рвущийся на врагов, и что это безрассудство было его способом заполнять пустоту внутри себя и уходить от реалий жизни. Хельга, которая всегда лишь тихо посмеивалась над его угрозами сделать с ней что-нибудь нехорошее, как-то незаметно стала для него лучиком света в этом темном мире, наполненном алчными страстями жадного до всего человечества.
Сейчас когда он нес её умирающее тело на своих руках и прижимал его к груди, надеясь услышать биение сердца, Стоун осознал что наверное именно эта потребность разделить с кем-то свою жизнь и есть любовь. Именно это было единственным смыслом его жизни, его желанием и его надеждой. И именно надежда была в его голосе, когда он ногой толкнул запертые двери и вошел в комнату к Моронию:
– Она умирает…, – тихо произнес Джек, бережно положив тело девушки на каменный стол.
– Это змей высасывает из нее душу, – отозвался старик, внимательно вглядываясь в дрожащие веки Хельги.
– Вы что-то можете сделать, Мороний? Хоть что-то! Я готов на любые жертвы, готов отдать свою душу вместо нее! Я готов на всё… – Стоун с мольбой в голосе посмотрел на антиквара.
– Я… я не уверен, что у меня получится… есть лишь один способ…
– Всё что угодно! – взревел Джек. – Я заплачу любую цену, лишь бы она была жива!
– Я… попробую… – Мороний неуверенно взглянул на лежащее перед ним тело. – Это прозвучит странно, но… нам придется побороться не столько за её тело, сколько за её душу… Но вам нельзя здесь находиться, Джек, вы должны выйти отсюда… Оставьте меня одного, я не хочу чтобы вы это видели… Что бы ни происходило не входите сюда! Вы поняли?! Ни за что не открывайте дверь пока всё не закончится!
Старик вытолкал его из комнаты, быстро отвернулся и склонился над Хельгой. Прикрыв глаза, он вдруг забормотал что-то себе под нос и Джек увидел как тело девушки выгнулось дугой, словно из ее груди выходил дух беса или дьявола. Стоун медленно отступил на несколько шагов назад и развернувшись тихо пошел к краю обрыва. За его спиной происходило нечто, что не предназначалось для глаз простых смертных. Заклинания Морония перемежались со стонами Хельги и чьим-то бормотанием. Закрыв за собой дверь, детектив еще какое-то время стоял подле нее, вслушиваясь в незнакомые голоса, напоминавшие не то шипение, не то странный булькающий шепот.
Внезапно позади двери раздался мощный удар и створки содрогнулись так, что она едва не слетела с петель. Внутри слышалось завывание ветра, громкое бормотание Морония на незнакомом языке и чей-то лающий голос противно смеялся ему в ответ. Вряд ли он принадлежал человеку. Джек понял, что антиквар каким-то образом вызвал духов, но он уже ничему не удивлялся в этом странном месте, полном мистики и древних загадок.
Стоять снаружи без дела, зная что кто-то сейчас нуждается в его помощи было невыносимо. За дверями послышались громкие крики – это кричала Хельга, её голос Джек узнал сразу. В нем было столько боли, что он рванулся внутрь, сбивая кулаки в кровь, но дверь не поддавалась. Там, за ней, шла отчаянная схватка, раздавались страшные удары и гром гремел так, словно тысячи молний били о стены. Пыль под ногами детектива с шипением засасывалась снаружи под щель запертой двери и он невольно отошел на пару шагов. Сквозь свист урагана, бушевавшего внутри, Джек различил призывный звук духовой трубы диджериду.
Догадка резанула сознание детектива. Теперь он точно знал, что ему делать. Именно звук трубы удерживал невидимого змея и придавал ему силы. Джек выскочил к лестницам и огляделся по сторонам – где-то там наверху засела жрица со своей трубой и Стоун ринулся по ступенькам, чтобы отыскать ее. Он карабкался все выше и выше, ориентируясь только на звук, набиравший силу с каждой секундой. Вскоре лестницы закончились и тогда он пополз прямо по острым камням вверх, царапая руки в кровь и стремясь забраться как можно выше. Камни под его ногами осыпались и улетали далеко вниз, но детектив продолжал ползти, рискуя сорваться и упасть с гребня горы.
Вскоре он начал различать звуки трубы совсем ясно и это лишь придало ему веры в правильности принятого решения. Подпрыгнув, Стоун ухватился руками за трещину в скале и подтянулся. Не обладая альпинистскими навыками, он полагался исключительно на силу своих мускулов и одержимость идеей добраться до вершины горы. Преодолев вертикальный участок, Стоун взобрался на отлогий склон и мельком бросил взгляд вниз. С этой точки древнее озеро с его водопадом и окружающими ночными джунглями были видны как на ладони. Звук трубы был совсем рядом. Перескакивая с одного острого камня на другой, Джек наконец выскочил на крохотную площадку почти у самой вершины горы. Там в очерченном огненной линией кругу, вместо знакомой ему молодой жрицы сидела дряхлая старуха с ожерельем из черепов и неистово пританцовывала, в экстазе извлекая диковинные горловые звуки из своего инструмента. Дряблая кожа, обвислые груди, морщинистое лицо и седые волосы – ничто кроме одеяния не указывало на то, что перед ним была всё та же Банафрит-Кифи. Стоун подбежал к ней и попытался отнять трубу, но старуха неожиданно наотмашь полоснула воздух загнутым лезвием своего серпа, метя прямо в горло детектива. Если бы он вовремя не присел, то сейчас его голова уже катилась бы с горы вниз, перескакивая между камнями и окропляя темно-красной кровью стены змеиного храма.
Джек выхватил из-за пояса отнятый топорик и встретил следующий удар клинка его рукояткой. Ринувшись на ведьму, он ворвался в огненный круг, вырвал трубу из ее рук и швырнул на землю. Звук тотчас же стих. Послышалось недовольное бормотание. Старуха беззубым ртом шипела проклятья и безумно сверкала налитыми кровью глазами. Внезапным ловким движением она сумела рассечь древко его топора надвое и нечеловеческая сила, с которой был нанесен этот удар поразила Джека. Обратив лицо к огромному лунному диску, жрица радостно захохотала. От клокочущего тембра ее голоса кровь застывала в жилах, а всё тело внезапно пронзила накатившаяся волна слабости. Понимая, что он имеет дело с какой-то чертовщиной, детектив превозмогая налетевший на него морок, ринулся на ведьму. Схватив тщедушное тело, он высоко поднял его над землей, и яростно закричав, швырнул его со скалы в пропасть. В лунном свете блеснул изогнутый клинок и тело колдуньи, содрогаясь в попытках ухватиться за воздух, с криком полетело вниз.
– Змею нужна была жертва..? – устало произнес Стоун, опускаясь на камни, – что ж, надеюсь
