Утром 11 июля 1944 г. части корпуса вместе со всей армией начали решительное преследование отходящего противника.
К 16 июля 1944 г. латышские стрелки достигли рубежа Ольховка – Великий Бор. Это была граница республики. Бойцы поздравляли друг друга. В ротах и батальонах проходили митинги. Воины давали клятву самоотверженно сражаться за освобождение родной земли от фашистской нечисти. В частях и подразделениях проводились партийные и комсомольские собрания, на которых обсуждался вопрос «Об авангардной роли коммунистов и комсомольцев в бою и задачах по очищению территории Латвии от немецко-фашистских захватчиков» [148] .
Одними из первых границу Латвии перешли солдаты 1-й стрелковой роты 1-го батальона 125-го полка. Ротой командовал гвардии капитан Вейс. Именно это подразделение выбило гитлеровцев из Боркуйцев и водрузило над одним из домов этого селения красный флаг. Одновременно 2-я рота этого же батальона – командир гвардии капитан Пастернак, – форсировав болото, освободила Шкяуне.
Латышский народ радостно встречал своих освободителей. Вдоль дорог, по которым проходили части, собирались местные жители, чтобы приветствовать советских солдат.
Многие бойцы, сержанты и офицеры находили в освобожденных хуторах своих родственников, друзей.
Переход наших войск в наступление, вступление в пределы Латвийской республики вызвали новый подъем морального духа наших воинов. Начало освобождения латвийских земель относится к 17–18 июля 1944 г. В эти дни наши части в трех местах пересекли границу Латвийской ССР. В большинстве частей латышского корпуса состоялись митинги, на них политработники-латыши горячо рассказывали о том, что близится час полного освобождения родной земли и латвийский народ вновь обретет свое счастье, свободу и независимость, влившись равноправным членом в семью народов первого в мире социалистического государства. Инструктор отдела пропаганды политуправления фронта капитан Пенчалов, присутствовавший на митинге в 43-й латышской дивизии, рассказывал, что после того, как митинг открыл краткой вступительной речью начальник политотдела дивизии подполковник П. Зутис, слово попросила санинструктор Валентина Милюнас, девушка небольшого роста с розовощеким лицом. Она заговорила о том, какой радостью наполнилось ее сердце оттого, что Красная Армия вступила на латышскую землю и освободила первые латвийские села. В эти памятные дни Валентина подала заявление в ряды Коммунистической партии. «Мой отец, – говорила девушка, – был коммунистом. Он погиб в борьбе с фашистами. Я хочу быть достойной дочерью своего народа, своего отца-коммуниста».
Выступил на митинге и прославленный воин-латыш Герой Советского Союза Янис Вильзельмс, шесть раз раненный в боях с гитлеровскими захватчиками. Янис был отличным снайпером, имевшим на своем счету около 40 убитых гитлеровцев. Выступая на митинге, он заверил товарищей, что на родной земле с утроенной энергией будет драться с оккупантами.
В дальнейшем 43-я гвардейская латышская дивизия, наступая несколько севернее Даугавпилса, заняла железнодорожную станцию Вишки; бой здесь был очень упорным, так как, закрепившись в прочных станционных постройках, гитлеровцы вели губительный огонь по наступавшим. Стрелки залегли. Именно в эту минуту поднялась Валя Милюнас и с возгласом: «Вперед, за родную Латвию!» – устремилась на врага. За ней двинулись десятки других воинов, но вот вражеская пуля сразила героиню. Все думали, что она убита. С мыслью о мести за смерть молодой патриотки стремительно двинулись новые подразделения. Вдруг Валя поднялась и, размахивая красным флажком, вновь стала звать воинов вперед на врага. Гитлеровцы были выбиты из станции. Раненую героиню подобрали ее подруги – санитарки. Красный флажок оказался косынкой, пропитанной ее кровью. Валя была принята в партию и удостоена высокой награды.
4-я ударная армия после неудачи в первые дни наступления сумела выправить положение, чему во многом способствовали успехи соседей. В ночь на 12 июля в связи с внезапным форсированием 83-м стрелковым корпусом (командир генерал-лейтенант Николай Лаврентьевич Солдатов [149] ) р. Дрисса в районе местечка Волынцы и угрозой выхода наших войск на основные коммуникации противника гитлеровское командование начало поспешно отводить части 389, 87, 24-й пехотных дивизий с промежуточного рубежа рек Нища и Дрисса в северо-западном направлении. Этот отход прикрывался отдельными отрядами и инженерно-минными заграждениями.
