— Сказали, на учебный…
— Ну, значит не убьет.
— Брат! Судьей будешь? — крикнул снизу Клинок.
— Буду. — сказал Рассветник и спустился на двор. — Готовы оба?
Противники стояли друг напротив друга, снаряженные для учебного боя. Хвост взял было в левую руку щит Пилы, но увидев, что у Клинка одна лишь дубинка, отложил щит прочь.
Из дверей хоромины вышел Коршун, потирая заспанное лицо. Отроки на княжеском крыльце лениво поглядывали на поединщиков. К ним присоединились еще двое бояр. Кое-где из окон показались заспанные лица служанок.
— Начали! — сказал Расветник.
Хвостворту бросился вперед, и ударил, сразу метя в голову, но Клинок мелькнул тенью в сторону, и дубинка просвистела в пустом воздухе. В тот же миг Хвоста так хватило чем-то по спине, что он рухнул плашмя, и подмел пол-двора бородой.
— Стоять! — услышал он голос Рассветника — Цел, парень?
— Чего… чего это… — бормотал Хвост, отплевываясь от пыли.
Он встал, и подобрал с земли оброненную палку.
— Еще, или хватит? — спросил Рассветник.
Клинок стоял в двух обхватах от Хвостворту, опустив колотушку.
— Конечно еще! — крикнул Хвост — Я просто еще не собрался толком! Давай. Давай заново!
Клинок молча кивнул.
— Начали! — сказал Рассветник.
Хвост двинулся навстречу противнику уже осторожнее. Взмахнув дрыном, и снова промазав, он отступил было назад, но Клинок одним скачком метнулся ему вдогонку, ткнул дубинкой под ребра, и отскочил так же мгновенно.
Хвост поднял было руку, ударить в ответ, но тут боль — тупая, тягучая как комок глины, возникла в подреберье и мигом разлилась по всему брюху, сдавила грудь и подкатила к горлу.
— Стоять!
От боли Хвостворту согнулся и опустился на колено, хотел закричать, но из его рта вырвалось лишь вялый шипящий кашель…
— Целый? — спросил Рассветник.
Хвостворту глухо откашливался.
— Будешь продолжать?
— Да! — едва выдавил из себя Хвост. Он с трудом разогнулся, Встал с колена, и поднял свою палицу.
— Начали! — крикнул Рассветник.
Дубинка Клинка опустилась Хвосту на правое плечо — он успел лишь немного отвести в сторону голову, и чуть-чуть — не выше груди, поднять свое оружие, чтобы защититься, но поздно… С криком Хвост схватился за ушибленное место, правая рука свалилась вниз, и повисла в отнявшемся намертво плече, точно тряпочная. Обмотанная овчиной палка стукнулась об землю.
— Стоять! — приказал Рассветник
Клинок отступил назад, и опустил оружие.
— Да что за… — крикнул в ярости Хвост, левой рукой подхватил дубинку с земли и неловко зашвырнул ею в Клинка!
— Хвост, стой! — едва успел крикнуть Пила.
Клинок молниеносно вздернул руку с палицей вверх, и даже не отбил летящую в него дубинку — просто отвел ее в сторону, как люди рукой отводят в сторону занавеску, открывая окно.
Пила не знал закона поединков, но от одной мины, с которой Клинок двинулся на его брата, пильщик насмерть перепугался. А Хвостворту, три года служивший в боярской дружине, закон поединков знал, и опомнившись, он сообразил, какую нешуточную дурость выкинул сгоряча… Страх, как ветер, мигом выдул из его головы досаду, недоумение и злость.
— Постой, постой, добрый че… — пятясь на полукарачках, и одновременно пытаясь подняться, он запнулся, завалился назад, попытался было опереться на отнявшуюся руку, и свалился навзничь.
— Стой, Клинок! Стой! — кричал Пила. Рассветник с Коршуном не успели удержать его. Парень встал между Клинком и своим братом, скрюченным в пыли заднего двора.
— Подожди, Клинок!
Клинок, почти не сбавив шага, дернул одной рукой Пилу за ворот, и дубравец отлетел с его дороги как соломенный. Встав над перепуганным Хвостом, витязь надавил дубинкой на горло незадачливого противника.
Кадык Хвоста сдавило между дубинкой и шейными позвонками словно в тисках. Ни глотка воздуха не могло проникнуть в грудь. Ноги и руки были свободны, но двинуться, схватить и попробовать отбросить дубинку, или ударить Клинка, парень смертельно боялся: он чувствовал, и не мог усомниться ни на мгновение, что одно лишнее движение, и горло превратилось бы в смятку, как яблоко под тележным колесом. Пила, приподнявшись на четвереньки, тоже замер в ужасе. Вспомнился и возник перед его мысленным взором, так ясно, словно вот сейчас был здесь, мертвый Краюха, тусклая свечка над его телом в маленькой каморке, пустой стеклянный взор… «Остались я и Хвост. Если его убьют — что делать тогда!» — промелькнула в голове та давнишняя мысль, с которой он навечно закрыл младшему брату очи…
Не ослабляя натиска, но и не надавливая сильнее, Клинок чуть пригнулся над Хвостом, и негромко сказал:
— Так нельзя.
Хвост готов был поклясться боярской честью, памятью отца с матерью, Землей и Небом, Страной-где-облака-рождаются-под-землей, всеми ее царицами, и своей собственной шкурой в придачу, что никогда больше в жизни не нарушит правил учебного боя, но не мог ни слова сказать, ни кивнуть головой — только пялил на Клинка ошалелые от страха глаза.
Клинок отвел руку с палицей назад, и Хвостворту, зайдясь кашлем, перевернулся на бок. Слезы ручьями лились по алому лицу.
Подбежав к Хвосту, Пила склонился над ним на коленях.
— Что ж ты, а! Я ж говорил тебе, осторожнее!
— Катись… Катись к волкам! — огрызнулся Хвост сквозь кашель и хрип.
— Вот, ты как заговорил! — вскрикнул Пила — Когда я тебя предупреждал, ты только скалишься, а теперь катиться посылаешь! Что?! Кто из нас теперь тютя!
— Уйди, по-хорошему прошу… — пробубнил Хвостворту.
— Ладно, не свирепей только! — сказал Пила, помогая брату подняться — Будет тебе наука!
— Слушай, брат! — сказал Хвостворту вполголоса — Он ведь меня сейчас мог убить запросто.
— Так а я тебе что говорю — он страшно сильный воин!
— Да не про то я! — сказал Хвост — Он меня по закону мог убить.
— Как это? — спросил Пила.
— Вот так это… кто нарушает закон поединка, тот сам вне закона. Его противник может убить на месте.
— Вот же ты дурак! — изумился Пила — Да куда тебя, скажи, леший дернул дубинками кидаться, если ты все это знаешь!
— Да бес с ним!
Клинок тем временем снял с себя стеганку и подшлемник, и вернул отрокам. Он стоял у княжеского крыльца и отматывал от палицы веревку и овечью шерсть.
— Слушай, Клинок… — сказал Пила, подойдя к нему — Благодарю, что брата не убил… Ты же мог…
— Не благодари. Убил бы, если бы не война. На, держи! — Клинок подал пораженному Пиле дубинку в руки — Отбивай удары, сколько надо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
