Ричи снова подошел к кассе. Кассирша мрачно смотрела на него.
— Добрый день, мадам, — сказал он, стараясь подражать приветливому голосу Барона Бутхола. — Мне очень нужно три билета на американский фильм.
— Не кривляйся и скажи, какие билеты тебе нужны, — сказала кассирша через круглое отверстие в стеклянной перегородке и так нахмурила свои накрашенные брови, что он быстро сунул доллар в отверстие и пробормотал:
— Три билета, пожалуйста.
Из отверстия показались три билета. Ричи взял их. Кассирша смотрела ему в спину, наставляя: «Не бегай по вестибюлю, не бросайся коробками от кукурузных хлопьев, не шали, не бегай по проходам».
— Хорошо, мадам, — сказал Ричи и пошел обратно к Бену и Бев.
— Я просто балдею от того, как эта старая пердунья любит детей, — сказал он им.
Они постояли еще немножко, ожидая, когда начнется сеанс. Кассирша подозрительно смотрела на них из стеклянной клетки. Ричи излагал Бев историю о запруде в Барренсе, описывал мистера Нелла в его новой ирландской шапочке и говорил его голосом. Бев улыбалась и без его рассказа, этот рассказ не очень-то рассмешил ее. Бен тоже усмехнулся, но его глаза следили поочередно то за входом в «Аладдин», то за Беверли.
10
На балконе было очень удобно и хорошо. Во время первой части фильма «Я был подростком» Ричи поливал Генри Бауэрса и его приятелей. Те сидели во втором ряду, как он и предполагал. Их было пять или шесть пяти-, шести- и семиклассников, все они были в мотоциклетных ботинках, ноги они закидывали на сиденья, фокси сказал им, чтобы они сняли ноги с сидений. Они убрали ноги, а как только он отошел, задрали их снова. Но Фокси предвидел это и вернулся минут через 10, и вся сцена разыгралась снова. У Фокси кишка была тонка, чтобы выгнать их, и они это знали.
Фильм был просто блеск. Подросток Франкенштейн был великолепен, оборотень был просто страшным, и все же… что-то было не так, быть может потому, что он выглядел как-то печально. И произошло все не по его вине. Это гипнотизер трахнул его, но смог он это сделать, потому что ребенком оборотень был очень злой и вообще скверный, поэтому и превратился в оборотня. А Ричи подумал, что такие желания, наверное, испытывают многие люди. Вот, например. Генри Бауэрc просто переполнен подобными ощущениями, но в отличие от других людей он и не собирается этого скрывать.
Беверли сидела между ребятами, грызла из пакета кукурузные хлопья, смеялась, иногда от страха закрывала глаза. Когда оборотень вошел в гимнастический зал, где девочка делала упражнения, Бев прижалась лицом к руке Бена, и Ричи слышал, как Бен от неожиданности громко вздохнул. Так громко, что было слышно, несмотря на шум испуганных фильмом детей.
В конце концов этого оборотня убили. Фильм заканчивался тем, что один полицейский рассказывал обо всем этом другому и говорил, что это должно послужить людям уроком, что люди должны делать то, что велит Бог. Занавес закрылся, и зажегся свет. Раздались аплодисменты. Ричи чувствовал полное удовлетворение, только немного болела голова. Наверное, ему надо пойти к окулисту и сменить линзы. А к тому времени, когда он поступит в институт, он будет носить очки с толстыми, будто бутылочными стеклами, подумал он мрачно.
Бен тронул его за рукав.
— Они заметили нас, — сказал он сухим неузнаваемым голосом.
— А?
— Бауэрc и Крисс. Они поднимутся сюда, прежде чем уйти из кинотеатра. Они заметили нас.
— О'кей, о'кей, — сказал Ричи, — успокойся, Хейстак, успокойся. А мы выйдем через боковую дверь… Не о чем беспокоиться.
Они пошли к лестнице. Сначала Ричи, Беверли в середине, а Бен шел последним, оглядываясь.
— Они что-то имеют против тебя, Бен? — спросила Бев.
— Думаю, что да, — ответил Бен. — Я подрался в школе с Генри Бауэрсом в последний день.
— Ну и здорово тебе досталось?
— Не очень, по крайней мере, не так сильно, как ему бы хотелось, — сказал Бен. — Думаю, поэтому он и злится.
— Олу Ханку по прозвищу Танк тоже пришлось оставить часть своей шкуры, — пробормотал Ричи. — По крайней мере, я так слышал. Не думаю, что ему это очень понравилось. — Он растворил входную дверь, и они все трое шагнули на дорожку между «Аладдином» и кафетерием Нана. Кошка, сидевшая на куче мусора, зашипела на них и убежала по дорожке, которая упиралась в забор. Кошка взобралась на забор и исчезла. Крышка мусорного ящика громко хлопнула. Бев подпрыгнула от неожиданности, схватив Ричи за руку.
— Я все еще под впечатлением этого фильма, — сказала она.
— Ты… — начал он.
— Привет, ё…ная морда, — сказал Генри, появляясь сзади.
Все трое, ошарашенные, оглянулись — в начале аллеи стояли Генри, Виктор и Белч, а за ними еще двое.
— Ах ты, дерьмо. Я чувствовал, что это должно произойти, — простонал Бен.
Ричи бросился к «Аладдину», но входная дверь была уже заперта.
— Попрощайся, ё…ная рожа, — сказал Генри и бросился к Бену.
Все, что происходило потом, Ричи воспринимал, как события кинофильма, — в реальной жизни такого просто не бывает. В реальной жизни маленькие дети дерутся, выбивают друг другу зубы и разбегаются по домам.
На этот раз все происходило по-другому. Беверли шагнула вперед, как будто собиралась поздороваться с Генри за руку. Ричи слышал звук его шагов, Виктор и Белч следовали за ним. Другие ребята стояли в начале дороги, преграждая путь.
— Оставь его в покое, — закричала она, — выбери кого-нибудь подходящего по комплекции.
— Да он как ё…ный грузовик Мака, сука, — заорал Генри; да, он не был джентльменом. — А ну убирайся…
Ричи выставил ногу вперед. Он и не собирался делать этого, это произошло спонтанно, также спонтанно он начинал иногда нести околесицу. Дорожка, вымощенная кирпичом, была скользкой от мусора, всюду валялись банки из-под сока и пива. Его занесло.
Он выпрямился, напрягся и закричал:
— А! Вам всем придется умереть!
До этого момента Бену было страшно. Он издал рыкающий звук и схватил одну из пустых банок, которая валялась поблизости. И тут с банкой в руке среди мусора он вдруг действительно почувствовал себя Хейстаком Келхоуном. Лицо его стало бледным и зловещим. Он швырнул банку в Генри, она немного задела его спину.
— А ну вон отсюда! — заорал Ричи.
Они побежали к началу дорожки. Виктор Крисс выпрыгнул им навстречу. Бен наклонился и ударил Виктора головой в живот.
— Ой! — застонал Виктор и сел.
Белч схватил Бев за хвост волос и потащил к кирпичной стене «Аладдина». Бев вырвалась и побежала по дорожке, потирая руку. Ричи побежал за ней, схватив на ходу крышку от банки на помойке. Белч Хаггинс приготовил огромные кулачищи, замахнулся на Ричи, но тот выставил крышку от банки вперед. Раздался громкий звук — трах-х-х-х! Ричи ощутил сильный толчок в плечо. Белч вскрикнул и начал прыгать, держа на весу раненую руку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
