным незачем знать, что вовсе не он автор задумки, и почетный титул СХС принадлежит только вышедшему из возраста юношества мужчине…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
