да росла. С детства помогала матери в кузнице, мастерила безделушки и различные артефакты простенькие. Но в один день к нам заявились бандиты… Оказывается, моя бабушка как-то брала в долг и умерла раньше, чем расплатилась. В итоге они нашли её дочь — мою мать, — отобрали кузницу и всё наше имущество, а самих выбросили на улицу.
— Ужас какой… А что стража? Власти? — Катя и так была расстроена из-за истории Пафи, а теперь едва не прослезилась.
— Всё по закону. Долговая расписка имелась… — гномка вздохнула и продолжила: — Вот только мать моя сразу после этого заболела. Я пыталась заработать, чтобы вылечить её, но живя на улице, без нормальной пищи и крыши над головой… В общем, умерла она, а я стала уличной шпаной. Где-то воровала, где-то подрабатывала и дралась. Много, часто, жестоко. Каждый день приходилось бить лица и ломать кости, иначе меня попросту сожрали бы… И я не преуменьшаю, в то время был неурожай и начался голод, а на улицах действительно люди жрали друг друга.
— Каким-то образом я выжила и даже открыла небольшую лавку, мастеря и продавая инструменты для авантюристов. Ну а потом сама стала авантюристкой, но лишь до того момента, когда наша группа распалась после потери шестерых человек...
— Имущество павших мы поделили, и я, продав свою часть, купила материалов и сделала себе броню с оружием. На остаток денег подняла себе парочку рангов и ушла в наёмники.
— Ладно, разбавим эти грустные истории, — вмешалась Мин. — Я из рода странствующих торговцев. С детства в разъездах, поэтому могу смело утверждать, что побывала во всех обжитых пещерах. С Вирой и компанией встретилась довольно давно. Им тогда нужен был проводник через опасную зону, ну, я и согласилась. Всё равно родители остановились в Штормовой пещере на целый месяц.
— Мы тогда чуть не умерли… — зелёнокожая слегка побледнела, вспоминая те события.
— Да ладно, весело же было! — рассмеялась гномка. — Штормовая пещера — это огромное ущелье, в котором постоянно бушуют ветра. Но раз в год примерно на месяц они становятся настолько сильными, что пройти через ущелье становиться практически невозможным. А эта… — она указала на Мин, — уверяла, что можно пройти, и мы, дуры, поверили ей.
— Так ты же сказала, что было весело, — удивилась Катя, на что Дива кивнула.
— Весело, но мы раз сорок чуть не умерли… Потому что полетели по ветру в сфере, удерживаемой магом-недоучкой… Одна она легко передвигалась по ущелью, но нас-то группа была!
— Ну, все ведь выжили, — Мин пожала плечами и заулыбалась.
— Выжили, потому что Вира всех нас спасла! — выкрикнула Нек.
— А как так получилось, что Мин осталась с вами? — Катя кинула на тигрицу подозрительный взгляд, а та всё улыбалась.
— Она просто за нами увязалась… А потом пару раз серьёзно помогла, и мы сжалились да взяли её к себе, — полуорчиха хотела бы дать тигрице подзатыльник, но руки нельзя было отпускать.
— Вот только большинство проблем, из-за которых мы несколько раз едва не погибли, были созданы этой бестолочью, — Вира кинула на Мин суровый взгляд и продолжила: — Безопаснее было держать её рядом. Так она и стала частью нашей группы.
— Осталась наша командирша. Мы, кстати, так и не знаем твою историю. Ты о себе довольно мало говоришь, — Пафи заулыбалась, а девчата закивали.
— Ладно… — Вира тяжело вздохнула и начала свой длинный рассказ.
Родилась она, к удивлению всех, в семье аристократов Озёрного города. Но не в основной ветви, а в побочной. Вира была третьей дочерью в семье и самой талантливой. Старших сестёр это раздражало, и они строили ей козни, однако та преодолевала все препятствия на своём пути.
Однако, когда стало известно, что матриархом ветви рода будет не старшая дочь, а младшая, сёстры как с цепи сорвались. Это продолжалось несколько лет, и вдруг сёстры успокоились и помирились. Так и продолжалось больше года.
Они проводили вместе много времени, учились, тренировались, гуляли и болтали. Как-то раз они втроём пошли купаться в озере. Всё же эльфы Озёрного любят там поплавать.
Но вдруг на них напал монстр! А их не должно быть рядом с городом, там установлены руны, отпугивающие подводных чудовищ. А тут попалось нечто похожее на акулу, по крайней мере, так показалось Кате из описания эльфийки.
Вира, как самая сильная, кинулась помогать старшим сёстрам. Вместе они бы одолели чудовище, но девушки попросту вылезли из воды, оставив сестру один на один с монстром… И ладно бы только это, так они ещё и молнии начали метать, целясь в монстра. Вот только они и сестру задевали. Пожалуй, даже чаще, чем акулу…
Из-за этой «помощи» девушка не смогла отплыть когда нужно было, и монстр схватил её за ноги! Он утащил её под воду и намеревался утопить, однако Вира не собиралась ждать своей смерти.
Она принялась атаковать глаза чудовища. Они были закрыты как раз для таких случаев, но девушка была настойчива. Её пальцы смогли разжать веко и воткнуться в глаз.
В этот же миг челюсти монстра сжались, откусив ноги… Однако Вира смогла освободиться. Она заработала руками и всплыла, но не успела она отдышаться, как монстр вернулся и вцепился в её живот.
Вот только эльфийка вновь вонзила палец в глаз твари, и на этот раз ударила настолько сильным электричеством, что мозг чудища поджарился.
С трудом освободившись, она поплыла к берегу, где уже собрался народ. Но чем ближе она была, тем меньше сил в ней оставалось. Однако она всё же забралась на каменный берег и тут же потеряла сознание.
Вира выжила и очнулась в госпитале, а там узнала, что в её вещах нашли приманку для чудовищ… И, по словам сестёр, во всём она и виновата, и они с трудом отбились от твари, Вира же попалась, потому что дура. Или что-то в этом роде, всё же эльфийка тогда плохо соображала и плохо запомнила разговор.
Мать, конечно же, не поверила дочкам, но… вмешалась матриарх главной ветви рода, и она явно была на стороне старших сестёр Виры. Решено было изгнать преступницу. Правда, сперва её вылечили на личные средства матери.
Вире установили протезы, хотя и была возможность вернуть ноги, но это дорого, матери попросту не хватило денег. А также органы… половина внутренних органов Виры — искусственные.
Так девушка и
