В этот день у Семеша было запланировано еще одно рандеву. Утренняя встреча прошла как нельзя лучше. За несколько недель он «заработал» восемьдесят тысяч форинтов, причем без особых усилий. Такую сумму, будучи журналистом, он не смог бы заработать и за два года.
Семеш намеревался провести еще одно свидание, После которого он решил «сменить атмосферу». Приняв первый круг «невест», он хотел несколько отдохнуть в провинции.
Будущее казалось ему легким и безоблачным. Кто знает, когда хозяин недостроенной виллы вновь примется за строительство? Может, сегодня, а может, завтра? Он тогда подыщет такую же виллу в другом месте. Умыкание чужих автомобилей наскучило Семешу. Правда, угон чужого автомобиля квалифицировался Уголовным кодексом как незаконное использование чужой собственности, однако провалиться на этом деле Семешу вовсе не хотелось.
«Пора уезжать в провинцию», — решил он и, заказав себе коньяку, удобно откинулся на спинку кресла.
«Если и эта встреча удастся, — подумал он, — сегодня вечером схожу еще разок в „Мулин Руж“.
Ровно в два часа в кафе появилась Бобике.
На пороге показалась улыбающаяся, похожая на поросенка, женщина. Это была очередная «пациентка» Семеша. Пальцы дамы, похожие на толстые сосиски, были унизаны кольцами. На шее и на руках блестели ожерелья и браслеты, отчего вся она была похожа на какую-то восточную богиню.
Сёмеш пришел в восторг. Матроне на вид было не менее пятидесяти.
— Вы писали, что у вас есть вилла… — сразу же перешла к делу Бобике.
— Зовите меня просто Путей, дорогая Бобике.
— О, как мило!.. Путя, да? Какое юношеское имя! Оно мне очень нравится. Я очень уважаю мужчин, которые даже в газетном объявлении пишут, чтобы их не беспокоили несерьезными предложениями.
— Точно, точно, — закивал головой Семеш. — В современном сумбурном мире человек не всегда бывает достаточно осторожен.
— Я сама серьезная женщина и потому очень довольна тем, что судьба свела меня с серьезным мужчиной… И я полагаю, что нет никаких препятствий, для того чтобы…
Семеш понял намек очередной «пациентки» и одобрительно улыбнулся.
— У меня всего лишь одна загвоздка: свою квартиру я отдала детям, и мне ваше объявление показалось особенно привлекательным… Мне нужен мужчина с собственным домом. Прочитав ваше объявление, я сразу же поняла, что это и есть как раз то, что мне нужно. Теперь же, когда я увидела вас лично и познакомилась с вами, у меня нет ни малейшего сомнения в том, что я смогу сделать вас счастливым. Да я в нашем доме все вызолочу!..
«Против этого я ничего не имею», — согласился в душе Семеш и кивнул.
— Можете мне поверить, что разница в возрасте на несколько лет не имеет никакого значения! Я еще женщина в соку, а если меня разжечь…
«Мне только этого и не хватало!» — подумал Семеш и чуть было не расхохотался.
— К сожалению, в настоящее время строительство моей виллы временно приостановлено до нового взноса в банк…
— Вот глупенький! — воскликнула почтенная матрона. — Да разве такая мелочь может стать препятствием для двух любящих сердец?
— Но, дорогая, эта мелочь как-никак в двадцать тысяч форинтов!
— Из-за двадцати тысяч, мой глупенький Путя, не стоит ломать голову!
Следует заметить, что Бобике всю свою жизнь была весьма экономной, но она всегда надеялась, что наступит день и к ней придет ее единственный…
Семеш и на сей раз действовал старым, уже испытанным методом: он упорно отказывался и отнекивался до тех пор, пока матрона не потребовала, чтобы он немедленно отвез ее домой, где она лично передала ему в руки двадцать тысяч форинтов.
Не обошлось и без того, чтобы матрона, сразу же воспылавшая к Семешу страстной любовью, не представила его как жениха членам своей семьи.
Семеш слышал, как Бобике по секрету прошептала невестке, что «ее будущий муж строит, вернее почти уже построил, великолепную виллу на Холме Роз».
Путя так старался, что покорил всех членов семьи Бобике. Он скромно отказался от приглашения поужинать с ними и, сославшись на массу срочных дел, связанных со строительством виллы, быстро удалился.
Шатори чистил ногти и бегло просматривал «Ведомости парижской полиции». Его интересовали криминалистские новости.
На миг он задумался. Из задумчивости его вывел телефонный звонок. Звонил Салкаи.
— Послушай, дружище! Помоги мне. Ты только что жаловался на скуку. Спустись ко мне в кабинет.
В кабинете у Салкаи сидела худая, плоскогрудая женщина в черных роговых очках.
— Уважаемая учительница! — При виде Шатори Ферке поднялся и вышел из-за стола. — Я вас сейчас познакомлю с моим коллегой. Он и выслушает вашу жалобу. На него вы можете вполне положиться. — И он хитро подмигнул Шатори.
Женщина вскочила и оказалась такой высокой, что Шатори пришлось смотреть на нее снизу вверх. Выпрямившись, она протянула Шатори руку.
— Доктор Стелла Барди, математичка, — довольно бодро представилась она.
«А у нее крепкая рука», — отметил про себя Шатори.
— Прошу вас, садитесь, — предложил он женщине.
— Видите ли, у меня пропал жених. Вот уж пошла вторая неделя, как я его разыскиваю по тем адресам, которые он мне дал, но никак не могу найти. Я очень волнуюсь. Уж не случилось ли с ним какой беды?!
— Назовите еще раз вашу фамилию.
— Доктор Стелла Барди.
— А фамилия вашего жениха?
— Пардон… Путя… то есть… доктор Иштван Семеш — главный советник по рекламе.
— Семеш? — Шатори задумался: эту фамилию ему уже где-то приходилось слышать.
— Да, Иштван Семеш.
— Он ваш жених?
— Да, и к тому же верный.
— Разумеется, разумеется. — Шатори чуть заметно улыбнулся, окинув женщину изучающим взглядом. — Семеш? Гм!.. А не давали вы ему денег взаймы?
— Я из принципа денег взаймы никогда никому не даю! — категорично заявила Стелла.
— Тогда, может, в какой-нибудь другой форме вы оказали своему жениху материальную помощь, а?
— Видите ли, я дала ему из моего приданого двадцать тысяч форинтов для окончания работ по строительству виллы на Холме Роз.
Шатори молча кивнул, а сам подумал, что двадцать тысяч форинтов составляют полугодовую зарплату служащего.
— Но следует сказать, — начала объяснять женщина, — я лично убедилась в том, что он не мошенник, так как вилла действительно достраивается. Мои деньги действительно пошли на достройку виллы, как он и говорил…
— Тогда в чем же, собственно, дело?
— Я очень беспокоюсь, товарищ инспектор. После нашей третьей встречи жених обещал мне на следующий же день заехать за мной в школу. Мы собирались проверить, возобновились ли строительные работы. Однако с тех пор о нем ни слуху ни духу…
