Теперь, после допроса Зиткауриса, появились новые, предположения. Одна из девушек могла случайно узнать о том, что у Лоренц есть драгоценности, и разболтать об этом своему дружку. У Тамары кавалер был.
Но сегодня, придя на работу, Дзенис обнаружил на своем столе записку Соколовского. Капитан сообщал, что ни Мирдзу, ни Тамару до сих пор найти не удалось.
Главная же неприятность ожидала его у Озоллапы. Шеф вызвал Дзениса и потребовал от своего помощника поддерживать обвинение по делу, которое расследовала Лора Лиепа.
Телефонный звонок нарушил мрачные размышления Дзениса. Он снял трубку.
– Прокуратура.
– Могу я попросить к телефону товарища Дзениса?
– Слушаю.
– Вас беспокоят из клинической больницы. Полчаса назад к нам поступила сбитая машиной женщина. Перелом ноги. Больная просит вас срочно приехать к ней.
Дзенис нахмурился. «При чем тут я? Я не автоинспектор и не следователь по транспортным происшествиям».
– Ей бы надо обратиться в Управление внутренних дел.
– Пострадавшая просила лично вас.
– Как ее фамилия?
– Страуткалн. Дзенис насторожился.
– Как вы сказали? – переспросил он на всякий случай.
– Майга Страуткалн. Она сама врач.
– В каком отделении лежит?
– В хирургии.
– Еду!
Дежурный врач хирургического отделения набросил Дзенису на плечи белый халат и повел по длинному коридору. Гулко цокали по кафельному полу каблуки, и стук этот походил на удары метронома.
Майга Страуткалн лежала одна в небольшой светлой палате. Бледное лицо на белоснежной подушке казалось восковым. Прямой нос заострился. В больших серых глазах застыла тревога.
Увидев посетителя, молодая женщина попыталась приподняться, но Дзенис жестом остановил ее.
– Вы лежите, пожалуйста, лежите.
Врач вышел и тихо притворил на собой дверь.
Дзенис сел на стул рядом с кроватью.
– Как это с вами произошло?
Майга Страуткалн молчала. Потом, очевидно, собравшись с мыслями, начала:
– Я ездила на экскурсию в Палангу, это курортный городок в Литве. Вчера после полудня мы поехали домой. Я сидела в автобусе с правой стороны у окна и разглядывала новые особняки на окраине Паланги. Мое внимание привлек небольшой желтый домик под зеленой железной крышей. В саду работала старая женщина. Что‑то в ее осанке, в движениях показалось мне знакомым. Она подняла голову. И я сразу узнала… боюсь, вы мне не поверите. Мой муж поначалу тоже не поверил. Но я не ошиблась, я более чем уверена. Это была… Алида Лоренц.
Узкая рука женщины лежала поверх одеяла. Дзенис дружески сжимал ее в своей широкой ладони.
– Не волнуйтесь, – пробовал он успокоить больную. – Возможно, это просто была зрительная галлюцинация, сказалось ваше переутомление. Дальняя дорога, впечатления, ночевка в незнакомом месте без привычных удобств. Все это возбуждает нервную систему.
Страуткалн высвободила руку.
– Нет. Мы проехали мимо нее очень близко. Автобус двигался медленно, и я успела хорошо рассмотреть ее лицо и даже вязаную кофточку, которую не раз на ней видела. Песочного цвета с коричневым воротом. Она еще хвасталась, что сама связала. И потом характерная поза. У Лоренц была привычка: согнет руку в локте, а кисть висит плетью. Вот прямо вижу ее перед собой, как она стоит в поликлинике у меня на приеме в такой же позе. Нет, нет, я не ошибаюсь. Это была она.
Дзенис напряженно думал. Многое он повидал на своем веку. Но чтобы воскресали покойники… Это, вне всякого сомнения, какая‑то чушь. Но и не верить Страуткалн не было оснований. С другой стороны, убийство ведь произошло. Впрочем, лицо трупа совершенно было размозжено. Если Лоренц жива, то кто же убит? Почему убит? Почему Лоренц в Паланге?
В голове у Дзениса взвились вихрем события, домыслы, факты. Он перебирал их, расставлял по местам, сравнивал, анализировал.
– Расскажите, пожалуйста, как вы попали под машину?
Страуткалн отвела взгляд.
– Я шла в прокуратуру, чтобы все это рассказать.
– Из дома?
– Да.
– Какой дорогой вы шли? Расскажите подробно.
– Сегодня прием в поликлинике у меня начинается с двух. Потому я не спешила на работу. Вышла из дому, села на троллейбус…
– Улицу пересекали?
– Нет. Троллейбусная остановка на той же стороне, где наш дом, у самых дверей.
– Ну а дальше?
– Доехала до перекрестка улицы Ленина и бульвара Райниса. Сошла у Аэрофлота и хотела перейти улицу, но тут это произошло. Сама не понимаю, откуда взялась машина. Я же посмотрела, перед тем как переходить. Троллейбус ушел, улица была пуста.
– Не успели заметить марку машины, цвет?
– Нет, ничего не видала. Меня кто‑то рванул за руку. Упала, в глазах потемнело. Только когда приехала «скорая помощь»…
Всегда уравновешенный и тактичный Дзенис сейчас напоминал ястреба, с высоты увидавшего цыпленка.
– А теперь хорошенько подумайте и постарайтесь вспомнить. Это важно. Когда вы вышли из дома, поблизости не стояла какая‑нибудь машина?
Молодая женщина с удивлением посмотрела на Дзениса.
– Стояла, – подтвердила она. – Я огляделась, не идет ли свободное такси, и увидела «Москвич». Он стоял недалеко от нашего дома, у магазина.
– Серый?
– Нет, темно‑красный.
– Вы хорошо это помните?
– Совершенно уверена. Я еще подумала, не адвокат ли Робежниек оказался в наших краях.
– Вы знаете машину Робежниека?
Страуткалн смутилась.
– Я видела адвоката за рулем. Он ведь на суде защищал Зенту Саукум. У меня хорошая зрительная память.
– Возможно, это и была машина Робежниека?
– Полагаю, что нет, но ручаться не могу.
– В «Москвиче» кто‑нибудь сидел?
– Мужчина.
– Знакомый?
– Нет. Я только заметила, что шофер был в темных очках.
– Вы наблюдательны. Не обратили внимания, машина не уехала, покуда вы ожидали троллейбус?
– Мне ждать не пришлось. Троллейбус подошел сразу.
– В троллейбусе вы сидели?
– Свободных мест не было. Я стояла на задней площадке.
– А красный «Москвич» больше не видели?
Майга Страуткалн подумала.
– Некоторое время он в окне виднелся. Ехал за троллейбусом.
– Где вы потеряли эту машину из виду?
Дзенис не ответил. Он глядел в раскрытое окно палаты. Птичий щебет, которым был полон больничный парк, не воспринимался сознанием. Не видел он и пары голубей, севших на подоконник и в поиске хлебных крошек деловито исследовавших клювами каждую щелку.
Помощник прокурора мысленно еще раз проверил свою гипотезу, которая возникла еще в начале разговора. Она отнюдь не была плодом голой интуиции или сверхъестественного провидения. Нет. На помощь, Дзенису пришла логика.
Три происшествия быстро последовали одно за другим. Вчера врач Страуткалн неожиданно для себя узнает, что Лоренц жива. На следующее утро она спешит сообщить об этом прокуратуре. Но по пути ее сбивает автомашина. И теперь все эти три события настоятельно требуют выявления связи, между собой.
