— Мы уже составляли план, и вот — посмотри на результат!
— Попробуй «Вересковую королеву», — предложил прим-агент.
Сорннн заказал для Лейти любимый напиток Маретэн. Теперь ему казалось, он сделал это напрасно. Маретэн погибла, и никакими воспоминаниями ее не воскресить. Он оплакивал ее и ту часть себя, которая погибла вместе с возлюбленной. Сорннн почувствовал, что снова впадает в тупое отчаяние.
— СаТррэн…
Голос Лейти, совершенно не похожий на голос Маретэн, но все же приятный, мгновенно привел его в себя. Сорннн посмотрел на спутницу. В ее глазах горел тот же огонь, что полыхал в глазах Маретэн. Останься она в Аксис Тэре, в своей чудесной мастерской, останься она просто художницей, ничего бы не случилось. Однако Маретэн поступила по-своему.
— СаТррэн, ты куда исчез? — грустно улыбнулась Лейти. — Ах да, знаю! Ты вспоминал свою любимую.
— Нет, просто…
Лейти пригубила «Вересковую королеву» и отодвинула бокал в сторону.
— Не нравится?
— Слишком сладкий, — поморщилась оружейница.
Незначительная деталь, и все-таки она была очень важна для Сорннна. В его сознании сформировались два совершенно разных образа — Маретэн и Лейти. Сорннн поймал себя на том, что ему хочется, чтобы они были похожи. Он понимал, что это опасная иллюзия, которая неизбежно приведет к разочарованию и злости. В присутствии Лейти прим-агент не мог думать о Маретэн. А если и думал, то невольно сравнивал женщин, причем Лейти всегда проигрывала. И чем чаще Сорннн их сравнивал, тем дальше дочь контр-адмирала казалась от его идеала.
— СаТррэн, — позвала Лейти, склонив голову. — Ты так странно на меня смотришь. В чем дело?
— Я думал, как здорово, что мы встретились.
Лейти молча взглянула на свои ладони. Внезапно ей стало неловко. Откровения Сорннна ранили ту часть ее души, которая упрямо хранила страшную тайну. Она понимала, что следует рассказать Сорннну о Тью Дассе и Раане Таллусе, но не могла решиться. Всякий раз, когда Лейти проигрывала про себя их возможный разговор, он всегда кончался ужасно. Каждая минуга в присугствии Сорннна приносила радость, смешанную со страданием, потому что молодая женщина считала себя предательницей и испытывала от этого физическую боль.
— Пожалуйста, не говори так, — жалобно поспросила она.
— Почему? Ведь это правда.
Сорннн в очередной раз убедился в том, сколько всего можно прочесть по выражению лица. Когда Лейти внезапно потупила глаза, он увидел маленькую девочку, отчаянно добивавшуюся расположения отца. Затем он увидел юную девушку с неуемным тщеславием и желанием получить все своими силами. Какой одинокой она была! Воистину непросто быть дочерью Ардуса Пнина!
В этот момент подошел официант и объявил, что столик готов. Сорннн повел Лейти обратно в зал. Он постоянно думал о ее полуоткрытых губах, о словах, которые буквально застыли у нее на устах. Что же она собиралась сказать?
Едва они сели за столик, настроение изменилось. «Почему это произошло?» — думал про себя Сорннн. Теперь они говорили только о том, как спасти флот-адмирала Пнина.
— Что же нам делать? — довольно резко спросила Лейти.
— Боюсь, легких решений не будет.
Лейти ждала совершенно иного и вспылила:
— Мне наплевать! Давай наконец что-то делать!
Сорннн дал ей возможность выплеснуть эмоции. Ему казалось, лучше всего занимать нейтральную позицию и ждать, пока она выпустит пары. Однако это еще больше распалило Лейти. Она стала обвинять Сорннна сначала в том, что он бросил ее отца в трудную минуту, а потом заявила, что прим-агент воспользовался ее слабостью. СаТррэн попытался сказать, что не стоит валить все в одну кучу. Лейти разозлилась еще сильнее и заметила, что не нуждается в его помощи. Несмотря на все попытки Сорннна доказать, что в одиночку ей не справиться, оружейница не желала его слушать.
— Знаю, чего ты хочешь! — возбужденно сказала она, разрушая все доброе, что возникло между ними. — И это никак не связано с моим отцом!
К тому времени как принесли десерт, небо заволокли тучи, а Сорннн чувствовал себя раздавленным.
Прижимая руки к груди, Миннум почувствовал, как его ноги что-то щекочет, и увидел, как из глубины ямы прорастает вьющийся побег. Не раздумывая, маленький соромиант схватился за него, и побег стал расти дальше, пока Миннум не оказался в темном, как склеп, месте. Теперь он мог хоть немного успокоиться.
Боль стихала. Миннум смотрел, как тонкий побег обвивает его тело, и почувствовал, что он каким-то образом впитывает боль. Наконец-то можно обдумать план контратаки.
О холодных стрелах можно забыть. Маленький соромиант вспомнил о силовых ручьях, которые текуг в недрах Кун-далы. Именно они помогли Дар Сала-ат уничтожить Талаасу. Беда была в том, что Миннум не чувствовал силовые ручьи так хорошо, как Риана.
Боль то проходила, то снова вспыхивала. Миннум ощущал, что волшебный побег, какая бы магическая сила его ни направляла, не сможет долго его поддерживать. Нужно было что-то делать. И немедленно.
В сознании опять возникло лицо Калиго. Лицо, которое Миннум презирал, — хищная челюсть, широкий рот с бледными губами, черные глаза, в которых горит жгучая ненависть. Костлявые руки архонта чертят в воздухе сложные узоры, на левой мелькает шестой палец, черный как смоль…
Палец! Ну конечно же!
На секунду смелость оставила коротышку, и Миннум содрогнулся. Впрочем, побег не дал ему отчаяться и, плотно обхватив за пояс, поднял вверх — так высоко, как бывший соромиант и не мечтал. Остальное Миннуму придется сделать самому. Нет, он не подведет тех, кто на него надеется!
Собрав всю свою храбрость, Миннум стал ждать, когда подползет Калиго. Змея все ближе и ближе, раздвоенный язык дрожит, острые клыки готовы вонзиться в жертву. Миннум чувствовал, как ликует Калиго в облике Аватары. Отчаянно сдерживая страх, маленький соромиант наложил Мушиный Глаз, чтобы вызвать сумбур в мыслях врага.
Пролетая мимо огромной змеи, Миннум применил Связывающее и Слепое заклинания одновременно. Уравновесить два заклятия было непросто, и все же он справился. Аватара Калиго боролась с Мушиным Глазом, и Миннум понял, что нужно спешить, так как Слепое заклинание считалось довольно неустойчивым.
Миннум вырвался из черной ямы, и солнечный свет на какое-то мгновение его ослепил. Архонт прятался за одной из сосен. Миннум направил Связывающее заклинание на левую руку Калиго и, спроецировав всю мощь на черном пальце, начал загибать его назад.
Сосредоточившись, архонт нейтрализовал Слепое заклинание. Соромианты сцепились в смертельной схватке. Миннум чувствовал силу ледяных заклятий Калиго, пытавшегося освободиться. Именно шестой палец считался самым уязвимым местом соромианта. Миннум знал, что стоит оторвать палец, и Калиго конец.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
