Рейвен вернулся в сознание и посмотрел на смущенного его молчанием посла Дальних островов.
— Думаю это мы обсудим на вечернем приеме, — ответил наследник, не представляя о чем только что просил посол и резко встал. Ему нужно было поговорить с Региной, и немедленно.
Но она сама появилась, буквально ворвавшись в зал. Наследник никогда в жизни не видел ее в таком отчаянии. В ее глазах было столько страха, что его сердце почти остановилось. Только одно могло заставить Регину так дрожать. Видение, что-то случилось с его девочкой, что-то ужасное. Он в один миг преодолел разделявшее их пространство и схватил женщину за плечи.
— Что? Ну! Говори же.
— На них напали безликие.
— Когда?
— Прямо сейчас. Ее друзья уже мертвы.
* * *
Детство кончилось, когда на моих глазах один из отступников перерезал горло Тимке, когда смертельное заклятье поразило Медею, когда Тиану отбросило силовой волной на острые камни, сломав позвоночник, когда Зак использовал весь свой резерв, но достал убийцу Рилана, когда стрела отступника пронзила сердце Калеба, так и не успевшего добраться до спасительной помощи, когда Аттенор бросился между мной и мечом убийцы, забрызгав меня своей кровью. И я не смогла их спасти. Ни одного из них. Я знала, что все кончено задолго до того как все началось. Они пришли не для того, чтобы оставить кого-то в живых. А это значит, что я должна спасти хотя бы того, кто остался, самого дорогого, того, без кого сам мир может перестать существовать. Милава была принцессой, наследницей Эллении. Да, она не могла наследовать трон, но ее гибель на Велесской земле, от рук безликих и анвар, может привести к войне. Конечно, в тот момент судьба мира меня меньше всего волновала, только она, ее жизнь. Что, значит моя жизнь по сравнению с ее? Я была всего лишь ступенькой к трону великого наследника, всего лишь досадным препятствием, обещанием, данным моей матери. Всего лишь приложением к власти. Мне хватило мига, чтобы внушить ей, что она должна уходить, что незачем больше оставаться, что все ее друзья мертвы, и она больше не сможет им помочь. Даже я, особенно я. И когда она, наконец, нырнула в портал, я перевела дух и обернулась к новому противнику. Он оказался сильнее, быстрее, опаснее всех предыдущих вместе взятых. Он играючи отражал мои удары и предугадывал пути отступления. Выпад и плечо обожгло, еще один и его клинок разрезал корсет. Его движения казались знакомыми, словно когда-то уже я видела все это. И тогда я впервые за все время посмотрела в лицо своему противнику. Остальные были для меня безликой массой, но он… Я узнала его.
— Азраэль.
— Красивая и отчаянная. Теперь я понимаю, за что он любит тебя.
— Почему? — только и смогла вымолвить я. Азраэль был братом наследника, для меня было непостижимо, что он мог быть заодно с безликими. Когда-то мне казалось, что мы понимаем друг друга. Да, черт возьми, он нравился мне своей манерой заставлять меня думать, заставлять нестандартно мыслить. Он бросал пару фраз и я раскручивала целый клубок. Именно это мне и нравилось в наших разговорах. Их непредсказуемость. И вот теперь, я смотрю в его глаза и вижу холодную сталь убийцы.
— Твоя смерть будет агонией для него. А я буду наслаждаться каждым мигом.
— Подонок.
— Каково это знать, что из-за тебя погибли твои друзья? — улыбнулся он. — Каково знать, что сделай ты другой выбор, они бы были живы.
— Какой выбор? — непонимающе воскликнула я.
— А ты не знала? — рассмеялся он. — Узнаю Рейвена и восхищаюсь его способностью манипулировать людьми. Глупая девочка, это у него не было выбора. Без тебя он мог лишиться трона. Но ты могла пойти любым путем. Отказаться быть его любимой игрушкой.
— Ты лжешь.
— Нет. И ты это знаешь. Мне даже жаль тебя. Умереть только потому, что тебя обманули.
— Да, я умру, но постараюсь забрать тебя с собой.
Моей ярости хватило чтобы измотать его, заставить ошибаться. Но убить. Это просто. Я всегда знала, что этот день настанет. Сил больше не было, но для заклинания солнечной сферы мне не требовались силы. Мне не было страшно, наверное вместе с друзьями я потеряла остатки разума. Только ненормальные не бояться умирать. Мне вспомнились слова Эльвиры. После того экзамена два года назад, когда моя жизнь изменилась навсегда: Ты безрассудна Аура, всегда лезешь в пекло не думая о последствиях, но когда нибудь твое везение может кончиться и погубить тебя. Думаю, сегодня этот день настал. Я готова была сделать это, но вдруг почувствовала Его. Он пытался пробиться ко мне. Я знала, чего он хотел. Знала, что это было возможно. Ведь тело можно восстановить, если есть душа. Мы когда-то говорили об этом. Возможность выжить, перейдя по связи в сознание Рейвена. Сохранить себя, пока маги не найдут мне новое тело. Еще день назад, если бы не было всего этого, гибели друзей, лжи, Азраэля, я, быть может, и воспользовалась этим шансом, но не теперь.
— Ты больше никогда не лишишь меня выбора, — ответила я и заблокировала связь.
Этой моей секундной заминки хватило, чтобы Азраэль выбил клинки у меня из рук. Я попыталась призвать их, но он перехватил их и схватил меня за горло.
— Хорошие клинки, — усмехнулся он. — Один твой, а второй его. Очень символично. Его ложь убила твоих друзей, а его клинок убьет тебя. Ты помнишь наш разговор два года назад, теперь ты знаешь правду. Любви не бывает, это всего лишь сказка для глупеньких, маленьких девочек, умирающих ни за что.
— Когда — нибудь ты пожалеешь об этом.
— Но мы ведь оба знаем, что ты не Регина и совсем не умеешь предсказывать.
Он улыбнулся и поцеловал меня, а вместе с поцелуем, я почувствовала огненное прикосновение своего атами.
* * *
Рейвен не мог ждать. Он должен был преодолеть стену, пока не случилось непоправимое. Но она не пускала его. Что-то уже случилось, что-то непредвиденное.
— Ты больше не лишишь меня выбора, — донеслось до него, прежде чем, его кольцо вспыхнуло красным, обжигая палец до кости. Его отбросило в тело с такой силой, что он не смог сохранить самоконтроля. Все присутствующие увидели, как наследник, всегда такой бесстрастный и хладнокровный затрясся словно в ознобе и ближайшие к нему люди отшатнулись, едва он открыл глаза. В них было столько отчаяния, столько боли, что если бы Акрон сейчас был здесь, то чувства Рейвена убили бы его. Еще больше их испугало, что наследник коснулся уже холодного, остывшего кольца и снял его.
Через несколько минут зал опустел. Ноэль и Эйнар быстро прервали церемонию, уже зная, что случилось непоправимое. Он был уничтожен, каждый вздох был похож на агонию, словно кто-то жестокий выжигал его изнутри, и ничто на земле не смогло бы это остановить.
