Читаем без скачивания Последний паладин - Александр Горобец

— Ты чё орёшь, — цыкнул на него Кирилл, — Парней разбудишь! Дуй вниз, за куревом. Одна нога здесь, другая у меня, живо!

— ЕСТЬ! — Тёма радостно метнулся в бомбоубежище.

Глава 13

Но, не разбудить парней у Тёмы не получилось, и через пятнадцать минут личный состав был уже на ногах. Сон у всех, как рукой сняло. И хотя Китяж скомандовал «Отбой», а Архангелу был объявлен наряд вне очереди, за то, что он всех разбудил, Дон с Никотином улеглись на свои топчаны, но глаз больше не сомкнули.

— Ладно, вояки, — Тяжин понял, что спать уже ни кто не собирается, — Подъём, — парни тут-же вскочили и встали вокруг Китяжа с довольными мордами, — Спать будете потом. Хоть люди и говорят, что на том свете отоспимся, не верьте. Тёма, наверх. Дон, обеспечить кухню. Никотин со мной, — он указал в сторону «лазарета» и взяв со стеллажа блок сигарет достал из него пачку и пошёл на беседу со снайпером.

— Давай-ка, дружище, — сказал он, присаживаясь на койку и прикуривая сигарету, — рассказывай.

— С чего начать? — Никотин сел напротив и тоже закурил.

— А что, на твой взгляд, самое главное?

— Тихий и Кора вышли в эфир. Тебя спрашивали. Это новость номер один.

— Во как! — Тяжин аж подпрыгнул от неожиданности, — А вы?

— Ответили, — пожал плечами снайпер, — заказ на снарягу сделали.

— Эвакуацию они вам предлагали? — Китяж пытался просчитать следующий шаг своих учителей. То, что полковник, как обычно, в самый неподходящий момент, замаячил на горизонте, даже не замаячил, а показался в полный рост, Кирилла не обрадовало. Значит, будет «тема». А если полковник, в этой кутерьме, ещё и умудрился его отыскать — «тема» будет не простая. А это подразумевает под собой, дополнительные и очень весомые преференции.

— Только гражданским, — сухо ответил Никотин.

— А что за снарягу он подбросил?

— Снаряга бодрая, — с не скрываемым одобрением, кивнул снайпер, — Ваша снаряга.

— В смысле — «ваша»?

— Спецовая… ГРУшная… — пояснил Никотин, — Ботинки хитрые. Одёжка — сам видишь. Ножи стреляющие… Много «инженерии» и прочей лабуды. Боеприпаса нормально… И стволы. Стечкины с прикладами и ВАЛы. Всего — четыре комплекта. Такое впечатление, что на войну нас собирает…

Такой поворот событий, Кирилла не обрадовал. Он понимал, что для Терешкова достать любое снаряжение — не проблема. Вот только, просто так, он его не даст. За каждый патрончик спросит. За каждую растяжку. И спросит не мало. По взрослому.

— Именно на войну и собирает, — подумав, кивнул Китяж, — Ладно… раз уж выпросили у него шмот царский, то отработаем. Всё. Ложись, отдыхай. Как проснёшься — проведёшь Дону и Тёме курс Физ. По.

— Всё шуточки шутите, Кирилл Александрович, — усмехнулся Никотин, — На мне анатомию можно изучать…

— Вот только давай без отчества, — перебил его Тяжин, — Либо — Кирилл, либо — Китяж. Я же тебе говорил уже… А на счёт здоровья — не сомневайся. Проснёшься — будешь, как новенький. Моё слово… — Тяжин вдруг осекся. Сейчас он был не в Эдеме.

— Кирилл, — Никотин наклонился к Китяжу, — скажи, а ты тоже «там» был?

— Где «ТАМ»? — Тяжин сделал вид, что не понимает о чём речь.

— Ну… — Андрей старательно подбирал слова, — Ну «ТАМ» — он многозначительно ткнул пальцем вверх, — на небе.

— И там, — Тяжин показал пальцем туда-же, куда и Никотин, — и ТАМ, — ткнул пальцем в землю, — но об этом не рекомендуется говорить в слух.

— Круть крутяжная, — гвардеец сказал это с таким восхищением в глазах, что напомнил ему Данилку, который первый раз взял в руки настоящее оружие, — а как оно там? А черти и правда есть?

— Если я тебе об этом скажу, я должен буду тебя убить, — сурово сказал Тяжин, — А ну, «ОТБОЙ». …Как дети малые, ей богу, — он качнул головой, — Колыбельную им спой, сказку на ночь расскажи… Подгузник поменять не надо???

— А я тебе менял… — обиженно сказал Никотин, — И Тёма тоже менял… И Дон…

— ТАК! — Китяж резко встал с койки и пошёл в «складскую-столовую-спальню», — Я ЭТОГО НЕ СЛЫШАЛ!

Тяжин вышел на воздух и поднялся по бетонному окопчику к Тёме, который мирно курил у пулемёта. Архангел, за это время сильно изменился. В его глазах «плясали чёртики», каких раньше Кирилл не замечал. Раньше он был, как-то отстранён от происходящего, теперь же, он вжился в эту ситуацию и ловил от неё кураж. Ловил он его от всего. И Кирилл думал использовать его настрой с максимальной информативной выгодой.

