правда недолго и не далеко. Чем ближе к эпицентрам источников излучения, тем оно быстрее убивает все живое. И все же, говоря грубо, спрятаться в мертвых землях, невозможно. Для мегакорпораций такого термина в принципе не существует. Но и им есть кого опасаться.
Когда рыцарь что-то хочет, даже мегакорпорация не способна ему отказать, ибо это все равно, что отказать самому императору. Измена, не меньше. Поэтому группа исследователей не только предоставила специальные дроны, но и лично управляла ими.
Сам рыцарь, прежде чем отправиться к беглецам, сперва хотел посмотреть на что те способны. Ему, разуметься не составило бы труда в кратчайшие сроки прибыть к их укрытию и разобраться с ними. Но так не интересно. Он откровенно скучал и сейчас искал для себя нечто, способное разогреть потухший к чему-либо интерес.
Будучи безгранично могущественным, иногда появляется желание притвориться слабым. Как когда-то давно, в прошлом. И я его прекрасно понимал, поэтому подхватил такую занимательную игру и не вмешивался в дела своих подопечных. А ну они и правда выкинут чего любопытного?
Впрочем, эти олухи, по всей видимости решили проигнорировать мои задания.
— Как быстро, все же растут наши статы… — заметил один из Найкрасов. Он, как один из самых слабых, был рад повышением характеристик. — У меня буквально пару минут назад сила была меньше тридцати, а теперь уже сорок.
— Ты же недавно был только на третьей ступени. Когда на четвертую успел прыгнуть?
— А? — не понял тот вопроса, после чего задумался. — Оу… А я-то думаю, почему мне так хреново было? Думал тело сдает, смерть уже дышит в мои дешевые щи, а они во как, оказывается, эволюционировали…
— У нас мышечные, костные, да и вообще все ткани тела разрушаются и собираются заново. Еще и ментально страдаем… Вот дух и растет. — заметил целитель.
— Выглядит слишком просто…
— По словам Смайла, то лишь потому, что мы слабы и немощны. С повышением сопротивляемости эффект сойдет на нет. Я, например, уже не особо страдаю. Параметр духа остановился на сорока трех и сопротивление излучению выше пятидесяти процентов.
— У меня тоже. Может это, выйдем наружу да и действительно попробуем взять языка?
— Можно попробовать, но думаю там нас ожидает только смерть… А мне умирать как-то не охота.
— Смайл говорил, что мы можем себе позволить смерть. Лишь бы никто из нас не попал в плен. Так что, если кого-то застрелят, нужно хватать двухсотого неудачника и тащить на себе.
— Надеюсь палить будут по самым худым…
— Не парься, мы же не в симуляции. Каждый из нас способен бежать с двумя трупами на плечах. Да еще и вприпрыжку, напивая какую-нибудь хрень под нос.
— Хочу чтобы меня именно так несли! — воскликнула девушка. — Если что, готова героически заслонить вас от пули или плазмы!
— Ты просто ленивая жопка, не хочешь ножками топать.
— Да, я такая! Выходим?
— Выходим, улыбаемся и машем. Там нас встречают дроны-разведчики. Судя по всему, исследовательские. То бишь не военные, а с лапками для забора пробы грунта.
— Скучно… — разочарованно произнёс один из парней. — Слух, а они человека утащат? — неожиданно спросил он скорее себя, чем обращаясь к кому-то.
— Нет.
— А если помогать телекинезом?
— Возможно…
— Тебе физика какое большое зло сделала раз ты ее хочешь так безжалостно через хер бросить? — усмехнувшись спросил целитель. — Попробуй себя за шкирку поднять и посмотри.
— Телекинезу глубоко и плотно плевать на физику. В качестве опоры и тяги выходит энергия. За что та цепляется и чем давит, непонятно. А раз так, должно сработать!
— Ну вот и попробуешь. А сейчас, давайте выйдем и поприветствуем наших гостей.
— А ничего, что это, как бы, мы посторонние?
— Шутку не лажай! — дверь заклинило и ее просто выбили, после чего вслед за ней полетел шутник.
— Сам не лажай! — выбросивший сородича парень вышел следующим и приземлившись, сразу же сломал себе ноги. — Это как? — удивился он и с трудом повернул голову на того, кого только-что вышвырнул. Тот, лежал изломанной куклой и даже не шевелился.
— Полагаю, господа-товарищи, наши костные ткани стали нестабильны. Им нужно время для адаптации к изменениям. Увы, кроме как через усилия, страдание, превозмогание и боль, развитие нашего вида невозможно. — предположил целитель. Он, после времени труда по лечения возлюбленной сильно преисполнился в своем ремесле.
— Ага, ясно, понятно. Тогда простите меня, о мои сородичи, но я, на правах сильнейшего физионика-телепата, пожалуй, возьму на себя бремя мотиватора. — с этими словами Найкрасы один за другим вылетели из транспортника и от падений ломали себе кости.
Скорбное лицо самопровозглашенного мотиватора не продлилось долго и его совместными усилиями выбросило вслед за остальным и до кучи еще заморозили, после чего подожгли. Словом, досталось ему сторицей. И за всем этим мракобесием, через дроны следил рыцарь.
— Занятные какие… — ухмыльнулся он. — Модификанты не ниже уровня псайкеров. Разнообразные стихийные пси-силы, повышенная регенерация вкупе с целительским даром у одного из них. Не удивлен, что император заинтересовался ими.
— Мне отправить рейдовую группу на захват? — поинтересовался оруженосец этого рыцаря.
— Ученик, не испытывай терпение наставника ибо его доля тяжела и ответственна. — строго сказал рыцарь, выпрямившись и посмотрев на оруженосца сверху вниз с явным разочарованием. — Не терпеться оправить простых людей на гарантированную смерть? Или ты в своем высокомерии недооцениваешь могущество псайкера? Или же мои произнесенные только что слова для тебя пустой звук? — глаза рыцаря засияли фиолетовым и оруженосца затрясло. Воздух стал густым и тягучим, заставляя всех окружающих задыхаться.
Рыцарь был зол…
— Ты, думаешь, простые солдаты расходный материал твоего восхождения? Считаешь себя лучше, чем они? — тело оруженосца перекосило, а пальцы вывернуло с хрустом. Он, разуметься сопротивлялся, однако разница в их могуществе была непреодолимой. — Люди, воины, идут за сильным лидером, но сильный лидер лишь в последнюю очередь могущественный воин. Гениальный командир знает, как раскрыть таланты своего отряда и компенсировать слабости одних, сильными сторонами других. Исключительный тактик, способен принести победу армии втрое и больше уступающей численностью. И он не обязан быть сильным. Это может быть жалкое подобие мужчины, юный ребенок, скромная девочка, но ценнейший юнит которого будут защищать ценою собственных жизней даже такие как я. Тебе ясно, ученик? — давление резко спало, и оруженосец освободился. Ну, а с этим и на окружающих перестала давить аура, но они освобождение восприняли менее достойно. Просто попадали хватая ртом воздух.
— Я осознал ваши наставления наставник. — оруженосец выпрямился и с гордостью взглянул на своего учителя. Он привык к таким вспышкам гнева. Они помогают ему не забывать своего места. И все же он не признал, что отправлять людей
