Читаем без скачивания Тень над Вавилоном - Дейвид Мейсон

– Джерри! – закричал Кируин. – Направь Джей-СТАРС следить за наземными передвижениями вдоль всего маршрута самолета с момента пересечения границы с Ираком! Я хочу знать о всяком передвижении по пересеченной местности! Начинайте от шоссе вдоль нефтепровода! Они спрыгнули!

Не прошло и нескольких минут, как они засекли то, что нужно. При этом они едва не опоздали. Кируин лишний раз убедился, как грамотно ведет себя команда. Джей-СТАРС обнаружила их как раз вовремя: ее радар засек автомобиль, выезжающий из Эль-Миры – заброшенной взлетной полосы, расположенной менее чем в трех милях от ТАН. Каких-то пять минут, и он бы превратился просто в еще одну машину на оживленном шоссе. Операторы Джей-СТАРС высказались вполне определенно – машина находилась достаточно близко от них, будучи на территории Саудовской Аравии, а не по ту сторону границы, в Ираке, чтобы опознать ее наверняка. Кируин и сам мог в этом убедиться: изображение, полученное от Джей-СТАРС, совпадало с параметрами «лендкрузера». Третья машина наконец-то вылезла из подполья.

Семеро мужчин в «лендкрузере» были молчаливы и подавлены. Сообщение Хауарда о Денарде явилось для них тяжелым ударом. Харрис и Акфорд втиснулись на переднее пассажирское сиденье. Сидевший за рулем Палмер с угрюмым видом старался вести машину по гудронному шоссе как можно более мягко и ровно. Он понимал, что для тех, кто находился за его спиной, непереносимы даже небольшая тряска и резкие рывки, а Хауард пока исключил остановки.

Макдоналд сидел в багажном отделении в конце салона вместе с Зиглером, который собирался обработать рану в предплечье егеря. Им было тесновато среди багажа команды, но Макдоналд чувствовал себя вполне удобно. Укол, который сделал ему американец, уже притупил боль, и он начинал ощущать какую-то необычную отстраненность и легкость в голове. Интересно, что он мне ввел, рассеянно подумал Дэнни.

– О'кей, Мак, теперь боли не будет, но общая чувствительность останется, – сообщил американец, срезая с раны повязку. – Я собираюсь вычистить это месиво. Но если честно, выглядит она у тебя не так уж и плохо.

Макдоналд безразлично посмотрел на рану. Большая пуля прошла прямо через мускулы на внутренней стороне предплечья и оставила огромную дыру, которая сейчас была полна крови и вдавленных в нее обрывков одежды. Рука была холодной и онемела. Зиглер разбил ампулу с антисептиком в чашку, зажатую между колен, и начал промокать рану смоченным в нем тампоном. Постепенно грязь и засохшая кровь размякли и начали отставать. Макдоналд сидел расслабленный и отчужденный. Он никак не мог понять, почему ему не больно. Странное ощущение – он все чувствовал, но каким-то образом это ничего не значило.

– Майк, что за чертовщину ты мне всадил?

– Морфин, – ухмыльнулся Зиглер. – Десять миллиграммов сульфата морфина. На какое-то время ты «улетишь». Постарайся по возможности воспользоваться случаем – больше ты его у меня не получишь. Когда действие его ослабеет, будешь перебиваться «колесами». Не хочу, чтобы из тебя получился наркоман. – Зиглер изучил чистую рану и удовлетворенно кивнул: – О'кей, годится. Теперь я тебя перевяжу. Сиди смирно.

Пока Зиглер накладывал свежую повязку, мысли Макдоналда стали разбегаться. Это ощущение, спокойно отметил он, было болью. Да, должно быть, это боль. Просто она не казалась чем-то ужасно важным. В его мысли вплелись картины Глен-Карвейга, и он начал уплывать вверх над высокими холмами.

Берн лежал поперек заднего сиденья, поврежденная нога была на коленях у Хауарда. Когда они отыскали Джонни после приземления с парашютом, он был почти без сознания, и Хауард, не теряя времени, наложил выше колена жгут и поставил ему капельницу. Пластиковая полулитровая бутылка с раствором заменителя плазмы была подвешена за крючок для одежды между дверцами автомобиля. Трубка от нее шла к катетеру, вставленному в вену в локтевой впадине. Давление у Берна стабилизировалось, но он был очень бледен. Вскоре после погрузки в «лендкрузер» он все-таки отключился, и теперь Хауард воспользовался его полубессознательным состоянием, чтобы заняться ногой. Действуя по возможности быстро, он промыл рану и наложил повязку. Рана была паршивой. Хауард не мог сказать с уверенностью, но, похоже, была повреждена артерия в задней части икроножной мышцы. Если это действительно так, то Берну необходима хирургическая помощь в ближайшие двадцать четыре часа, иначе он может лишиться ноги. По крайней мере, остановилось кровотечение. Хауарду оставалось только гадать, сколько же крови потерял Берн. Пинты две, а то и больше – парень находился в глубоком шоке. У Хауарда уныло вытянулось лицо. Предстояло каким-то образом восстанавливать Берна, чтобы тот смог одолеть путь от зала ожидания в аэропорту до самолета, не показавшись при этом слишком больным и неспособным перенести полет. Он знал, что Берн очень стойкий парень, но дела складывались не очень-то обещающе.

