Бляха муха, я забыл купить презики!
Не заметил, как уснул. Меня не самым вежливым образом растолкали уже днем. Через час будем в Вельске, а я еще не позавтракал. Хотя время уже скорее обеденное. Не выспался, потому смурной и недовольный жизнью сначала почапал к туалету. Освежившись, и уже в более бодром настроении заметил, что на столике меня уже дожидался горячий чай, печенюшки, открытая банка консервов и очищенное яйцо. Вот это сервис! Понемногу ожил и разговорился. Таня Рогозина, худющая и больше похожая на подростка, девушка усердно ухаживала за мной. Светлана, поглядывая из-за угла, ехидно спросила:
— И долго ты барагозил у спортсменов?
Я поманил девушку к себе поближе.
— Запах есть?
— Нет, — обескураженно ответила та. — И что тогда делали?
— Дела наши грешные обсуждали. Мы же там одни будем, и скорее всего в какой-то деревне. Так что, девчата, привыкаем к самостоятельности.
Народ разом поскучнел и занялся своими делами. Не у всех ведь были бабушки в деревнях, далеко не все умели растопить печь и приготовить себе ужин. Так что многим предстоит первое серьезное испытание в жизни. Парни этот процесс прошли ранее и в намного более жестоких условиях. В армии с нами не церемонились. И не потому, что не любили. В принципе большей части офицеров было на нас наплевать. Но если завтра случится непоправимое, то мы хотя бы будем готовы к любым испытаниям.
Как говорится, нас ипут, а мы крепчаем!
Перед тем как выйти из вагона, я еще раз проверил все купе. Ничто вроде не забыто и не оставлено. Гуд. Поравнявшись с Павлом Легостаевым, даем себе приказ на выгрузку. Бывший морпех спрыгнул на перрон с грацией медведя. Медведь и есть, огромный и лохматый. Чувствовалась в нем некая первобытная сила, не зря в морской пехоте сержантом службу закончил. Вон как некоторые девушки на него заглядываются. Странно, в современном мире уже давно не так важна физическая сила, как мозги. Представители последних чаще всего и зарабатывают больше, и устраиваются в жизни лучше.
Но глядишь ты, «убийцы мамонтов» все равно притягивают внимание противоположного пола. Вторыми по рейтингу привлекательности, как ни странно, идут нахалы и мерзавцы. Понятно, что такие ушлые людишки смогут устроиться в любом бедламе и обеспечить необходимым свою самку. Но могут её и бросить ни за грош. Честно говоря, меня всегда удивляла страсть женского пола к откровенным мерзавцам. Столько разбитых судеб через это дело насмотрелся! И сам, бывало, при первом знакомстве включал «режим негодяя». И обязательно проводил ночь не один. Вот таков вот неожиданный поворот сюжета.
«Зачем вы девушки красивых любите…»
Нас уже встречали. Около вокзала выстроилась цепочка из пригородных автобусов «ЛАЗ». Не со всех даже таблички с маршрутами сняты. Старших групп тут же пригласили к автобусам и разъяснили обстановку. Представитель совхоза объявил, что сначала все вместе едем в центральную усадьбу, где нас накормят обедом. В дальнейшем столоваться всегда будем только там. После обеда расселят по ближайшему кусту деревень. В центре останутся лишь ребята со спортфака, для них приготовлено места в школе. Мы с Павлом переглянулись и хмыкнули. К моему удивлению, старшей группы филологов оказалась та самая девушка в очках, что сидела рядом со мной на собрании. Она окинула меня презрительным взором и удалилась к своим. Опа, а фигура у нее ничего! Аппетитные ляжечки и круглая попа были туго обтянуты джинсами. Паша перехватил мой взгляд и озорно стукнул по спине.
— Тебе своего факультета мало?
— Вот на своем как раз шашни лучше не заводить.
Здоровяк хмыкнул в ответ и выдал:
— Ты не только сильный, но еще и мудрый Каа.
Мы засмеялись и побежали к своим. Еще требовалось организовать посадку. Народ нервничал и следить за ним следовало в оба глаза.
