– Я скорее умру! – гордо провозгласила Уитни с неподдельной искренностью.
– Но если он неравнодушен к тебе, значит, будет терзаться раскаянием и угрызениями совести за все, что сделал. Посчитает, что ты его возненавидела.
Уитни подошла к постели и прислонилась лбом к кроватному столбику.
– Он не откажется от меня, Эмили, – прошептала она с надеждой. – Думаю… думаю, я ему совсем не безразлична.
– Неужели?! – взорвалась Эмили. – Странный способ выказывать свои чувства!
– Я тоже не без – греха. Бросала ему вызов на каждом шагу и опозорила бы перед всеми, если бы сбежала с Полом. Постоянно ему лгала.
Уитни закрыла глаза и отвернулась.
– Если не возражаешь, я бы хотела лечь спать, – с трудом выговорила она.
Эмили тоже отправилась в постель, но проходили минуты, а сон все не шел. Наконец отчаявшаяся леди Арчибалд села, подложив под спину подушки, и принялась наблюдать за мирно спящим Майклом.
– Могла бы я любить тебя, сделай ты со мной такое? – прошептала она, нежно отводя со лба мужа непокорный локон. – Да, наверное, я могла бы тебе простить почти все.
Но поступи так Майкл, он наверняка нашел бы способ помириться и заслужить прощение. Не важно, какой бы несчастной или рассерженной ни чувствовала себя Эмили, но они – муж и жена и были бы вынуждены находиться в обществе друг друга хотя бы для того, чтобы соблюсти внешние приличия. Вскоре дело непременно дошло бы до выяснения отношений, и о ссоре было бы забыто.
Но Уитни не замужем за Клеймором. Они избегают друг друга и не собираются встречаться. Гордость и обида Уитни не позволят ей сделать первый шаг, а герцог будет продолжать верить, что она его не выносит и не желает иметь с ним ничего общего. И если что-то или кто-то не сведет их лицом к лицу в самое ближайшее время, пропасть между ними будет все разрастаться.
Не зная, что лучше, вмешаться в отношения между двумя упрямыми влюбленными и попытаться разрядить взрывную ситуацию или спокойно остаться в стороне, Эмили подтянула колени к подбородку, задумчиво глядя в темноту. После нескольких минут размышления она медленно откинула одеяла и, дрожа от угрызений совести и неопределенности, выбралась из постели. Она нашарила в темноте трут и зажгла свечу, а потом на цыпочках прокралась в желтую гостиную. Поставив подсвечник на стол, Эмили порылась в бюро и отыскала одно из незаполненных приглашений, из тех, которые помогала рассылать Элизабет.
Леди Арчибалд бесшумно скользнула в кресло и прикусила кончик пера, пытаясь придумать, как лучше выразить свои мысли. Необходимо, чтобы герцог не вообразил, будто она пишет ему по просьбе Уитни, поскольку, по всей вероятности, та, увидев его, яростно набросится на него. Сейчас важнее всего устроить их встречу, а остальное предоставить судьбе.
Боясь, что мужество ей откажет и она передумает, Эмили торопливо написала на бланке приглашения:
«Кое-кто, кого мы оба очень любим, будет подружкой невесты в этот день».
И подписалась просто: Эмили Арчибалд.
На следующее утро дворецкий ввел в библиотеку Клейтона на Аппер-Брук-стрит лакея в смутно знакомой ливрее.
– Я принес приглашение, которое госпожа велела передать лично вам, ваша светлость, – объяснил он.
Клейтон, поглощенный просмотром утренней корреспонденции, рассеянно спросил, не поднимая головы:
– Вам нужен ответ?
– Нет, милорд.
– В таком случае оставьте его здесь, – велел Клейтон, кивнув на маленький столик у двери.
Он уже одевался к вечеру, когда неожиданно вспомнил о конверте, лежавшем в библиотеке.
– Пошлите кого-нибудь за ним, Армстронг, – пробормотал он камердинеру, не отрывая взгляда от зеркала, отражавшего идеальные складки безупречно Завязанного галстука.
Натянув фрак, который придерживал для него Армстронг, взял у лакея конверт. Внутри оказалось одно из тех приглашений, которыми обычно занимался секретарь. В глаза Клейтону, однако, бросилось имя «Аштон», и сердце мгновенно сжалось от боли.
– Передайте секретарю, что я не смогу быть, и пусть пошлет дорогой подарок от моего имени, – спокойно приказал он, протягивая приглашение лакею. Но в этот момент заметил приписку, сделанную мелким почерком. Клейтон прочел ее, потом еще раз, другой, почти задыхаясь от волнения. Что, во имя Господа, пытается сказать ему Эмили? Что Уитни хочет его видеть? Или Эмили просто старается, чтобы они встретились?
Нетерпеливым жестом отослав камердинера и лакея, Клейтон отнес приглашение в спальню и перечитал послание Эмили еще трижды, с каждым разом все больше волнуясь. Он безуспешно пытался отыскать в короткой записке хоть какой-то знак, что Уитни простила его. Но все было бесполезно.
Вечером Клейтон терпеливо пережидал, пока кончится представление в «Краун Тиэтр», не обращая внимания ни на происходящее на сцене, ни на черноволосую красавицу, сидевшую рядом. Переходя от надежды к отчаянию, он пытался разгадать записку Эмили. Хотела ли она ободрить его? Эмили Арчибалд и Уитни Стоун были лучшими подругами с самого детства. Естественно, что Эмили все уже знает и, если бы Уитни возненавидела его, никогда бы не послала ему приглашения. С другой стороны, если бы Уитни простила Клейтона, то сама бы написала ему.
Но если Уитни не хочет его видеть? Если при первом же взгляде на него упадет в обморок прямо в церкви?
Печальная улыбка коснулась губ Клейтона. Уитни скорее швырнет букет ему в лицо, но ни за что не потеряет сознание. Только не его храбрая, мужественная девочка.
Глава 27
Стоя под руку с отцом в глубине заполненной людьми церкви, Элизабет Аштон посмотрела, как третья подружка невесты медленно плывет по проходу, и повернулась к Уитни, чья очередь была следующей.
– Ты сегодня решила затмить меня, – улыбнулась она, обозревая желтые и белые розы, вплетенные в блестящие волосы Уитни, и падающее свободными складками платье из желтого бархата, в который были наряжены все подружки невесты. – Выглядишь, словно нарцисс весной!
– А ты выглядишь как ангел и не смей начинать еще одно соревнование в льстивых речах! Кроме того, невеста обязана нервничать, верно, Эмили? – шепнула Уитни, оборачиваясь к подруге, которая должна была следовать за ней.
– Ты права, – рассеянно отозвалась Эмили. Сегодня утром она призналась мужу, что между Уитни и герцогом произошло ужасное недоразумение (что, конечно, было чистой правдой) и она пригласила герцога на свадьбу в надежде помирить их. Реакция Майкла оказалась крайне обескураживающей. Он заявил, что Эмили не должна была вмешиваться, что она, вероятно, окажет обеим сторонам медвежью услугу и что в конце концов они могут возненавидеть ее за то, что она сует нос в их дела, пусть даже и с лучшими намерениями.