Дивизии 83-го стрелкового корпуса после тщательной подготовки, как уже подчеркивалось, неожиданно для врага переправились через р. Дрисса юго-западнее местечка Волынцы, овладели им и, настойчиво развивая успех на северо-запад, к 14 часам ворвались в г. Дрисса (в то время районный центр Витебской области). В 13 часов разведгруппа 1115-го стрелкового полка 332-й дивизии, достигнув южной окраины, просочилась в город, где встретила лишь группы прикрытия. Через полчаса в город вступил 2-й батальон этого полка и, выбивая гитлеровцев из траншей и отдельных домов, к 14 час. 30 мин. полностью очистил город. Серьезное сопротивление нашим войскам было оказано на железнодорожной станции Дрисса.
В этот же день войска 100-го и 14-го стрелковых корпусов вышли на р. Свольна и форсировали ее на двух участках. Части 14-го корпуса овладели правым берегом р. Свольна на участке Мутаки, Свировщина и, форсировав ее, к 24 часам вышли на рубеж Красново, Голубово, Дрозды. В ходе преследования штаб 14-го корпуса, за работой которого я продолжал пристально следить, в результате неорганизованной перемены командного пункта на длительное время потерял связь с дивизиями и штабом армии, хотя темп продвижения и наличные средства связи создавали все возможности для поддержания надежной связи. В итоге дня войска армии продвинулись на 20 км, освободили более 120 населенных пунктов, было уничтожено до 500 солдат и офицеров противника, взяты трофеи, особенно в г. Дрисса, где был захвачен склад с продовольствием и два склада со стройматериалами.
На следующий день, 14 июля, войска армии, используя прорыв рубежа на р. Свольна, овладели рядом опорных пунктов врага и узлами дорог, такими как Задежье, Кохановичи. 100-й корпус овладел левым берегом р. Ужица в своей полосе, а 83-й корпус, форсировавший эту реку, расширил плацдарм на ее правом берегу. К этому времени создались условия для ввода в бой 5-го танкового корпуса в полосе 4-й ударной армии, которой предстояло нанести удар на Даугавпилс. Корпус, с этого момента оперативно подчиненный 4-й ударной армии, сосредоточился в районе оз. Колпино. Его офицерский состав занялся рекогносцировками и увязыванием вопросов взаимодействия с пехотой.
14 июля противник заметно усилил сопротивление, опираясь на сильно укрепленные пункты Вышкарово, Выдрицкое, Гороватки, в лесном массиве западнее Бызово, на р. Ужица и в устье р. Сарьянка. Интенсивный артиллерийско-минометный огонь и контратаки затрудняли продвижение. Действовало до 25 артиллерийских батарей, по боевым порядкам наших войск на этом участке было выпущено до 10 000 снарядов и мин разных калибров.
В ночь на 14 июля армия вела усиленную разведку по всему фронту, подтягивала артиллерию, отставшие тылы и подвозила боеприпасы. В этот день серьезных успехов достигнуто не было, что объяснялось как сильным противодействием противника, так и недостатками в управлении войсками со стороны отдельных командиров. Так, 200-я дивизия 100-го корпуса, ведшая бои за Выдрицкое и Гороватки с целью выхода на р. Сарьянка, задачу не выполнила. Разбираясь с причинами, мы установили, что штаб дивизии недостаточно эффективно занимался организацией взаимодействия пехоты и артиллерии. Артиллерия обработала объекты атаки, но пехота отстала от огневого вала. Атака не привела к желаемым результатам. Командиры артиллерийских подразделений не всегда имели связь с командирами стрелковых батальонов, поэтому нередко артиллерия вела неприцельный огонь. Орудия, предназначенные для стрельбы прямой наводкой, были расставлены далеко от противника, не получили конкретных целей. Противотанковый дивизион в бою не участвовал, а при необходимости экономить боеприпасы его орудия могли сыграть существенную роль. Из дивизии поступали непроверенные сведения, например, о занятии населенного пункта Выдрицкое, который фактически оставался в руках врага.
В этот день 5-му танковому корпусу была поставлена задача к исходу следующего дня, 15 июля, войти в прорыв после форсирования частями 4-й ударной армии р. Сарьянка на участке Дворище, Устье.
Командующий армией предлагал ввести корпус двумя колоннами, с выходом обеих в конечном счете на Даугавпилс, имея главную группировку на левом фланге. Правый маршрут корпуса намечался через Росицу, Пустыню, Извалту, Калупе; левый – через Бигосово, Пиедрую, Краславу. Ближайшая задача корпуса – разгромить отходящие части 87, 24 и 290-й пехотных дивизий и 16 июля овладеть г. Краслава, последующая задача – овладение г. Даугавпилс. Танковый корпус должен был помочь стрелковым соединениям при форсировании р. Сарьянка. Было разработано и взаимодействие корпуса с соответствующими соединениями 4-й ударной армии.
