Читаем без скачивания Англо-Бурская война (1899–1902) - Артур Дойл

«То, что совершили Южноафриканские войска, является, на мой взгляд, уникальным в военных хрониках, поскольку все это продолжалось практически безостановочно в течение года, а в некоторых случаях и более года. Не было ни отдыха, ни выходных, не было передышки на зимних квартирах, как это бывало в других продолжительных кампаниях. В течение месяцев, в беспощадную жару и жгучий холод, под проливным дождем, вы, мои товарищи, маршировали и сражались без остановок, располагаясь на бивуак под открытым небом. Вам часто приходилось продолжать поход и тогда, когда ваша одежда превращалась в лохмотья, а ботинки теряли подметки, а время имело такое значение, что непозволительно было остановиться для переобмундирования. Когда не было настоящих сражений, в вас стрелял из-за холмов невидимый враг, досконально знающий каждый дюйм местности, и который ввиду особенностей этой страны, мог нанести серьезный ущерб, оставшись неуязвимым. Вы пробирались через непроходимые заросли, двигались по крутым горам, через которые вам приходилось тащить тяжелые пушки и повозки. С невероятной скоростью вы преодолевали огромные расстояния, часто довольствуясь лишь небольшим запасом пищи. Будучи больны или ранены, находясь вдали от баз, вы испытывали неизбежные на войне страдания, принимая их безропотно и стойко».

Эти слова делают честь и солдатам, которым они адресованы, и человеку, который обращался к ним. С середины декабря 1900 года руководство кампанией взял на себя лорд Китчинер.

Глава XXXII.

Второе вторжение в капскую колонию (декабрь 1900 – апрель 1901)

В течение всей войны задачи британцев значительно усложнялись симпатией к бурам, открыто выражаемой Союзом африканеров – пресловутой политической ассоциацией, которая представляла или скорее вдохновляла взгляды преобладающего большинства голландских обитателей Капской колонии. Насколько сильны были эти повстанческие импульсы, можно судить по тому факту, что в некоторых приграничных районах не менее девяноста процентов населения встали на сторону бурских захватчиков, когда они впервые вторглись в Колонию. Нельзя предположить, что эти люди страдали от каких-либо политических притеснений; их действия частично обусловлены естественной симпатией к своим северным соотечественникам, а частично национальными амбициями и неприязнью к британским соседям. Либеральная политика британского правительства в отношении местных жителей оттолкнула голландцев и стала тем самым камнем преткновения в Южной Африке, каким была проблема рабства в Соединенных Штатах.

С изменением хода войны недовольство в Капской колонии стало менее явным и менее активным, но в последние месяцы 1900 года усилилось настолько, что стало опасным. Факты уничтожения некоторых ферм на завоеванных территориях и слухи о жестокости британских солдат вызвали бурю возмущения. Аннексия Республик, означающая окончательное удаление голландского флага с карты Южной Африки, стала унижением национального масштаба, вызвавшем горькое негодование. Волнения достигли кульминации на конференции, которая состоялась в Вустере 6 декабря, и на которой присутствовало несколько тысяч делегатов. Тот факт, что ассамблея голландских африканеров проходила под дулами пушек канадской артиллерии и под пристальным наблюдением австралийской конницы, наводит на мысль об имперском характере противостояния. Если бы гневные слова трансформировались в поступки, кризис был бы неизбежен.

К счастью, преобладал здравый смысл участников ассамблеи, и волнения, хотя и очень сильные, остались в пределах тех широких границ, которые допускает британская Конституция. Были приняты три резолюции: одна с требованием прекращения войны, вторая – о восстановлении независимости Республик, и третья – протестующая против действий сэра Альфреда Милнера. Делегация, которая довела эти требования до губернатора и получила учтивый, но бескомпромиссный ответ. Сэр Альфред Милнер указал, что правительство Великобритании, все великие колонии и половина Капа единодушны в своей политике, и невозможно представить, что она могла бы быть пересмотрена в связи с местными волнениями. Все были одинаково заинтересованы в окончании войны, но этого нельзя было достичь, поддерживая отчаявшихся людей в их стремлении сражаться за обреченное дело. Такова была суть ответа губернатора, который, как и можно было ожидать, был единодушно одобрен Британским правительством и народом.

