Читаем без скачивания Кошачьи врата : Преданья колдовского мира. Кошачьи врата - Андрэ Нортон

Море высокой, доходящей до колен травы впереди прерывалось. Там виднелось какое-то возвышение, но не горы, а мягкие пологие холмы. Они шли прямо к этим покрытым тенями холмам.

Дважды из травы поднимались птицы и кружили над ними. Даже в тусклом свете ночи были отчётливо видны их чёрные и красные перья. И хотя они не нападали, Келси была уверена, что они принадлежат Тьме, может, разведчики Сарнов или чего-то им подобного. Но трое путников даже не пытались скрыться, они шли по открытой равнине прямо к холмам.

Виттл время от времени что-то говорила; судя по звукам, повторяла одни и те же слова. Йонан шёл молча, но всегда рядом с Келси, достаточно близко, чтобы подхватить её, если понадобится.

Лунный свет позволял чётко различать тёмное и светлое. Кое-где на равнине росли кусты, и Келси с опаской посматривала на них: ей казалось, что тени под ними — не тени кустов, что там что-то затаилось, невидимое, но подчиняющееся силе лунного света.

Когда на небе появились первые признаки рассвета, они обнаружили, что шагают уже не по девственной степи. Это, конечно, была не дорога черепов, но трава поредела, теперь она пробивалась на стыках плит белого камня, которые, несомненно, когда-то выстилали дорогу. И когда они ступили на эту дорогу, на которой многие камни были вывернуты и наклонены, Келси осознала кое-что ещё. Она не видела и не слышала, только чувствовала его — принуждение, ощущение, что она должна что-то сделать, причём сделать быстро. Это ощущение заполнило её, и она перешла на бег рысцой. Немного погодя Виттл и Йонан присоединились к ней.

Дорога вела в разрез в первом ряду холмов, и обе стороны этого прохода охраняли каменные столбы, грубо вырубленные; время совсем сгладило их поверхность, и на ней только местами угадывались рисунки или символы.

Когда Келси, опередив спутников, проходила между этими столбами, что-то глубоко внутри неё ожило, зашевелил ось. Это были не её воспоминания, но девушка подняла руки в приветствии на восток и на запад. Её охватывало всё большее возбуждение.

Дорога уходила дальше, теперь она была в лучшем состоянии, и меньше травы посягало на её поверхность. От столбов отходили линии круглых возвышений, закруглённых камней — не как стены, а скорее, как обозначения дороги. Дважды дорога поворачивала, вначале направо, потом налево. И тут путь им преградил большой холм. Келси направилась к нему, словно на привязи: её тянул камень. И легла на землю, раскинув руки, камень пылал у неё на труди; девушка прижалась к почве, словно хотела погрузиться в неё и там обнаружить то, что искала колдунья.

Келси повернула голову и посмотрела на Виттл. У той камень тоже отделился от тела, указывая прямо на холм.

— Под ним… или за ним… — в раздумье сказала колдунья.

Келси обнаружила, что пальцами роет землю и дёрн, копает яму, словно животное нору. Виттл присоединилась к ней. Но тут их обеих оттащили, и их место занял Йонан, он мечом принялся рубить корни многолетней травы. Металл сверкал в рукояти так, как Келси никогда ещё не видела.

Он рубил, копал, тянул и постепенно освободил от дёрна большой кусок переплетённой корнями земли. Под ним ясно виднелся в лучах рассвета камень, вымазанный землёй. Йонан продолжал работать, и вот весь камень, большой, размером с дверь, предстал перед ними.

Келси невольно вскрикнула. Её подтащило к этой двери, бросило на колени, и сверкающий камень прижался к тому месту, где обычно помещается дверной замок. Девушка пыталась закрыть лицо, защититься от грубой жёсткой поверхности, а её камень начал медленно поворачиваться, поворачиваться направо, одновременно скручивая цепь. Келси начала задыхаться, словно ее казнили удавкой… Она просунула ладони между горлом и этой удушающей цепью, но не могла удержать её или разорвать, как не могла оторвать намертво прилипшие друг к другу камни.

Задыхаясь, она позвала на помощь, Йонан тут же оказался рядом и быстро просунул под цепь свой кинжал. Келси уже не могла дышать, когда ему удалось порвать цепь. Девушка упала, растирая горло и набирая полные лёгкие воздуха. И тут же увидела, что Виттл на коленях заняла её место. И теперь её камень прижался к двери, её цепь начала поворачиваться.

Но колдунья извлекла урок из опыта Келси, она успела снять цепь с шеи и теперь держала её в руке, чтобы не задохнуться. Сверху донизу, как стрелка часов, двигался по поверхности двери один камень, второй следовал за ним. Они ослепительно сверкали, и Келси, не в силах смотреть, заслонила глаза.

Послышался звук всасываемого воздуха, затем глухой скрежет. Йонан, руки которого по-прежнему лежали на плечах Келси, быстро оттащил девушку в сторону, она встала и только тогда осмелилась взглянуть сквозь пальцы. Отверстие. Каменная плита отошла в сторону, но не совсем, и за ней, несмотря на свет дня в долине, царила сплошная чернота.

— Они ищут то, что можно найти здесь, — Виттл на коленях подползла ближе. — Мы пришли и нашли утраченное!

Колдунья подняла руки, провела их сквозь сияние двух камней, и её камень отсоединился от плиты и упал ей в руку. Келси неохотно последовала её примеру и теперь снова держала на порванной цепи свой камень.

Если тут и находилась дверь, время почти закрыло её, и трое напрягали все силы, пытаясь ещё хоть немного отодвинуть плиту. Наконец Виттл удалось протиснуться между плитой и рамой, в которую она была вделана. Камень Келси снова поднялся и прямой линией цепи указывал на ту же щель. И она была уверена, что он не позволит ей сделать ни шагу в сторону. Её тело, ноги двигались словно вопреки воле, и хотя девушке очень хотелось вцепиться в дверь, выпустить цепь с её опасным грузом, выбора у неё не было, пальцы не разжимались и не выпускали цепи.

Вслед за Виттл она протиснулась в щель и, услышав скрежет металла о камень, поняла, что Йонан пробрался за нею. Впереди она видела сверкающие точки и серое платье колдуньи, но где она шла, сказать не могла. Только снова ощутила ледяной холод, который уже привыкла связывать с Тьмой и местами, где она обитает.

Пахло землёй, камнем и чем-то ещё — а вскоре появилось ощущение, словно они не одни, что кто-то наблюдает за ними, не с угрозой, не благожелательно, не с доброй или злой волей — а равнодушно, словно не вполне проснувшись.

Виттл неожиданно выпрямилась, и Келси увидела первую грубо вырубленную лестницу. Они пошли по ней. Оба камня светились, но их свет ограничивался темнотой, в которой скрывались стены прохода и то, что находилось впереди. Потом они оказались в коридоре, таком же, как и предыдущий, но в его дальнем конце мерцал слабый свет — не свет камней, а дневной.