Полли, очевидно, настолько хотелось тебя найти, что она и умереть была не против хоть прямо сейчас. А вот двое магов, судя по всему, там застряли. Иначе бы тоже уже приземлились где-то в пределах твоей досягаемости, потому что Проводник всегда отсылает к тем, кто связан друг с другом. По этой логике, вам надо выбраться если и не сразу в мир живых, то хотя бы в предбанник. А вот как туда выбраться — это вопрос. Ответ на который, боюсь, знает только Клагул, — завершил Локсли свою лекцию по теме «Устройство загробного мира».
— Значит, мне надо с ним встретиться, — резюмировал я.
Глаза у эльфа резко округлились.
— Встретиться? С Клагулом? Как ты найдешь бога загробного мира в загробном мире? Да если и найдешь… его даже Дейм, Лита и Лоо боятся!
— А что, мне есть что терять? — хмыкнул я.
Когда Аарон привел Полли обратно и мы ему сообщили, что нам надо найти Клагула, учитель посмотрел на нас как на умалишенных и предложил мне двести раз отжаться, а Локсли написать двести строчек фразы «я больше никогда не буду забивать себе голову идиотскими мыслями». Мы, не сговариваясь и от души, впервые в жизни (и в смерти тоже) послали его к хриссу со счастливым осознанием того, что нам за это ничего не будет. Горячий диспут затянулся. Идей, как найти бога загробного мира, у всех было много, а вот адекватных — ни одной.
Давно стемнело. Полли не вмешивалась в мужской разговор. После столь насыщенного дня она старательно клевала носом, то и дело падала головой мне на плечо, чтобы спустя мгновение встрепенуться и захлопать сонными глазами.
— Тим, — вдруг зевнула она. — А зачем нам перерывать всю библиотеку или ходить по всем реальностям с воплями «Клагу-ул, выходи, подлый трус»? Может, просто того дядечку попросим, и он нас проведет.
Мы втроем уставились на нее.
— Какого дядечку? — осторожно уточнил я.
— Ну того. — Полли снова зевнула. — Он же Проводник. Значит, проведет.
И тут мы все поняли, что мы идиоты.
— Полли, ты гений, — просиял я, крепко ее обнимая. Девчонка тут же проснулась и заулыбалась, страшно довольная похвалой.
А я еще думал, что подобранная на улице демоница станет для меня обузой. Кажется, мою жизнь она спасает куда чаще, чем я ее.
— Учитель, вы говорили, что Проводник захаживает в гости. А как его найти, вы знаете?
— Сложный вопрос, Dan’elle. Ему один Клагул указ, а в свои планы он меня не посвящает.
— Тим, я читал, — вмешался Локли, — что Проводник всегда является частью той реальности, в которой пребывает. Он же сам — неотделимая часть загробного мира. Так что, возможно, если вы с Полли представите реальность, где есть Проводник, то вы в ней и окажетесь…
— Мы с Полли? — переспросил я непонимающе. — А вы?
Они переглянулись и одновременно посмотрели на меня как на малого неразумного ребенка.
— Мы мертвы, Тим… — начал Локсли.
— Tərein, я тоже, — согласился я, перебивая.
— Нет, послушай, — голос друга прозвучал на редкость настойчиво. — У тебя есть шанс отсюда выбраться. У нас — нет.
— Но…
— Даже не думайте, Dan’elle, — на этот раз меня заткнул Аарон. — Во-первых, мы с Локсли не можем бесконечно перемещаться по загробному миру. Мы привязаны каждый к своей реальности и можем покидать ее только на короткий срок. Иначе исчезнем. Окончательно. Да и Клагула еще надо будет убедить отпустить хотя бы вас, всем вместе нам отсюда точно не вырваться. А во-вторых, мы этого и не хотим. Думайте об этом как о том, что нам сейчас дан шанс проститься. Шанс, которого не выпало в жизни.
Я невольно сглотнул и стиснул кулаки. В памяти всплыло ухмыляющееся лицо убийцы Аарона.
— И вам надо торопиться, — добавил Локсли. — Как ты сам сказал, ты тоже умер. Но пока что ты еще не привязан к своей реальности. Если это произойдет, то никто уже тебя не вытащит…
Дальше слов как-то не находилось. Мы вышли из домика. Я крепко обнял обоих и взял Полли за руку.
Аарон улыбнулся.
Локсли поднял ладонь в прощальном жесте.
А потом все заволокла чернота.
Мы очутились в странном месте. Я бы даже сказал, очень странном. Если бы нужно было описать его одним словом, я бы, пожалуй, назвал это болотом. По крайней мере, запах стоял именно такой. Болотный. Запах тины, стоячей воды и прелости.
У наших ног вилось некое подобие тропинки, покрытой чахлой желтоватой травой. Справа и слева из черных маслянистых луж торчали корявые то ли деревья, то ли кустарники высотой в полтора моих роста. Я затруднялся определить их цвет, поскольку он переливался от грязно-бурого до лягушачье-зеленого, а вместо листьев на ветках колыхались глаза. Да-да, глаза. Некоторые из них торчали из стволов и усиленно моргали, взирая на нас. Под этими взглядами было, мягко говоря, неуютно. Полли прижалась ко мне всем телом, да и я сам невольно сильнее стиснул ее руку.
— Кто же захочет провести вечность в таком месте, — прошептала девчонка.
— Вот уж не знаю, но гостям этот кто-то вряд ли будет рад.
Назад дороги нет. В прямом смысле. Прямо позади нас клубилась непроницаемая туманная дымка, соваться в которую не было никакого желания. Поэтому мы двинулись вперед, провожаемые мигающими взглядами древесных глаз.
Тропинка неприятно пружинила и скользила под ногами, грозясь совсем растаять в черной жиже. Глазастые деревья сперва просто недвижимо на нас пялились, а затем вдруг начали оживать. Места на тропинке становилось все меньше. Когтистые склизкие лапы-ветки тянулись к нам. Полли взвизгнула, когда одна из них схватила ее за рукав. Другая вцепилась мне в плечо. Я ее скинул, но тут же третья потянулась к волосам. Спустя несколько ударов сердца мы уже не шли, а продирались сквозь цепляющиеся заросли.
— Прикрой глаза, — скомандовал я демонице, сам делая точно так же. Еще не хватало, чтобы и наши прибавились к местной коллекции.
В какой-то момент я уже абсолютно не понимал, куда мы движемся и движемся ли мы куда-либо вообще. Отчаянно не хватало чего-нибудь колюще-режущего, чтобы порубить эти заросли на салат.
— Тим, пусти меня вперед, — пропищала мелкая.
Действительно, зачем нам колюще-режущее, когда у нас есть демон разрушения в миниатюре.
Я приоткрыл один глаз, чтобы увидеть, как между ладоней Полли разгорелся веселый огненный шарик. Ветки тут же отдернулись в сторону, обжегшись. Девчонка воспользовалась этим, чтобы рывком развести руки и швырнуть вперед уже не шарик, а целый огненный смерч. По рядам деревьев прокатился беззвучный вопль: ветви скорчились в конвульсии и отпрянули, глаза вытаращились. Часть неудачников закружилась перед нами в воздухе опадающим пеплом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