После того, как Хауард покинул «айлендер», смертельно раненый Денард из последних сил отрегулировал триммеры руля и элеронов самолета. Теперь машина летела прямо и почти на одной высоте, не требуя поправок курса. Теряя способность видеть, Денард все же не сводил глаз со шкалы измерителя вертикального перемещения, показывавшего скорость подъема или спуска, и выставил управление так, что самолет терял за минуту сто пятьдесят футов высоты. Тут же, над этим прибором, так же в поле зрения Денарда, располагался альтиметр – он показывал десять тысяч футов над уровнем моря, что означало семь тысяч над поверхностью земли. Теоретически должно пройти сорок пять минут, прежде чем «айлендер» уткнется в землю, но потеря отработанного горючего, а следовательно, уменьшение веса самолета могли немного продлить этот срок. Он пытался думать, хотя сознание быстро угасало. Не забыл ли он сделать что-нибудь еще? Возможно…

Денард погиб через семнадцать минут после того, как самолет пересек шоссе вдоль Трансарабского нефтепровода. «Айлендер» продолжал полет сам по себе, постепенно, как и предполагалось, теряя высоту. Через десять минут он неожиданно наткнулся на нисходящий поток воздуха и слегка клюнул носом. Этого толчка оказалось достаточно, чтобы бесчувственное тело Денарда изменило положение в кресле пилота. Вскоре после ранения он отстегнул ремни, чтобы ослабить болезненные ощущения. Теперь же не сдерживаемое ремнями тело, ударившись о рулевую колонку, наклонило ее вперед и послало самолет в крутое пике. Вскоре «айлендер» начал еще и вращаться. Кувыркаясь в сторону земли, он падал почти целую минуту. Никем не замеченный, кроме операторов самолета АВАКС, «айлендер» врезался в землю в отдаленном районе пустыни к северо-западу от города Сакака и загорелся.

Самолет ВВС США АВАКС передал информацию о катастрофе непосредственно саудовскому руководству, контролирующему авиаполеты, и то организовало совместную операцию армии и ВВС для расследования инцидента. Первые вертолеты прибыли на место происшествия через три четверти часа. К этому времени пламя в основном уже стихло само по себе. Погасив догорающий самолет, саудовские следователи начали копаться в обломках.

Они отыскали останки трех человек: Денарда и двоих иракских солдат из грузовика. Лишь на следующий день они обнаружили, что там было и четвертое тело – останки Ашера. Все четверо обгорели до неузнаваемости.

Заключение саудовской полиции не было окончательным, но наличие пулевых повреждений и маршрут самолета перевесили в пользу версии, что четверо мужчин были подвергнуты обстрелу при попытке сбежать из Ирака. Полиция предположила, что пилот, который явно погиб за штурвалом, являлся тем, кого они разыскивали, – Реем Салливаном.

75

Макдоналд то погружался, то всплывал из полусна-полуяви, в то время как «лендкрузер» продолжал свою гонку через ночь. Джонни понятия не имел, где они находятся и даже как долго они уже едут по шоссе. Равномерное шуршание шин по гудрону действовало убаюкивающе, и он был рад препоручить заботу о себе кому-то другому.

Ближе к полуночи действие морфина начало ослабевать, и он почувствовал в руке пульсирующую боль. Поначалу она была относительно терпимой, но становилась все сильней и сильней, пока где-то к двум часам ночи он не обнаружил, что не может больше уснуть. Рука разболелась нестерпимо.

– Майк, где это мы едем? – шепотом обратился он к Зиглеру, опасаясь разбудить Берна.

Зиглер пропустил вопрос мимо ушей и вместо ответа спросил:

– Как твоя рука, Мак?

– Паршиво, – признался Макдоналд.

– Неудивительно, – сказал Зиглер, роясь в аптечке в поисках упаковки с таблетками. – Пуля-то была четырнадцать с половиной. Это значит, почти полдюйма – дыра получилась изрядная. Ты и так молодец, что сумел продержаться так долго без лишнего обезболивающего. Пальцами пошевелить можешь?