Протестовали люди, которых можно считать потенциальной политической базой президента Медведева. Ведь это он говорил о том, что коррупция душит, что в стране правит правовой нигилизм, и призывал Россию двигаться вперед…
С сентября 2010 года Путин дал невероятное количество интервью. Такого общения с прессой у него не было за все десять лет. И в каждом втором предложении отрицается все, к чему призывает Медведев… Путин ясно дал понять: со многим из того, что делается в политике, как международной, так и внутренней, он не согласен, многое его раздражает. Интервью премьер-министра свидетельствуют, что в позициях Медведева и Путина есть смысловая, а не просто риторическая разница».
24 января 2011 года в зоне прилета международных рейсов московского аэропорта «Домодедово» взорвалось мощное взрывное устройство. Это сделал террорист-смертник, находившийся среди встречающих. Погибли тридцать пять человек, многие получили тяжелые ранения.
После теракта Медведев потребовал найти и наказать виновных — и среди администрации аэропорта «Домодедово», и в ФСБ, МВД. На расширенном заседании коллегии Федеральной службы безопасности Медведев распорядился разобраться «с ответственностью лиц, отвечающих за безопасность на транспорте, и сделать кадровые выводы». Нескольких офицеров госбезопасности отправили в отставку.
Путин же предпочел никого не называть. 2 февраля 2011 года на встрече с журналистами Первого канала Владимир Владимирович сообщил журналистам, что дело о теракте в Домодедове уже «в целом раскрыто».
На следующий день к президенту Медведеву пришли директор ФСБ Александр Бортников и глава Следственного комитета Александр Бастрыкин. Хотели порадовать президента отчетом об успехах в расследовании теракта «Домодедово».
Медведев их огорошил:
— Считаю абсолютно недопустимым, когда до проведения всех следственных процедур и подготовки обвинительного заключения кто-либо объявляет о раскрытии преступления, тем более такого тяжкого, как преступление террористической направленности. Надо работать, а не пиариться.
Публика пришла к выводу, что президент выражает недовольство не столько Бортниковым и Бастрыкиным, сколько Путиным…
8 апреля 2011 года Белый дом и Кремль еще раз разошлись во мнениях. На заседании правительственной комиссии по связи и технологическим вопросам информатизации представитель Федеральной службы безопасности, заместитель начальника научно-технической службы и начальник центра защиты информации и специальной связи Александр Евгеньевич Андреечкин пожаловался на зарубежные интернет-сервисы и другие новинки: правоохранительные органы не в силах контролировать зашифрованные сообщения, которые проходят через такие сервисы, они опасны для безопасности страны. Словом, надо запрещать…
Технические новинки усложняют жизнь всем спецслужбам. Но за пределами России специалисты ищут пути, как совладать с новшеством, чтобы оно служило прогрессу, а не террористам. А у нас привыкли запрещать. Вот и Интернет воспринимается как опасность…
«Источник в Кремле» (принято считать, что это руководитель президентской пресс-службы) сообщил журналистам, что слова Андреечкина — не политика государства, а личное мнение сотрудника Федеральной службы безопасности. Дальше что-то произошло. То ли пожаловался директор ФСБ Бортников, то ли кто-то еще, но пресс-секретарь Путина Дмитрий Сергеевич Песков выразился неожиданно резко:
— Представители ФСБ не высказывают личных точек зрения. Естественно, это позиция ведомства, и она тщательно аргументирована.
Иначе говоря, пресс-секретарь премьер-министра по сути одернул Кремль. Что стояло за этим? Неудовольствие: нам надоело, что вы нас постоянно поправляете?.. История, надо полагать, имела закулисное продолжение, потому что ФСБ все же обещала разговоры по скайпу не запрещать.
Тандем невозможен
Обсуждая взаимоотношения Путина и Медведева, обыкновенно исходили из того, что это первая попытка управлять страной в четыре руки. В реальности с советских времен тандемы формировались при каждом нашем правителе! И рушились. Причем для младшего партнера, как правило, с весьма печальными последствиями.
Советская власть и началась с дуумвирата! Создавали новую Россию и вели Гражданскую войну двое — Ленин и Троцкий. Сотрудничали очень тесно. Многие документы начинал писать Ленин, а заканчивал Троцкий. Во время войны его власть была не меньше ленинской. Ленин умел работать со всеми, кто ему нужен, закрывая глаза на любые недостатки. Но и в нем проснулась ревность, он захотел быть единственным вождем и стал оттирать Троцкого от власти…
Многие годы имена Сталина и Молотова для всего мира были неразделимы. В народе Молотова воспринимали как самого близкого к вождю человека. Сталины и Молотовы когда-то дружили семьями. И Сталин сделал все, чтобы сокрушить репутацию главы правительства: отобрал у него кресло председателя Совета министров, скомпрометировал ближайшего соратника, посадил его жену. Похоже, собирался разделаться и с самим Вячеславом Михайловичем…
После смерти Сталина образовался тандем: Георгий Максимилианович Маленков — глава правительства, Никита Сергеевич Хрущев — глава партии. Но Хрущев уже через год «съел» «напарника» — председателя Совета министров! Причем устроил ему публичную экзекуцию на пленуме ЦК, чтобы Маленков уже не поднялся.
«В полчаса увял этот человек, — записал свои впечатления от пленума Александр Твардовский, — исчезла вся значительность, был просто толстый человек на трибуне под устремленными на него указательными пальцами протянутых рук президиума, запинающийся, повторяющийся, “темнящий”, растерянный, чуть ли не жалкий. Странно, что у него не хватило ума в свое время отойти в сторонку чуть-чуть, быть вторым, неужели так хотелось быть первым?..»
Так Хрущеву и второй не был нужен! Новый глава правительства Николай Александрович Булганин даже и не думал соперничать с Хрущевым. Но Никита Сергеевич все равно очень быстро подорвал его позиции. Руководители страны осматривали выставку продукции легкой промышленности. Булганин что-то сказал об искусственном шелке, и Хрущев публично на него набросился:
— Видите — председатель Совета министров, а ничего не понимает в хозяйстве, болтает чушь.
Сняв Булганина с должности, Никита Сергеевич просто взял себе пост главы правительства. И при нем тандемы больше не возникали…
После смещения Хрущева главой партии сделали Леонида Ильича Брежнева, а недавний хозяин Украины Николай Викторович Подгорный занял формально не существовавший ключевой пост второго секретаря ЦК. Он и держался соответственно, по-простецки называл Брежнева Леней. Брежнев делиться властью не захотел, переместил Подгорного в Верховный Совет, а затем и вовсе выставил из аппарата. Обычно Брежнев хотя бы перед самым заседанием предупреждал очередную жертву. С Подгорным поступили бесцеремонно. На пленум ЦК Николай Викторович пришел всесильным членом политбюро, а ушел никому не нужным пенсионером.