Глава 7
Эх картошка, картошка…
Заселили нашу команду и филологов в один из тех старинных домов Русского Севера, что строили на большую семью и на века. Двухэтажный шестистенок был скорее всего постройки столетия девятнадцатого. Затем его использовали в колхозе в качестве школы, места в комнатах было предостаточно. Хватило его и нам. Отправив всю женскую половину, что составило на самом деле девяносто процентов коллектива на вместительный второй этаж, мы с пацанами начали устраиваться на первом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Я первым делом дал всему личному составу наказ заправлять матрацы и правильно расставить кровати, чтобы не мешать друг другу. Затем двинулся инспектировать помещения хозбыта, в том числе и санитарной гигиены. Рукомойники располагались по-северному сурово прямо на улице. Естественно, никаких душей и горячей воды из комфортабельного будущего предусмотрено не было. Обещали мыть нас в совхозной общей бане. В наличии имелись несколько эмалированных тазиков для постирушек и мытья головы, плюс для подогрева воды на первом этаже стояла плита.
Пристроенный к зданию общий туалет с несколькими «кабинками» милостиво оставили девчонкам. Парням же в углу двора выделили обычный сортир с дверцей, в которой зачем-то был выпилен вырез в виде сердечка. Но санитарное строение выглядело крепким и чистым. Даже в боковом ящичке нужника оказалась заботливо помещена стопка резаной бумаги. Мдя, придется вспомнить лихую молодость с её суровыми бытовыми нравами. А ведь у меня не осталось по этому поводу никаких неприятных воспоминаний. Мы были проще или умели легче переносить трудности?
Ничего, и это переживем!
В доме уже было тепло. Видимо, столкнувшись ранее с горожанами, местное начальство назначило нам настоящего истопника, крепкого дедка с длинной седой бородой и в черной фуфайке. Именно такими у нас любят расписывать деревенских стариков. Хотя в этом времени как раз бороду мало кто носит. Не в почете она в те годы, когда эти люди были молодыми. А привычки они ведь с нами надолго обычно остаются.
Жил дед по соседству, и завидев наш приезд, подошел познакомиться. Я тут же угостил старика припасенными с города сигаретами без фильтра. Это уже пригодился мой опыт из будущего. Как проще всего навести контакт с работягами? Ты угости их сигаретами, спроси, как живут, поинтересуйся местными особенностями бытия. И люди к тебе сами потянутся. Ничего нет приятней, чем проявленное искренне уважение. Я таким образом и с откровенными урками расходился. Понятия — они везде понятия. А в девяностые ты или учишься разговаривать с людьми из разных социальных слоев, или…
Через десять минут я уже знал почти все расклады здешнего куста деревушек. Где располагается наилучший магазин, когда сюда приезжает автолавка. И что спиртное во время уборки урожая категорически не продают, и к кому можно обратиться за магарычом, или заказать его в райцентре. Николаич, так представился старик, со своей стороны выказал просьбу о починке сарая. Я, не откладывая дела в долгий ящик, переглянулся с подтянувшимся ко мне Андреем, натянул рабочую одежу и пошел к соседу. Отношения, кроме досужей болтовни потребно закреплять делом.
Вернулись мы в общагу под легким хмельком, дед жмотом не был и налил нам «по чарочке». Чарки же у него оказались в виде обычных граненых стаканов. Возле дома нас уже поджидали, под парами, два грузовика. В крытом кузове были размещены скамейки для перевозки людей, обычный сельских пассажирский транспорт. Нас везли на ужин в ту же столовую, где мы обедали. Императивное в семидесятые годы укрупнение хозяйств докатилось и до этих залесных территорий. Окрестный куст старинных деревенек в итоге оказался позаброшен, понемногу хирел, молодежь перебиралась в город или центральную усадьбу.
Я с интересом рассматривал кирпичные здания школы, клуба и администрации центра совхоза. Затем мы проехали по асфальтированной улице, вдоль которой выстроился ряд новеньких кирпичных коттеджей. Однако! Каждый дом был рассчитан на две семьи, входы располагались с разных сторон, и вокруг здания вдобавок небольшой приусадебный участок. Ну понятно почему на улицах столько молодежи! Здесь жить точно веселее.
