— Попались, — сообщила Лише Листик, — Тарун превратил в чёрный купол весь твой мир. Потому он такую слабенькую сеть сделал, она ему просто не нужна. Приготовься. Сейчас твои сородичи начнут нас ловить.
— А давай спрячемся в мой вулкан? — предложила Лиша. Листик возразила:
— Боюсь, не получится, скорее всего, он занят и, возможно, там нас уже ждут. Хотя… Не всё ли равно где нам придётся драться.
— Ага, — согласилась Лиша, — а может, и не придётся, это всё-таки мой вулкан!
Два огненных вихря, большой и маленький, снова запетляли среди раскалённой лавы и, остановившись, начали подниматься вверх. Неожиданно Листик резко затормозила и обеими руками прикоснулась к относительно твёрдой стенке. Огненный вихрь замер, если так можно сказать о вихре, и почти слился с каменной стеной. Так продолжалось довольно долго, и Лиша забеспокоилась и стала тормошить уже почти окаменевший вихрь. Листик развернулась и втащила Лишу в камень.
— Ой! Тут тесно! — заныла Лиша, Листик ответила:
— Зато безопасно, здесь нас Тарун не достанет и сайше не найдут!
— Шевелиться трудно, — продолжала ныть Лиша.
— А ты замри, — посоветовала Листик.
Некоторое время сёстры пребывали в неподвижности. Словно сами превратились в камень, затем Лиша начала недовольно сопеть. Всё-таки огненному существу тяжело изображать камень, об этом она и сказала Листику. Та согласилась и пояснила, что сайше так не могут, поэтому никто из них и подумать не может, что кто-то на такое способен. А вот Тарун может догадаться и, скорее всего, уже понял, что произошло, но найти сестёр не может.
— А почему? — заинтересовалась Лиша, забыв об испытываемых неудобствах. Листик ответила:
— Я поговорила с твоим миром, ему не нравится, что Тарун из него тянет силу и подчинил себе здешних обитателей. В этом мире нет хранителя, да он и не нужен был, если каждая сайше, как бы является хранителем своего вулкана. Но такое положение дел позволило Таруну подчинить поодиночке всех сайше себе, ведь они каждый за себя. Вот так и получилось, что защитить мир некому. Мы договорились — помочь друг другу.
— А как ты смогла поговорить с миром? — удивилась Лиша, Листик попыталась растолковать:
— Ты же чувствуешь свой вулкан, даже сейчас, когда ты уже не совсем сайше, а снежный дракон. Представь, что мир — это большой вулкан. Представила?
— Ага! Вернее, нет. Я могу поговорить со своим вулканом и попросить его о чём-то, а он просто делает то, что мне хочется! А сейчас, даже с вулканом это сделать не могу, а ты говоришь — поговорить со всем миром!
— А что тебе хочется? — поинтересовалась Листик, Лиша, задумавшись на мгновение, ответила:
— Чтоб лава была горячей и чтоб становилась вкусной, когда я есть хочу, — маленький каменный огонёк, озвучив свои желания, тут же заканючил: — Есть хочу! Сколько мы так будем стоять?
— Чувствуешь вулкан, он тебя согревает, кормит, а защитить не смог, — задумчиво произнесла Листик, не слушая меньшую сестрёнку. А та продолжала ныть:
— Есть хочу! Сколько мы гоняемся за этим Таруном и ни разу не поели!
— Попроси у своего вулкана, — предложила Листик.
— Просила! Он не даёт! И вообще меня больше не слушает! Я его не чувствую! — очень обиженно заявила Лиша.
— А ты хорошенечко попроси, попроси так, как будто твой вулкан очень большой, гораздо больше чем ты привыкла, ну же!
Лиша попросила, как ей говорила Листик, так попросила, что огненный вихрь, которым она была, потемнел и через несколько мгновений поглотил светлый комочек, возникший перед ним. Лиша довольно облизнулась (если это можно сказать об огненном вихре) и сообщила:
— Вкусно! Гораздо вкуснее, чем раньше! А откуда ты знала, что он мне ответит? Этот большой… И кто он?
Листик улыбнулась (опять же — если так можно говорить об огненном вихре) и ответила Лише:
— У него пока нет имени, но он очень хочет, чтоб его назвали и не возражает, если это сделаешь ты.
— А почему он? Может это она? Такая ласковая… — начала Лиша, Листик ответила:
— Он или она очень молодая, она только, только себя почувствовала. Это от тебя зависит, будет он или она, как решишь и как назовёшь.
Лиша серьёзно кивнула и к чему-то прислушалась, затем сообщила, обращаясь к кому-то невидимому:
— Лишана, нравится тебе такое имя? — и уже Листику сказала: — Она хочет, чтоб её звали как меня, а ещё она говорит, что нам поможет, только её надо освободить от тех чёрных жгутов, которыми её оплёл гадкий Тарун! Листик, только я всё же не поняла, кто она такая? И как она попалась в сети к Таруну?
— Лиша, Лишана — это твой мир и он тебя выбрал…
— Как выбрал, кем выбрал и куда? — Лиша засыпала сестру вопросами, но та не стала отвечать, только буркнула „мол, потом“ и рванула вверх. Из огненного жерла вырвались два огненных вихря и, сразу перейдя в горизонтальный полёт, устремились к ближайшему тёмному пятну над раскалённой поверхностью мира. Чёрный узел гигантской сети, оплетающей Лишану, мерно пульсировал. Два огненных вихря, подлетевшие к этому узлу, разом ударили по нему огнём, но никакого вреда не причинили. Не сбавляя скорости, вихри пролетели над узлом и, сделав крутой разворот, ударили в пульсирующую черноту ледяными стрелами. Ещё одного такого удара не потребовалось, во время второго разворота Листик и Лиша увидели, как черноту пересекают огненные трещины, разбивая её на кусочки, которые поглощала лава, выплеснувшаяся рядом с узлом сети Таруна. Огненные вихри, не останавливаясь, следуя указаниям в виде огненных сполохов, бегущих по земле, полетели к следующему узлу. Сама сеть была невидима, только её узлы выделялись на раскалённой, озаряемой зарницами извержений поверхности мира чёрными кляксами.
Когда Листик и Лиша уничтожили седьмой узел, на них надвинулась тёмная тень. Такая темная, что, казалось, и раскалённая земля потускнела. Тень была как бы сама по себе, поскольку светила у этого мира не было, или оно было настолько слабое, что его не было заметно в отблесках огня извергающихся вулканов и свечения раскалённой поверхности этого мира. Казалось под тенью, до этого буйствующий огонь гас и становилось холодно.
— А вот и Тарун пожаловал в своём истинном обличье, — произнесла Листик, глядя на огромное облако, напоминающее дракона. Лиша съёжилась и запаниковала:
— Лишана говорит, что нам поможет, хоть его и боится. Я тоже боюсь, это дракон, да? Такой огромный, даже больше деда! Он сейчас на нас нападёт! Что же нам делать? Убежать мы не сможем!
— Дракон, — согласилась Листик и, глядя на огромное существо закрывшее полнеба, очень спокойно сказала: — Огромный, даже очень. Но нападать на нас сразу не будет, сначала попытается нас захватить, используя твоих сородичей.