Если бы Де Вет во время операций, которые достаточно подробно были описаны выше, ускользнул от Чарльза Нокса и пересек Оранжевую реку, его вступление в Колонию совпало бы по времени с конгрессом в Вустере, и ситуация стала бы еще более напряженной. Этой опасности удалось благополучно избежать. Тем не менее, волнения в Колонии заставили бурских лидеров предположить, что там имеются возможности набора рекрутов и что небольшие мобильные отряды захватчиков могут со временем набрать силу и мощь. Также было очевидно, что с увеличением поля военных действий значительно возрастают трудности, стоящие перед британским главнокомандующим, а давление на бурских партизан, действующих в Республиках, уменьшается. Таким образом, несмотря на провал попытки Де Вета проникнуть в Колонию, несколько небольших отрядов под командованием менее известных лидеров были отправлены за Оранжевую реку. Используя информацию и продовольственные запасы, предоставляемые местными фермерами, эти отряды в течение многих месяцев рыскали по обширным территориям Колонии, укрываясь в горах, когда их прижимали слишком сильно. Они быстро перемещались, пополняя свои запасы с помощью сторонников, и принимали участие в боевых действиях лишь тогда, когда преимущество на их стороне было явным. Отрезая от основных сил отдельные небольшие посты и патрули, они предпринимали многочисленные налеты, устраивали одну-две железнодорожных аварии, – и в результате это вторжение, продолжавшееся до конца войны, держало Колонию в чрезвычайном напряжении в течение всего этого периода. Здесь необходимо ненадолго остановиться на передвижениях и деяниях этих банд, стараясь по возможности избегать перечисления всех «фонтейнов» и «копов», которые отмечают их путь.

Вторжение осуществлялось двумя основными отрядами, которые отправляли многочисленные мелкие отряды рейдеров. Один из этих основных отрядов действовал в западной части Колонии, дойдя до побережья в Кланвильямском районе и достигнув пункта, находящегося менее чем в сотне миль от Кейптауна. Второй отряд, действовавший гораздо южнее центра Колонии, практически достиг моря в направлении бухты Мосселбай. Однако продвижение, хотя и такое глубокое, не имело значительного эффекта, поскольку захватчики удерживали лишь ту территорию, которую они занимали в конкретный момент, и продвигались вперед не за счет побед, а за счет попыток уйти от опасности. Им удалось привлечь на свою сторону некоторое количество рекрутов, но численность отрядов за весь период вторжения не превышала нескольких сотен, а рекрутирование происходило из тех социальных слоев, которым почти нечего было терять и которые почти ничего не могли предложить.

Западными бурами командовал судья Герцог из Оранжевой Республики, при нем находился Бранд – сын бывшего президента – и около двенадцати сотен солдат на хороших лошадях. После форсирования Оранжевой реки в Сэнд-Дрифте, к северу от Колесберга, 16 декабря они задержались в Камелсфонтейне, чтобы захватить небольшой пост, охраняемый тридцатью йоменами и гвардейцами под командованием лейтенанта Флетчера – хорошо известного гребца. Встретив упорное сопротивление и узнав, что на подходе значительные силы британцев, они прекратили атаку и, повернув от Колесберга, направились на запад, разрушив железнодорожную линию в двадцати милях к северу от Де-Ара. 22-го они заняли Бристаун, в восьмидесяти милях от границы, и в тот же самый день захватили небольшой отряд йоменов, преследовавший их. Через несколько дней пленные были отпущены. Сделав крутой разворот по направлению к Приске и Стрейденбургу, отряд вновь двинулся на юг. В конце года группа Герцога продвинулась на 150 миль внутрь Колонии, пройдя через бесплодные и малонаселенные западные территории, направляясь, по всей видимости, к Фрейзербургу и Бофор-Уэсту.

Второй отряд действовал под командованием Критцингера, бюргера из Застрона, в Колонии Оранжевой Реки. После пересечения границы в Реностер-Хоке 16 декабря они двинулись в Бюргерсдорп, но были остановлены британскими войсками. Пройдя Фентерстад, они направились в Стейнсбург, приняв участие в двух незначительных столкновениях с небольшими британскими частями. В конце года бандиты пересекли железную дорогу у Шейборна, к северу от станции Росмид, где им удалось захватить проходящий поезд, в котором ехали солдаты колониальных войск. В это время они уже на сотню миль забрались в пределы Колонии и были на расстоянии почти три сотни миль от западного отряда Герцога.