племянник.
Тут Снивель снова озлобился:
— Нет!
— А он торопится! Дело будет слушаться уже в понедельник. Времени на подготовку почти нет.
— Я поговорю с судом, — жестко произнес Снивель. — Никто еще никогда не говорил «нет» за небольшое вознаграждение за услугу. Но на всякий случай напомню: твои люди должны во что бы то ни стало найти этих щенков! Сегодня же!
— Согласен. Но они как сквозь землю провалились. А ваши люди ничего не обнаружили? — спросил Сёренсен только для того, чтобы переложить ответственность на другого.
— Нет. Менгером я займусь сам. То есть мои люди. Несколько поколебавшись, Сёренсен все же осмелился произнести:
— Знаете, я слышал, как кто-то в трактире говорил о том, что Менгер уже несколько дней как пропал. Это очень странно. И никаких следов.
Снивель зарычал так, что племянник схватился за уши:
— Найти его! Всех троих! Уничтожить, пока они не натворили дел!
Сёренсен не осмелился напомнить, что их безуспешно ищут уже не первый день.
Новое убежище Винги и Хейке было просто роскошным. В таких удобствах Винга не жила уже два долгих года. А Хейке видел нечто подобное только в Швеции.
Девушка нежилась на мягких прохладных шелковых простынях; по несколько раз в день бегала в уборную только для того, чтобы насладиться комфортом.
Она даже смогла посмотреться в зеркало!
— Хейке, ты только посмотри, я уже совсем взрослая!
— Да уж, — улыбнулся он, стоя у нее за спиной. Она не слышала.
— Я не так уж плохо выгляжу. Думала, будет хуже. Но какой же у меня дурацкий нос!
— Твой нос идеален.
«Как, впрочем, и все остальное», — подумал он. Но ничего не сказал.
Винга продолжала крутиться перед зеркалом, оценивающе оглядывая свою фигуру и комментируя каждую деталь. Хейке решил ее не тревожить. Она потеряла несколько лет жизни, юноша ее понимал.
Дни пролетали в беседах с Менгером. Ночевал адвокат вместе с ними. Они разработали целый план борьбы, в котором Винге принадлежала главная роль. По правде сказать, Менгер с Хейке очень боялись за Вингу. Она могла испортить все своей импульсивностью. К тому же она страшно ненавидела Сёренсена.
Молодые люди старались вести себя так, словно ничего не случилось. Были преувеличенно вежливы по отношению друг к другу. «Не будешь ли ты так добр передать мне горшок с кашей?» «Пожалуйста!» «Может быть, ты хочешь подольше поспать завтра?» «Нет, спасибо. Я была бы тебе очень благодарна, если бы ты смог разбудить меня».
Даже Менгер заметил между ними какую-то напряженность, но он только качал головой от такой юношеской глупости. Сам адвокат чувствовал себя превосходно. Так хорошо ему не было уже много лет. Он много работал по их делу, каждый день куда-то уезжал и что-то выяснял.
Несмотря на то, что Хейке с Вингой приходилось нелегко, все шло нормально. Вплоть до понедельника, до того дня, когда должно было слушаться их дело.
Менгер выехал заранее, чтобы подготовить все необходимое в зале суда.
А вот у Хейке с Вингой дела шли из рук вон плохо…
Люди Сёренсена и Снивеля шпионили у зала суда. Все дороги, ведущие в Кристианию, находились под контролем. Основные силы поджидали у дороги, ведущей с запада, — оттуда, где находился Гростенсхольм. У восточных ворот стояло, на всякий случай, только три человека. Точнее не у самых ворот, а около.
Менгер проехал мимо благополучно только потому, что стражи задремали, хорошенько угостившись содержимым бутылки. Молодым людям не повезло — они попали в западню.
Караулу был дан приказ убивать.
Немного посовещавшись, молодые люди решили пойти в город пешком — отчасти потому, что было недалеко, отчасти потому, что не решались оставить лошадь без присмотра — слишком много водилось в Кристиании воров.
Они никак не ожидали нападения, во всяком случае, не у ворот, и поэтому были застигнуты врасплох.
Дорога была слишком оживленная, так что люди Сёренсена не решились применить оружие. Они решили наброситься на Хейке с Вингой сзади и, зажав рот рукой, всадить им в спину нож.
Мошенники ничего не знали о корне. Хейке вдруг быстро наклонился. Не думая о том, что делает, отбросил Вингу в сторону, и сам бросился за ней.
Убийцы плохо рассчитали прыжок. Нож только скользнул по телу Винги. Она закричала. Хейке бросился ей на помощь, но тут же получил сильный удар по голове. Перед глазами все поплыло. Нападавших было трое, Хейке был не в силах парировать все удары. Еще двое были наготове. Вдруг один из них закричал:
— Люди! Сюда идут! Быстро в повозку!
Убийцы бросили в повозку сначала Хейке, находившегося в бессознательном состоянии, а затем и Вингу. Разбойники прыгнули на сиденья, и как ни в чем не бывало направились навстречу толпе. То были солдаты.
Винга пыталась кричать, но ей тут же заткнули рот рукой. Молодой человек постепенно приходил в себя, но все еще не мог пошевелиться…
Подъехав ближе, они увидели, что это никакая не толпа, а солдаты. Они прошли мимо.
— Что будем с ними делать? — спросил один из троих.
— Доедем до обрыва. Там мы их прикончим, а трупы бросим в море.
Остальные не имели ничего против.
До обрыва было совсем недалеко. Хейке ворочался, пытаясь разглядеть местность через прутья. Он постарался собраться с силами. Мысль работала напряженно. Решать надо было быстро. Через несколько секунд будет поздно.
Корень мандрагоры! Он помогал ему и раньше, еще в детстве. Помогал корень в свое время и Даниэлю…
Теперь он должен помочь Винге. Хейке очень надеялся, что корень не будет возражать. Молодой человек не знал, может ли корень помочь кому-либо еще, кроме своего обладателя.
Хотя, впрочем, корень помог Мире в Штрегешти. Не совсем в такой ситуации, но все равно!
Противников было трое. Справится ли корень?
Хейке собрал все силы и обратился к корню в безмолвной молитве.
Самым опасным из троих был тот, кто держал Вингу, зажимая рот девушке.
Господи, какой же она выглядела беспомощной и беззащитной! У Хейке комок стал поперек горла.
Сколько она еще выдержит? Опасно ли ранена?
«Пожалуйста, помоги! Ты же поддерживал меня раньше!»
Повозка быстро приближалась к обрыву.
Громко вскрикнув, один из разбойников схватился за горло. Лицо его побагровело. Глаза выкатились из орбит. Он задыхался.
— Уберите! Уберите это от меня! — прохрипел он.
— Что? Что с тобой случилось?
Тут за горло схватился другой разбойник, потом третий, четвертый, пятый… Снова первый… Магический корень мог одновременно влиять только на одного разбойника, но он воздействовал то на одного, то на другого настолько быстро, что разбойники не успевали прийти