— Почему курим на посту, боец? — сурово гаркнул Китяж, тихонько подкравшись к Архангелу со спины. Тёма вскочил, как ужаленный. Было видно, что командир застал его врасплох. Моментально выплюнув сигарету в снег, он вытянулся в струнку, но увидев довольную физиономию Тяжина, расслабился.

— Ну и шутки у тебя, Саныч, — качнул он головой и полез за новой сигаретой, но Кирилл с улыбкой отобрал у него пачку.

— Ни каких шуток, дружище, — пояснил он, — Курить на посту — подставлять себя и своих товарищей. Сигарета расслабляет. В темноте, сигарету видно за восемьсот метров. Ты не увидишь снайпера в темноте, а он тебя увидит. И когда ты будешь затягиваться, ЩЁЛК! — он отвесил Тёме неожиданный щелбан, — и дырка между глаз. Понял?

— А откуда здесь снайпера?

— Отставить разговоры, Тёмыч. Совсем тут распустились. На пару деньков оставить нельзя! — он присел на корточки, рядом с пулемётом и, посмотрев на Архангела, спросил, — Ты расскажи ка мне, во что это вы город превратили? Он и раньше — то был не велик, а сейчас вообще, одна пыль осталась.

— Это ещё что, — усмехнулся Тёма и, достав из кармана новую пачку сигарет, снова закурил, — Ты бы видел, что ближе к завалу твориться. От нашего телескопа только песочек меленький сохранился… и от башни тоже. Подвал твой не выдержал. Точнее, выдержал, но местами. А дело было так… — загадочно произнёс Тёма и пересказал Китяжу всё, что случилось за время его, так сказать, отсутствия. И про партикулярную установку, и про вертушку, сбитую Новиковым, и про Погосяна, и про людоедов. И, самое главное, про спецов, которые его очень ищут и даже помогли им. Но не это заинтересовало Кирилла. Интерес у него вызвал Погосян, который, под шумок приторговывал казённым имуществом и даже обещал подогнать БТР, если его и бойцов выведут от сюда без проблем для здоровья. Китяж выслушал его молча, ибо перебивать Тёму не имело смысла. Он был неугомонный, как понос. Выговорившись, он посмотрел на Тяжина так, будто не видел его лет триста, — Ты не представляешь, как я рад тебя видеть, Кирилл.

— Я тоже, — сухо ответил Тяжин, — Так рад, что кипятком писаю, — от услышанного Тёма надулся и Китяж понял что переборщил, — Ну, ладно тебе. Я же — пошутил. Спасибо тебе, Артём. Спас ты меня…

— Спас тебя Дон, — он мотнул головой в сторону Новикова, который кашеварил у самодельной плиты, — А я тебя, всего лишь, вытащил. Я просто уверен в том, что ты, сделал бы то же самое.

— Сделал бы, Тёма, — Кирилл встал, и облокотился на плечо своего боевого товарища, — можешь не сомневаться.

Когда Китяж подошёл к Дону и ударился в расспросы, он не рассказал ему ничего нового. Всё то, что рассказали Тяжину Никотин и Тёма, Новиков повторил почти дословно. Правда он добавил красок в историю с пленением Погосяна и поездкой за бензином, но… Китяж понимал, что красиво не приврать — истории не рассказать.

— Добро, Андрюха, — сказал он, когда Дон закончил, — Давай, заканчивай с хавкой, а то я голодный, как медведь после спячки.

— Пять минут, Кир, — обнадёжил его Андрюха и продолжил помешивать гречку.

Китяж спустился в подземелье и переоделся. Но сначала — ДУШ. После душа всегда выходишь свежим и бодрым. Выйдя из душа, Тяжин голяком прошёл мимо спящего Никотина, прямо на склад. Он решил поберечь подарочный камуфляж и переодеться в спецназовскую «оливу». Единственное, с чем он не хотел расставаться, это ремень и пистолет. Тяжин ещё раз взвесил его на руке и, улыбнувшись, запихнул его точно под пряжку. Ту самую. С надписью «АЦЦКИЙ СОТОНА». Дон зашёл с дымящейся кастрюлей, когда Кирилл полностью оделся и даже примерил СпНовские берцы.

— Ух ты! — Андрюха, не скрывая восхищения, разглядывал рукоять пистолета, которая торчала из под серебряной пряжки, — Откуда стволишко?

— Из Ада, вестимо, — усмехнулся Китяж, — Давай, накрывай. А я пока прогуляюсь.

— Далеко?

— До Багдада и назад.

— В смысле? — не понял Дон.

— Меньше будешь знать — крепче будешь спать. А ты, Андрюха, какого года выпуска?

— Восемьдесят третьего. А что?

— Да так, — пожал плечами Китяж, — Есть у меня одна мыслишка, — и вышел на улицу.

Пройдя мимо молотящего генератора, он подошёл к «Тигру» и уселся на переднее сидение. Надо было прикинуть схему будущего разговора с полковником. Теперь уже было ясно, на сто процентов, что полковник будет просить об услуге. Причём не просто — просить. Он сделает предложение, от которого невозможно отказаться. Как два года назад, когда он объявил Китяжу, что среди заложников на ЛАЭС, его Женя. Что не говори, а полковник Терешков умел найти те места, на которые нужно было нажать, чтобы человек согласился на его условия. А с Китяжем, они вообще были связанны какой-то незримой нитью.